Чтение онлайн

Алексей находился на огромной звёздной оборонительной станции, двигающейся в рядах флота Новой Империи. Его флот, может, и уступал количественно республиканской эскадре вторжения, но вот качественно…

Начать можно было с того, что все суда были невероятных до этого дня размеров. Оснащённые новейшими приводами, равных которым не было, снабжённые великолепно обученными экипажами, они практически не оставляли ни единого шанса на спасение своим противникам. Фёдор Ушаков доказал, что не зря на его возрождение были потрачены невероятные средства и энергия. Ещё в своё время он далеко опередил военную мысль той эпохи. Калиакрия и Фидониси, вот его славные сражения. А теперь то, что произойдёт, назовут «битвой при Рикшасе», небольшой одиночной звезде типа Солнца, но не имеющей ни одной планеты. Вперёд командующий поставил тяжёлые ударные станции, на одной из которых находился сам Император. Об этом знали все, кто шёл сражаться. И сознание того, что сам владыка Империи не прячется за спинами подданных, а лично идёт сражаться, невзирая на опасность, добавляло сил воинам Империи. Шесть станций, расположенных строгой звездой. Огневая мощь каждой из них равнялась целому флоту, а защита была совершенной…

За ними, прикрывая тылы, двигались линейные корабли. Огромные, многокилометровые ударные дредноуты. Сотни орудий, десятки торпедных аппаратов. В свою очередь, линкоры защищали от истребителей эсминцы и фрегаты. Суда поменьше, но вооружённые совсем уж запредельно. Плюс брандеры. Старый адмирал решил вспомнить свою молодость. Впрочем, старый он был только по происхождению. Как и остальные репликанты, Ушаков получил своё тело назад молодым, двадцатилетним. Только вот опыт жизни и то, что он уже изучил здесь, остались прежними… А замыкал армаду резерв. Пятьдесят штурмовых крейсеров, каждого из которых хватало для того, чтобы превратить в ничто небольшую звезду. Республику ждал ОЧЕНЬ большой сюрприз…

Алексей сидел в кресле командира в рубке управления станцией, с напряжением ожидая начала боя и слушая короткие доклады офицеров:

— Противник в зоне видимости радаров…

— Противник начал рассредоточение…

— Вражеские суда перестроились в боевой порядок…

— Противник начал охват…

— Дистанция максимального ущерба… Залп!

Через мгновение Император ощутил толчки — это снаряды и ракеты вражеского флота врезались в матовую чёрную поверхность станции, расцветая пышными огненными цветами. Медведев прислушался — всё шло, как и прежде. Не было слышно ни криков о помощи, ни воя аварийных сирен. Офицеры управления работали, как обычно: спокойно, без суеты.

— Первый залп выдержан. Повреждений нет. Потерь среди экипажа — нет.

— Огонь до команды не открывать.

— Принято. Дублирую: ждать команду на открытие огня…

…Первыми ответный залп по врагу дали, как ни странно, не станции, а линейные корабли. Чёрные туши по сто километров длиной, каждый из которых нёс в боевых постах почти пять тысяч комендоров и торпедистов, изрыгнули смерть… И сумрак космоса вновь озарился пламенем. Внезапно из динамиков связи послышался настоящий взрыв воплей, проклятий на разных языках, бессвязные крики и стоны. На главном мониторе вдруг вспыхнуло изображение с внешних датчиков станции. Ответ Империи был ужасен по своей мощи: десятки кораблей сбились с курса, ломая строй, в тщетных попытках уклониться от огненных трасс, несущих смерть. На глазах Алексея толстый белый луч пронзил один из вражеских кораблей от носа до кормы, выйдя через дюзы и исчезнув в пространстве. Тот вспух от внутреннего взрыва, а затем просто исчез в белой, невыносимой для глаз вспышке. Рядом обильно выплюнул пар из жуткой пробоины второй, и из дыры в вакуум посыпались мелкие человеческие фигурки, в мгновение ока превращаясь в ледяные мумии… Неудачно сманеврировав, плоская банка десантного бокстера своротила напрочь эволюционный двигатель большого ударного крейсера, из которого брызнули струи яростного пламени ядерного распада, прожёгшего борт обидчику и вывернувшего все свои внутренности наружу. И так было повсюду…

Корабли взрывались, горели, обильно парили, просто разлетались на куски. Республика выпустила истребители, и те густым роем, словно мошка, поблёскивая в отблесках взрывов короткими плоскостями, ринулись на противника, в надежде выманить его из плотного строя. Но — тщетно. Ушаков перед боем просто заклинал командиров кораблей не поддаваться азарту боя, а тщательно следовать приказам. И в этот раз республиканцы просчитались: ни один штурмовик Империи в вакуум не вышел. Зато раскрылись доселе закрытые люки, откуда поднялись башни противодесантных орудий. Эти пушки отличались небольшим калибром, но жуткой скорострельностью, и пространство вокруг кораблей просто вспыхнуло огнём. Наталкиваясь на трассы, исчертившие буквально всё вокруг, хрупкие машины разлетались на куски, взрывались, превращались в огненные клубки. И не выдержав отпора, рамджийцы отступили под прикрытие мощной брони обычных боевых кораблей.

Император перевёл дух, уж слишком то, что он наблюдал, отличалось от всего виденного им прежде. Но радоваться было рано — несмотря на первые потери, враг всё ещё превосходил Империю численно. И вот началось само сражение. Фланги республиканского флота начали заворачиваться для охвата клина Империи. Удайся им этот манёвр, и после его завершения они начнут выбивать корабли поодиночке.

— Станция один — открыть огонь главным калибром. Ваш сектор огня — «Синий-пять». ЗАЛП!

И тут пол под ногами Алексея просто вздыбился от терраватт энергии, выплеснутых наружу, а в плотном строю республиканского флота сразу возникла гигантская брешь. А через мгновение в их гущу ударили и однотипные подруги — оставшиеся пять гигантов, и тогда началось…

Залп станций был жуток по своей мощи. Мгновенно в огромном облаке взрывов исчезла добрая четверть вражеского флота. Вечный мрак космического пространства на один короткий и такой длинный для уцелевших существ миг озарился ослепительным пламенем распада материи. Облако огня росло, подпитываемое взрывами двигателей, боезапаса, сгорающего вещества, немалую часть которого составляли тела наёмников Рамджа и добровольцев. Самое страшное, что оно всё увеличивалось. И не хотело гаснуть…

Алексей отвернулся от монитора и глухо бросил, не обращаясь ни к кому конкретно:

— На их месте единственный выход из этой ситуации — рассредоточиться. Нет смысла стрелять из пушки по воробьям…

И командующий республиканской эскадрой доказал, что он не был дураком. Именно так он и сделал. Видимо, получив команду с уцелевшего флагмана, классический крест построения стал заворачивать свои фланги, вытягивая их в серпы. Но данный манёвр имел смысл, если центр был цел. А здесь на месте клина ударных судов пылало в вакууме слепящее солнце…

Дальше было ещё глупее. Верхняя часть серпа первой перешла в атаку, и их целью были, естественно, боевые станции Новой Империи. Резонно, на первый взгляд, уничтожить самые большие и опасные корабли противника. Но будет ли в этом смысл, если война затягивается, как стало ясно уже из встречи двух противоборствующих государств? Не разумнее ли даже ценой своей жизни нанести врагу невосполнимые потери в материальной, а главное, в живой силе? И тогда тот, не имея ресурсов для восполнения, вынужден будет отказаться от борьбы… Но здесь на смену разуму пришли инстинкты. И первым побуждением республиканцев было уничтожить станции. Невзирая на ужасающие потери от огня линейных дредноутов и штурмовых крейсеров рамджийцы рвались к станциям… Алексей, живя на Земле, очень любил фантастику. И читать, и смотреть. Его фильмотеке завидовали многие друзья и знакомые, и бессмертный шедевр Лукаса он запомнил на всю жизнь… Конечно, никто никогда не мог скопировать «Звезду Смерти», она навсегда останется просто макетом. Но вот сама идея станции была взята им оттуда. И уж нынешний Император постарался учесть ошибки ТЕХ имперцев… Вся поверхность боевой крепости была буквально утыкана огневыми башнями и ракетными установками самых разнообразных калибров и видов. Но самое главное, помня, как ещё наёмником они уничтожили аналогичное устройство старой империи, Медведев озаботился тем, чтобы между внешней поверхностью и внутренней был достаточно большой зазор, непреодолимый для абордажа. Вот и здесь, когда чудом прорвавшийся, избитый до потери обводов абордажный бокстер пробил первую, внешнюю обшивку крепости, то его заострённый нос просто завис в вакууме перед прочным основным корпусом. Словом, нечто вроде подводных лодок Земли. А уж между корпусами огневых турелей тоже хватало, и ещё — роботы. Боевые механизмы, запрограммированные при активации уничтожать всё живое… Короче, через несколько минут только изуродованные обломки и заледеневшие тела медленно вращались в космосе, окутанные шариками замёрзшей крови…

Но, даже видя пример собрата, республиканские корабли рвались к шестёрке монстров, доселе невиданных холодными равнодушными звёздами… Волну за волной их перемалывали линейные корабли и сами станции. Бой продолжался уже час. А напор не ослабевал. Уже большая часть погребов боезапаса была опустошена, а суда снабжения не могли произвести перезарядку, так как не было возможности прорваться к крепостям, даже при поддержке всего флота. Но и Рамдж нёс потери: весь центр, левый фланг, верхний, правый… Фактически только четверть судов Республики ещё могла вести какой-то бой. Чаша весов Судьбы уже давно склонилась на сторону Новой Империи, уже было ясно, что дальнейшее сражение приведёт только к ненужным и бессмысленным жертвам.

Но, словно одурманенные наркотиками и алкоголем, не обращая ни на что внимания, корабли противника шли в самоубийственные атаки, разламываясь на куски, исчезая в яростном пламени взрыва генераторов, отчаянно паря пробитым в десятках мест корпусом. Но они шли. Причём всё время с одного и того же вектора, вдоль которого Ушаков выстроил самые мощные, самые большие и тяжеловооружённые корабли Империи, сосредоточив силу их огня на узком участке, по которому пытались прорваться республиканцы. И, наконец, настал миг, когда в бой идти было некому. Около двадцати транспортов снабжения зависли в стороне от места битвы, окружённые эсминцами, скромно помаргивая межгалактическим сигналом «Сдаюсь». А на месте колоссального флота медленно вращались в пустоте обломки кораблей и останки тел…

— Ваше величество, битва окончена. Мы победили!

Алексей поднялся с кресла и взглянул на командира крепости сверху вниз:

— Да. Именно битва. Война только начинается… Связь с адмиралом — выслать спасательные боты, подобрать уцелевших республиканцев.

— Но, ваше величество…

— Мы — не они. Я, может, и горяч характером, но отходчив. Спасите тех, кого можно ещё. Остальным — да поможет им Бог…

Он наблюдал за только что совершившим посадку в ангаре крепости эвакуационным ботом. Суетились люди, сновали юркие киберы с носилками и а-гравитационными ложами для тяжелораненых. Как обычно, выживших в сражении было немного. Да и то, разве может что-либо живое уцелеть в разгерметизированном отсеке без скафандра, в абсолютном вакууме и ледяном ужасе абсолютного ноля? Тело мгновенно становится словно стекло, рвутся альвеолы лёгких, вываливаются глаза, всё раздувает внутреннее давление, и… Так. Кое-кто уцелел, потому что был в аварийной партии, которой положено по уставу носить скафандры во время боя. Те, кто заделывает в лихорадочной спешке пробоины от огня противника, спешит наладить необходимые для нормальной работы организма условия. Другие, это комендоры, застрявшие в автоматически загерметизировавшихся орудийных башнях, когда в подводящих к ним коридорам уже воцарился хаос пожара или вакуум. Ещё, совсем горстка, те, кто был в автономных отсеках с собственной системой жизнеобеспечения. Биоискатели смогли обнаружить их через многометровые слои искорёженного металла и пластика и вызвали на помощь спасателей…