Чтение онлайн

– Ты имеешь странную, пугающую власть надо мной, Елена, чего бы ты не попросила у меня, как бы все мое нутро не сопротивлялось твоей просьбе, я не могу не выполнить ее. Я словно под какими-то чарами.

Он поднес ее руку к своим губам, поцеловал и тут же отпустил, дав совершенно смятенной девушке возможность отойти на безопасное расстояние.

– Вам нужно скорее поправляться и возвращаться домой. О вас все очень переживают, – попыталась перевести разговор в другое русло Елена.

Она взяла кусок рыбы, завернутой в лист, и поднесла герцогу.

– Вот, поешьте, пожалуйста.

Кольбейн удивился.

– Что это? – спросил он, с недоверием разглядывая сверток.

– Это запеченная рыба, – ответила бодро Елена, разворачивая лист, – я поймала и запекла в углях. Получилось неплохо. Хотела вчера вам дать, но вы были еще без сознания.

Кольбейн взял в руки рыбу, аккуратно положил небольшой кусок в рот и, как показалось Елене, усмехнулся про себя.

– Что? – спросила она, волнуясь. – Невкусно?

Кольбейн взглянул на нее.

– Нет, как раз, наоборот, очень вкусно, – ответил он, кладя еще кусок в рот, – ты не перестаешь удивлять меня, Елена, твои навыки выживания в лесу просто поразительны. Не каждый мужчина смог бы так, как смогла ты – маленькая, испуганная девочка.

– Мне просто повезло, вот и все.

Она села напротив Кольбейна, обхватив руками колени, и стала, наблюдать за тем, как он ест. Тьма снова обступила их со всех сторон, оставляя лишь небольшой, тускло освещенный костром, островок. Но сегодня на этом крошечном островке жизни посреди темного, пугающего леса было необыкновенно тепло и спокойно, все страхи и ужасы предыдущих дней исчезли, испарились в воздухе. С каждой секундой, как жизненные силы возвращались герцогу, Елена знала, что ей уже нечего бояться. Эта мысль разлилась по всему ее уставшему, измученному телу тихим теплом, нагоняя сон.

– Елена? – шепотом позвал Кольбейн.

Но она не отвечала. Закрыв глаза и опустив тяжелую голову на колени, Елена спала. Поняв это, Кольбейн невольно улыбнулся, осторожно пристав, он дотянулся до нее, и прислонил к себе.

– Да, так совсем не удобно спать, думаю, нужно придумать что-нибудь получше.

Герцог осторожно положил спящую Елену на листву и лег рядом, подложив ей под голову свою руку и укрываясь плащом.

– Так определенно лучше, – проговорил он, довольно улыбаясь и смотря на мирно спящую Елену.

Где-то высоко прокричал филин, от ветра поскрипывали ветки деревьев, холодный туман подкрадывался все ближе.

– Сколько же тебе пришлось пережить в этом страшном лесу за время, что я не мог защитить тебя? – с нежностью проговорил Кольбейн. – Моя храбрая девочка.

Он осторожно поцеловал девушку в лоб и прижал к своей груди.

Еще никогда за последние три года жизни, что она помнила, Елена не спала так спокойно, так крепко, словно вернувшись домой, словно нет больше во всем мире никакой опасности, никаких страхов. В своих снах она не спасалась от смертельной опасности, не умирала от холода и стужи, вместо этого снилось ей голубое безоблачное небо, ослепительное летнее солнце и легкий теплый ветер, ласкающий ее лицо, под ногами – мокрая от дождя трава, в руках – белоснежные ромашки.

Улыбнувшись, Елена открыла глаза, на удивление она чувствовала себя совершенно выспавшейся и здоровой, как никогда. Но тут, осмотревшись вокруг и не найдя герцога, она в панике вскочила на ноги. «Куда он мог подеваться?!»

– Спокойно, спокойно, я здесь, – послышался бодрый голос Кольбейна.

Повернувшись, Елена увидела, как герцог пытается надеть на себя свой черный, весь изорванный камзол.

– Не поможете ли мне, сударыня? – спросил он иронично, сумев продеть руку лишь в один рукав.

Елена поспешила к нему и помогла справиться с одеждой.

– Часть рубашки, к сожалению, пришлось пустить на бинты, – объяснила она, помогая застегнуть камзол на оставшиеся пуговицы, – но большая часть была пропитана кровью. Это же герцог Лейв сделал с вами? Вы должны рассказать об этом! Он должен понести наказание!

Кольбейн нахмурился, сосредоточенно, застегивая пуговицы на рукавах.

– Нам пора ехать, Елена, – отрезал он.

Подойдя к Смуглому, Кольбейн вскочил в седло и протянул девушке руку.

– Давайте же! Или вы намерены еще оставаться в этом лесу?

– Ваше светлость, вам нельзя ехать верхом! – возразила Елена, с ужасом рассматривая перебинтованные плечи и руки Кольбейна. – Ваши раны очень серьезные и могут снова начать кровоточить!

– Сейчас осень, ночи холодные, оставаться еще дольше в лесу весьма небезопасно по многим причинам.

Кольбейн был полон решимости ехать, так что Елене не оставалось ничего другого, как взять его руку и сесть в седло перед ним. Он тут же схватил поводья и пришпорил Смуглого.

– Вперед!

Взвившись на дыбы, конь понесся вперед. Ветер развивал волосы Елены, спиной она прижималась к груди Кольбейна, а его руки, державшие поводья, словно обнимали ее.

«Еще немного и все вернется на свои места, – грустно думала она, смотря на дорогу и лес вокруг, – что ж хотя бы этот путь назад, я побуду с ним еще немного».

Елена закрыла глаза, подставляя лицо ветру.

– Да уж далеко меня унесло, – мрачно заметил Кольбейн по дороге, – неудивительно, что никто не мог найти меня, кроме тебя. У кого еще нашлось бы столько упорства и желания помочь мне?

Видно было, что тяжелые думы обуревали его.

– Не правда, – возразила Елена, пытаясь его разубедить, – ваш отец был просто в отчаянии, бросился вас искать, снарядил поисковые отряды, а герцогиня слегла от горя. Просто мне больше всех повезло.

– Ну конечно, все были в отчаянии и плакали обо мне, однако ночью в лес поехала меня искать лишь ты одна, – с горькой усмешкой заметил он.

Елена замолчала, и смотрела вперед перед собой. Как ей заставить его поверить в то, что он не безразличен для очень многих?

Ну вот показались знакомые места, еще немного и во всей красе перед ними предстал дворец. Кольбейн направил Смуглого сразу к парадному входу, возле которого, было видно издалека, стояла толпа людей. Елена заволновалась. Ей очень не хотелось, чтобы ее увидели вот так – на одном седле рядом с герцогом.

– Ваша светлость, – обратилась она к Кольбейну, – мне лучше сойти здесь.

Он удивленно вскинул брови.

– Зачем это?

– Думаю, это не очень хорошо, если нас так увидят, вместе.