Чтение онлайн

— Значит, крол лично вмешался в эту ситуацию, — тихо произнесла моя опекунша.

И я понимала ее состояние, ибо сама была в шоке, когда узнала, что за меня вступился всемогущий правитель, крол Казимиров, лучший друг моего отца. На протяжении многих лет я считала себя обычным человеком, сиротой на попечении у доброй женщины, а однажды в мою жизнь вмешался Артемий Круторогов, оказавшийся моим родителем, и понеслось: учеба в лучшей Академии мира, первые отношения с драконом — Матвеем Ясногоровым, друзья и враги, нападение, едва не стоившее мне жизни. И в довершение всего оказалось, что я — самая настоящая кровная драконица! Пусть даже родовая сила пока не откликается, и я не могу принимать драконий облик, но это не меняет факта моего благородного происхождения.

У меня было время свыкнуться с этими мыслями, но на Матильду все навалилось в одночасье. Она сжалась на сиденье, отвернувшись к окну, и я наконец-то оторвалась от собственных переживаний.

О нет, кажется, она осознала, что если Рустемзаде подожгли театр, то ее родная дочь погибла из-за меня! Вдруг она меня возненавидит, вдруг будет считать виновной в своих бедах? Я не могу лишиться ее, женщины, которая растила меня, воспитывала, подарила свою нежность и заботу. Не Танильдиз я считала матерью, и даже не Людмилу Коледину — служанку, которой поручили спрятать меня от врагов, — а именно Матильду.

— Вы ненавидите меня? — спросила тихо, и все уставились на меня с недоумением. — Из-за меня Рустемзаде сожгли театр, и в том числе вашу дочь.

Опекунша расплакалась.

— Элиф, как ты можешь! Выбрось эти мысли из головы! — она сжала меня в объятьях, и с моего сердца будто сняли сто валунов. — Ты не отвечаешь за поступки этих негодяев!

— Но у вас было такое печальное лицо.

— Просто я поняла, что теряю тебя. Когда ты вернешь себе свой род, мне придется исчезнуть из твоей жизни.

— Ничего подобного! — возмутился отец. — Мы вам стольким обязаны, что мне никогда с вами не расплатиться! Да и разве вы не хотите приезжать в гости к Элиф в наш родовой замок, присутствовать на ее свадьбе, когда она выйдет замуж? Отныне и навсегда вы — часть нашей семьи.

Вскоре мы подъехали к городку, где Артемий решил сделать остановку на ночь. Я протестовала, но безуспешно:

— Милая моя, вам нужно отдохнуть, вы не привыкли к таким долгим поездкам. Поверь на слово, сейчас в тебе кипит адреналин, но уже совсем скоро ты и сама почувствуешь, как устала и измучалась. Подумай о госпоже Стрелицкой, ей тоже приходится нелегко!

Пришлось уступить, и я мерила шагами выделенную мне комнату всю ночь, пока усталость не свалила меня с ног, и я не погрузилась в тревожный сон. Утром я с предельной скоростью поглощала завтрак, не чувствуя вкуса еды; мое нервозное состояние ни для кого не было секретом, поэтому, едва закончив завтракать, я подскочила на ноги, поблагодарила отца, сказала, что пойду готовиться к отъезду, и всем пришлось отставить столовые приборы.

И так продолжалось раз за разом, потому что погодные условия не способствовали быстрому продвижению, и нам (к моему полному отчаянию) приходилось регулярно останавливаться в гостиницах. Мои спутники вели беседы о прошлом, о планах на будущее, я же мысленно была с Ярогневом, представляя его лицо, моля всех языческих богов, чтобы они даровали ему спасение. В такой тяжелый час мне в очередной раз захотелось, чтобы сверху кто-то смотрел на нас, и не оставил наедине с бедой.

Однако и у такого препятствия, как расстояние, имеется конец, поэтому после мучительной дороги мы наконец-то прибыли в Сколлкаструм.

— Смотри, дочь, вот он — оплот севера.

Огромная мрачная крепость врезалась в море, ее высоченные башни навевали мысли о замурованных там врагах, всюду выделялись катапульты, предназначенные для обороны воздушного пространства. Неудивительно, что замок так и остался непокоренным: эти приспособления запросто прострелят даже драконью чешую!

Когда мы подъехали, нас уже ожидала приветственная делегация.

— Господин Круторогов, рады вас видеть! — сказал Леон Беломорский, кузен Ярогнева. — Мы не ждали вашего прибытия. У вас поручение от крола?

— Нет, мы здесь, чтобы узнать, как ваш кузен. Он жив?

Мое сердце оборвалось, потому что Леон не отвечал, а лишь смотрел на отца. Из-за его спины вышла изящная драконица — Ярослава Беломорская, моя сокурсница по Академии, с который мы друг друга ненавидели. Она была влюблена в Матвея, который отдал предпочтение мне, но потом Ярослава исцелилась от чувств к нему, и перестала видеть во мне врага. Еще совсем недавно в столице мы отлично проводили время вместе, и мне стало казаться, что мы можем подружиться, а потом на Ярогнева напали, и их семья срочно отбыла на север.

— Мой брат, жив, хотя по-прежнему в тяжелом состоянии! — сказала она после положенной процедуры приветствия.

— Можем ли мы его увидеть?

Они посмотрели на отца, словно не понимая, что происходит, с каких это пор Артемию Круторогову стала небезразлична судьба Ярогнева.

— Мы? — переспросил Леон, и я без разрешения вышла из экипажа.

Теперь с удивлением воззрились на меня. Бледное лицо Ярославы побелело еще больше, но в глазах загорелся огонек понимания.

— Конечно, — решительно ответила она. — Думаю, отец не будет против.

Последние слова предназначались скорее для Леона, и нас повели по монументальным коридорам Сколлкаструма. Я так была взволнована, что с особой остротой воспринимала происходящее, и мне стало интересно, каково жить в таком месте? Замок был суровым, соответствовал духу севера, но мне он казался сдавливающим, грубым, глубоко несчастным.

И вот, когда у меня уже не оставалось моральных сил себя сдерживать, мы оказались перед массивной дверью. Ярослава кивнула стражнику, и он распахнул ее перед нами. Ступени вели вниз, к круглому помещению, в центре которого на жесткой кровати лежал Ярогнев. Вокруг него пестрели бутыли с мазями, настоями, современными лекарствами, но больше всего был материй, пропитанных его кровью.

От обилия красного цвета и вида его серого лица у меня окончательно сдали нервы: я бросилась к нему, не обращая внимания на присутствующих.

— Ярогнев, ты меня слышишь? Это я, Элиф! Прошу тебя, пожалуйста, приди в себя, Ярогнев!

— Доченька тише, — пытался утешить меня отец, но безуспешно.

— Он не открывает глаза! — я была на грани истерики.

— Ему помогут, посмотри, господин Клеверов здесь, — Артемий пытался меня вразумить, но я ничего не видела, кроме любимого мужчины, который неумолимо проигрывал смерти. — Ты должна быть сильной, дочь!

— Ваш отец прав, сударыня, нам всем стоит держаться ради него.

Суровый властный голос сумел отрезвить меня лучше ласковых увещеваний. Я обернулась, и увидела Кристофера Беломорского, дракона Морских Штормов, главу всего северного рода. Отца моего Ярогнева.

— Простите, что мы явились без приглашения! — произнес Артемий.

— Я действительно не ожидал гостей сейчас, но чему я удивлен больше, так это вашему родству. Конечно, я и раньше подозревал, что происхождение сударыни не так однозначно, но и помыслить не мог, что ее отец это вы.