Чтение онлайн

– Пустая трата ресурсов, – возмутилась Адель. – Мы просто переселим людей из первого в третий, мутантов оставим. Им вообще без разницы, есть кислород или нет.

Дюк и Аня широко раскрыли глаза, остальные же, видимо, уже не раз слышали это предложение.

– Правильно ли я понимаю, что сейчас идёт борьба между мутантами и людьми, когда первые доказывают вторым, что ничем не хуже их, а вы просто хотите выбросить и без того угнетённых в мусорный купол? – прорезался тихий голос Ани, которая долго не хотела встревать в «вот это вот всё».

Адель поморщилась, неохотно соглашаясь.

– Я не согласен, – вмешался Дюк, сверля взглядом тётю и мысленно моля её прекратить этот цирк.

– Как бы я тобой ни восхищалась, Дюк Нордан, права голоса тебе не давали, – резко ответила Адель.

– Как мне это исправить? – улыбнулся Дюк. – Не знаю… может, получить удостоверение альфа-мутанта и навязывать всем своё категоричное мнение?

Аня с Кирой неуместно хихикнули, но злой взгляд Адель упал только на Киру.

– Исключено, – вмешалась Николь. – Максимум, что я могу вам предложить, – это продолжить тут учёбу, и, если хотите, можете затем строить карьеру. Сейчас ваш голос ничего не значит.

Дюк и Аня переглянулись. Милая мягкая Николь, ещё утром распинающаяся перед ними, сейчас так просто отдаёт власть тирану, который, в отличие от Миры, даже не скрывает своего отвращения.

– Разговор окончен. Можешь поблагодарить меня за то, что к тебе вообще так хорошо относятся, – на прощание сказала новая Леди секторов.

Ещё в доме Селены, после рассказа Дюка о своём районе, Аня поняла, насколько её мир отличался от его. Всё, на чём она была зациклена: она – другая, ей стоит прилежно учиться, не выделяться из серой массы, не делать вообще ничего из ряда вон выходящего, но даже это выполнить она не смогла. Её никогда не заботило, что было в других куполах. Аня была центром своей вселенной, «эгоистичная и неблагодарная», как говорила Лида. Да, её проблема принятия себя на тот момент казалась ей делом жизни и смерти, но сейчас, глядя на завод перед домом Дюка, Аня понимала масштаб проблем во втором секторе.

Правое крыло завода было разрушено. Тонна кирпичей давно служила местной малолетней шпане локацией для игр. Это Аня поняла по вещам, аккуратно сложенным у сетчатого забора: пара грязных, но не таких уж и старых курток, сломанные детские игрушки, рваный грязный мяч. В левом же крыле светил тусклый свет, оттуда доносились далёкие тихие звуки производственного процесса.

Она так внимательно вглядывалась в окно, недовольно хмуря брови и высматривая там фигуры рабочих, что Дюк не хотел её тревожить. Аня отвлеклась сама. Вздрогнула, услышав вой собак, и резко обернулась на звук.

– Ещё не поздно передумать и вернуться в пятый, – произнёс парень, обратив внимание на испуганный взгляд Ани. Та ещё плотнее укуталась в серую кофту Дюка. Он укрыл ею плечи Ани, как только они сошли с перрона.

– Это же не те, про которых ты рассказывал? Это же не коменданты? – прошептала она удивительно даже для себя самой сиплым голосом, и дрожь пробила бледное худое тело.

Аня невольно представила себе зверей, которых никогда не видела в глаза. Псов, так похожих на доберманов, но мощней, быстрей, агрессивней. С мутными глазами и струёй слюны, спускающейся с их острых пастей, они прекрасно вписывались в такой ветхий пейзаж. Были частью этой разрухи.

– Тех усыпили. Это дворовые, – уточнил Арес, даже не оторвавшись от своего наручного коммуникатора. Возможно, именно поэтому Аня слабо верила в его слова. А вот Дюк, услышав это, осознал, что бродячих собак сейчас могло стать больше. Ведь раньше они тоже становились пищей для комендантов. Однажды утром, пока он прятался на ветхом балконе малознакомого здания, Дюк стал свидетелем жестокой расправы над щенками и их матерью. Эту картину парень не забудет никогда, и никогда его не покинет чувство, что, заметь он их раньше, смог бы помочь. Невольно мысли Дюка вернулись к Кире. К девушке, что предпочитала действовать, а не сожалеть о несделанном.

Замок громко щёлкнул, дверь послушно отворилась. Этот дом всё ещё навевал множество воспоминаний. Одно из них было о том дне, когда они всей их мелкой шайкой сопротивления собрались в гостиной, и по телевизору была продемонстрирована первая смертная казнь. Сейчас Дюка уже не волновала мысль о том, как его жизнь изменилась с момента встречи с тётей. Он думал, что вновь хотел бы собрать тут всех близких.

Дюка очень тревожила судьба каждого из участников той компании. Он знал только о Мите. Друг, получив новую механическую руку, проходил реабилитацию. Наташа, как верная невеста, сопровождала его. Дюку даже удалось пообщаться с ними по громкой связи, когда с девушкой созванивалась тётя. Обо всех остальных он получил только наспех брошенную в воздух, во время утренних сборов, поверхностную информацию: Айзек отказался от вакансии в пятом, с Марго они переехали в третий, забрали с собой Тайку и хотят узаконить свои отношения. Марк проходит обучение на рядового солдата, живёт в общежитии пятого. Кто бы мог подумать, ещё месяц назад он и мечтать об этом не мог. Эрик вернулся в мастерскую героем, забрал к себе Нику, время от времени они навещают Марию.

Связаться сам Дюк ни с кем не мог. Свой телефон он оставил Ришель. И если в аппарате парень не видел ничего сверхнужного, и его местонахождение его не волновало, то о самой Ришель Дюк не мог сказать того же самого.

Сердце остановилось, когда рыжий парень увидел белый лист бумаги на столе. «Требование? Прощальное письмо?» Ему хотелось узнать, что там, кинуться и прочесть, но в то же время Дюк боялся содержимого письма. Пара секунд, потребовавшаяся для того, чтобы перевернуть лист, показалась вечностью.

«Еда в холодильнике. Надеюсь, ты вернёшься раньше, чем она эволюционирует в монстра. Ришель».

«Интересно, она оставила записку до того, как решила исчезнуть? До того, как узнала, что не сможет встретить меня?» – подумал Дюк и пока ещё не знал… рад он самой записке или нет.

Дюк уже начал продумывать все возможные варианты злой шутки, что могла сыграть с ним судьба в этот раз, но голос Ареса выбил его из пустоты, где только металось туда-сюда перекати-поле.

– У тебя есть еда?

– Что?

– У тебя тут есть еда? – повторил вопрос солдат, разглядывая пустые полки кухни.

– Если она не эволюционировала, то в холодильнике. Но у тебя, вроде, специальное питание, нет?

Арес, удивлённый такими познаниями, кивнул и продолжил:

– Это не для меня. У девушки в животе кит умирает.

Аня засмущалась, поймав на себе взгляды мужчин. В глазах таких «икон» ей хотелось казаться сильной и независимой, но Арес был прав, кита в желудке тоже хотелось спасти.

– Всё ещё в холодильнике, – улыбнулся Дюк, намекая, что хозяин из него так себе. Махнув рукой в сторону агрегата, он продемонстрировал, что самообслуживание тут приветствуется.

Когда Аня осталась стоять почти в дверях, а Арес уютно расположился на диване, стало очевидно, что никто не собирается проверять уровень жизни эволюционировавшей еды. Дюку пришлось самому лезть в холодильник, выливать содержимое и выставлять кастрюлю на крыльцо, потому что вонь от несостоявшейся жизни обещала не выветриваться из посуды ещё долго. Ришель пропала давно. Скорее всего, почти сразу после его ухода.