Чтение онлайн

С Морозовым все было совершенно иначе. Из-за несовпадений графиков встречи с Андреем случались нечасто. Зато что это были за встречи! Фейерверк эмоций, романтика, отрыв от реальности! Андрей приносил ей пышные букеты, купал ее в роскоши, дарил дорогие подарки, водил по ресторанам и интересным местам. За все свои девятнадцать лет Алиса никогда не получала столько цветов. Ее квартира превратилась в оранжерею. В доме не нашлось столько ваз, чтобы разместить все букеты. Счастливо улыбаясь, девушка перебирала цветочные охапки. Розы на длинных ножках перманентно напитывались влагой в ванне, куда теперь родители, шутя, занимали очередь. И аромат. Чарующий цветочный аромат, который врезается в память, чтобы навсегда там остаться сокровищем.

Роман с командиром открыл для Алисы волшебную сказку, в которой она чувствовала себя принцессой, хрупкой девочкой, окруженной вниманием и заботой. Подгадав совместные выходные, Андрей свозил ее на три дня в Дубай. Дорогущий отель в краю шейхов. Они жили под облаками в номере с панорамными окнами в пол. Все было как в красивом кино и даже лучше. Андрей для нее устроил ванну шампанского и дорожку из лепестков роз. Из ресторана приносили лобстеров, вино и корзины фруктов.

Свешникова думала, что Андрей потратил на эти три дня всю свою зарплату. На самом деле он потратил гораздо больше, но ни полусловом не обмолвился о цене. И в этом тоже был его огромный плюс перед бывшими Алисы, которые могли ее угостить разве что на фудкорте.

Алиса думала, что, не пойди она в стюардессы, не случилось бы в ее жизни этого волшебства. Иначе как, при каких обстоятельствах она могла бы познакомиться с мужчиной такого уровня? Прежний ее круг общения состоял сплошь из студентов, у которых вечный напряг с деньгами. Раньше Алиса на доходы потенциальных ухажеров не смотрела, ей была важна внешность парня и чтобы с ним было прикольно. С Морозовым она поняла, насколько деньги украшают отношения, приносят в них комфорт и легкость. Деньги, конечно, не главное, но без них совсем не то.

Как сложится с Андреем дальше, Свешникова не загадывала. Она жила в моменте, наслаждалась им и была счастлива. Алиса сама себе завидовала. Она понимала, что мало у какой девушки случалась такая красивая любовь. Кому рассказать – не поверят. Решат, что она все выдумала.

Андрей

Ничто не сравнится со свежестью юной девушки: упругость и сияние кожи, гладкие волосы, блеск глаз. Легкость, восторженность, звенящий смех. Алиса – сама жизнь. Вздорная, капризная и такая непосредственная! Ее тело пахнет ветром, как пахли руки девочки из третьей смены лагеря «Аврора», в котором Андрей впервые влюбился.

С той девочкой из лагеря они оказались рядом на спортивной площадке, куда их выгрузили из автобусов и где они всей толпой с вещами ожидали расселения по корпусам. Андрей уселся на чемодан, а девочка из-за тесноты то и дело задевала его голову руками и каждый раз извинялась. Она говорила: «Прости, мальчик!» Она не знала его имени, а он ее. Та девочка была в отряде на год старше, дискотеки у них по времени не совпадали и вообще они почти нигде не пересекались. Она не была красавицей – обычное милое личико с незапоминающимися чертами. Андрей наблюдал за ней в столовой и особенно на пляже. Девочка вышла из воды и, отжимая намокшие волосы, посмотрела на него в упор. Андрей, отводя глаза, застыл на двух бугорках, ставших заметными под мокрой тканью купальника. Тогда с ним впервые произошло это. Прилив стыда и хмельное чувство взрослости наполнили тело энергией и понесли его прочь. Они разъехались, так и не сказав друг другу ни слова. Но та девочка, с которой у них ничего не было, щемящей детской сказкой до сих пор живет в его сердце.

Белая рубашка, золотые погоны, полоски шевронов на кителе и фуражка с дубами. Форма пилота гражданской авиации притягивает внимание. Андрей привык быть для женщин ценным призом. Будь он обычным работягой или офисным служащим, подойти к такой девушке, как Алиса Свешникова, не решился бы. Слишком молодая, у такой огромный выбор, здраво рассуждал он. А ему уже тридцать два, почти тридцать три. Возраст Иисуса Христа – в былые времена почти старик. Хотя какой, к дьяволу, старик?! Здоровье отменное, ВЛЭК проходит играючи, но тринадцать лет разницы – слишком много для того, чтобы понимать друг друга с полуслова.

Андрей и подумать не мог, что влюбится в эту молоденькую девчонку. Во Владике у него сорвало крышу. Когда она села к нему в машину, промокшая и дрожащая, беззащитная, Андрея охватила нежность. Он вовсе не собирался ее трахать, для секса ему всегда хватало девиц постарше и поопытнее. А эта почти ребенок. Но что-то такое с ним случилось, когда он постучал к ней в номер с пакетом лекарств из ближайшей аптеки. Показал, где находится хамам, а после они переместились в его номер.

Алиса сама потянулась к его телу, тонкими пальцами обхватила шею и неуверенно поцеловала. В ее глазах Андрей увидел желание. И если бы она сомневалась, если бы не была возбуждена, ничего между ними не случилось бы. Он не стал бы удовлетворять свою похоть, перетерпел бы, но срывать этот нежный цветок не стал.

Ирина

Несколько лет назад

К абитуриентам летная комиссия особенно требовательна и придирчива. У поступающих на командный факультет здоровье должно быть идеальным. Алычову с ее ноль восьмью на правом глазу окулист вычислила сразу: она таких, как Ирка, за свои двадцать лет стажа перевидала несчетное количество.

– Вы, девушка, подавайте документы на другой факультет, например, на «экономику и право», – посоветовала врач, – туда достаточно общей медицинской справки, а ВЛЭК вы не пройдете.

Мир Алычовой рухнул. Она мечтала стать летчиком, и никем больше! Ирина по телевизору видела пилотов в очках и читала про них. У компании «Люфтганза» даже на рекламном плакате пилот-очкарик: седовласый, степенный, в кителе с шевронами с четырьмя командирскими полосками, на носу красивые очки в тонкой оправе. А ей почему нельзя? Не такая критичная у нее близорукость! Всего-то не видит вторую строчку снизу и то только одним глазом. Левый глаз у нее единица!

В тот злосчастный день Ирина бесцельно бродила по городу. Вышла на какой-то станции метро и шла по улицам, сама не зная куда. Что она скажет Лене? Может, подать документы на «организацию перевозок» или еще куда-нибудь, лишь бы учиться рядом с ним? Нет, думала Ирка. Она хочет быть пилотом, и только им. Надо не сдаваться, заниматься упражнениями для глаз, есть морковь и чернику и на следующий год поступать снова. Леня должен понять. Если любит, подождет. «А если не любит?» – осенила ее банальная мысль. «Да нет, – уговаривала себя девушка. – Он не такой, он самый лучший».

Леня что-то сегодня не звонил. Вчера тоже. Вообще он звонил редко, только когда предлагал встретиться, да и то мог прийти без предупреждения и поскрестись в дверь. Леонид был в общагах свой, и в их шестой корпус вахтер его пропускал.

Ирке хотелось увидеться с Леней и одновременно не хотелось. Она чувствовала себя неудачницей из-за того, что не прошла ВЛЭК, как будто бы изъян здоровья был ее виной. Вообще Алычова считала, что это действительно так. Еще в школьном медпункте, когда перед всем классом Ирина не смогла разглядеть восьмую строчку, она чуть не сгорела со стыда. В толпе девчонок послышались шепотки: все были уверены, что у Алычовой хорошее зрение, а тут… В их классе ближе к окончанию школы очень многие страдали близорукостью и ничего особенного в этом не было, но отличница и перфекционистка Алычова не могла себе простить ни одного изъяна. Дефекты, от которых нельзя избавиться, необходимо тщательно скрывать, вопил ее юношеский максимализм. Ирка потом себя сгрызла за то, что не удосужилась вызубрить оптометрическую таблицу. После она, конечно, ее вызубрила – обе части, но назад не отмотаешь, ее секрет стал известен всем.

На ВЛЭК Алычова бойко оттарабанила все символы, но с окулистом летной медсанчасти этот номер не прошел. После традиционной проверки по таблице врач перешла к тонометрии, а прибор перехитрить невозможно.

Ирина добрела до обшарпанной двери своей общежитской комнаты ближе к вечеру. Остановилась, переводя дух. Ей даже перед Мариной было стыдно за то, что ее срезали на медкомиссии. У Маринки бал по ЕГЭ куда ниже и, может, тоже неидеальное зрение, но она в пилоты не лезет! А она, Ирка, вон куда замахнулась и обломалась. Не по рту каравай. Посмешище какое!