Чтение онлайн

Буквально за несколько метров до опасности я, придя в себя, притормозил и спрятался за ближайшую брезентовую палатку. За прилавком Лысого не было ни Урсулы, ни его самого, но именно оттуда исходили запахи их обоих. Видимо, они были за самой палаткой. Что Урсула делала рядом с этим безобразным торгашом? Может, я ошибся? Я стал аккуратно пробираться ближе, готовый, в случае чего, дать дёру, подлез к самому прилавку, весь трясясь от напряжения и волнения. В голове промелькнула мысль о краже еды, но я отмахнулся от неё, как от назойливого насекомого. Урчащий живот не беспокоил меня так же сильно, как запах Урсулы, какой-то тревожный и настораживающий. Он жутко меня интересовал, но также порождал во мне целую кучу вопросов. Неужели все эти новые запахи – это чужие чувства?

Из-за волнения все мои движения становились дёргаными и корявыми, но, тем не менее, подкрасться незамеченным к лавке Лысого мне удалось. Я аккуратно заглянул за заднюю часть прилавка, когда услышал голоса. Они с Урсулой стояли чуть поодаль.

Я увидел огромную, лоснящуюся от пота спину Лысого, размахивающего своими массивными лапами. Он был похож на здоровенного краба с поднятыми клешнями. Интересно даже, на что способны руки такого размера. Урсулу я видел совсем плохо, её почти целиком заслонял великан. Лысый отчитывал её за что-то, по его мнению, «из ряда вон» и «ещё хуже, чем в прошлый раз». Он много её оскорблял, с пеной у рта убеждал в том, какая она никчёмная и бестолковая. Урсула по большей части молчала, но только от того, что Лысый не давал ей и слова вставить. Но я понимал всё, что ей хотелось сказать. Она пыталась возражать, защищаться от грубых слов, оправдываться, но даже то, что ей удавалось высказать, тут же становилось перевёрнутым и обращённым против неё. Я чувствовал её гнев и обиду как свои собственные, но всё же не до конца понимал, почему она не убежит, не перестанет выслушивать гадости от какого-то толстяка-торговца?

Мне пришло в голову, что нужно как-нибудь отвлечь Лысого. Так у Урсулы наверняка появится шанс удрать. Вооружившись камнем, я прополз за самой его спиной, нервно подрагивая. Прямо за небольшим двориком, где были только мы втроём, начинались ветхие на вид постройки. Мой глаз сразу лёг на примыкающую стену одной из них. Можно было бы забраться в крохотную щель между стенами, а оттуда, подгадав момент, сорваться и побежать в лабиринт из несуразных зданий. Только бы отвлечь Лысого, не показываясь ему!

Я проскочил через двор, едва не выдав себя шорохом путающихся в песке ног. Может, Урсула уже заметила меня и только ждала, пока я наконец сделаю что-нибудь? На это я и надеялся, рассчитывая, что она не позволит толстяку внезапно оглянуться, например.

Когда Лысый замахнулся на Урсулу, я был готов и не мог ждать ни секунды. Метя точно в его прилавок, я швырнул камень, что было силы. И попал! Снёс ему крайнюю коробку с бананами, которые, будто следуя моему плану, глухими ударами рассыпались по земле. Лысый мгновенно озверел ещё больше. Он покраснел от злости даже самой своей лысиной, глядя на беспорядок, что я учинил. Урсула вообще перестала его интересовать.

– Кто это сделал?! – остервенело заорал он, туда-сюда вертя головой с надутыми ноздрями, из которых будто шёл пар.

Я втиснулся в свой уголок так сильно, как только мог, затаив дыхание. Ищущие глаза на бордовом лице Лысого пару раз проскользнули мимо меня, заставив напрячься и вовсе перестать дышать, но он меня не заметил. Наоборот, полностью повёлся на мою уловку и вышел за прилавок, разводя балаган и крик там. Радостный, я высунул нос из тени и замахал рукой Урсуле. Она и с места не сдвинулась, всё ворчала себе что-то под нос.

– Эй! Это я! – вполголоса позвал её я, боясь быть услышанным лишними людьми.

Она посмотрела на меня строго, сощурилась и наклонила голову вбок. Я движением головы позвал её за собой, намекая на переулок. Время уходило, я нервничал с каждой секундой всё сильнее, а почему-то Урсула медлила. Наконец, увидев мою обеспокоенность ситуацией, она вздохнула и нехотя зашагала в мою сторону. Как только она приблизилась ко мне на достаточное расстояние, я вылез, схватил её за руку и потянул за собой.

– Почему сама не побежала? – запыхавшись, спросил я.

Мы пробежали достаточное расстояние, чтобы Лысый при всём желании не мог нас догнать, и теперь просто брели по запутанным узким улицам. Иногда поднимался ветер и сквозняком осыпал нас песчаной волной.

– Когда бегаю, он ещё больше бесится, – она пнула камушек, и он покатился вперёд, весело стуча по земле. – Всё равно придётся вернуться.

– Зачем? – озадачился я сперва, но потом понял. – Погоди, он что, твой…

– Ага. Отец, – она понуро опустила голову.

Я почуял от неё легкую кислоту стыда.

– Извини, – мне пришлось прибавить шаг, так как Урсула вдруг ускорилась. – Я не знал.

– Вот и хорошо, – она на секунду заглянула мне в глаза. – Пусть никто не знает. Разболтаешь кому-то из мальчишек – убью.

– Кому например?

– Не знаю. Ману, Гилю, ещё кому-нибудь.

– Ману меня ненавидит, – усмехнулся я. – Ему точно не скажу.

– Правда? – она вмиг повеселела и легко толкнула меня в плечо, – Что ты ему сделал?

– Не знаю, – растерялся я. – Ничего.

– Да ну? Тогда сделай! Чтобы ему было, за что цепляться.

Я кривовато ей улыбнулся и промолчал.

Мы всё бродили, болтая о Ману и его компании. Урсулу особенно веселило обсуждать Рике, который, по её рассказам, не мог даже определить, где лево, а где право. А когда я рассказал, как Рике однажды у меня на глазах споткнулся о собственный башмак, а своей массой повалил ещё и Ману, она хохотала так, что птицы вокруг нас в страхе разлетались в стороны.

В конце концов, я выбился из сил и стал идти гораздо медленнее, почти тащился за Урсулой. Она быстро это заметила.

– Эй, ну ты совсем как слизень! – покачала она головой, вынужденная в очередной раз обернуться на меня.

Только я хотел возразить, как она стала быстро оглядываться, запрокидывая наверх голову.

– Смотри, – она указала на крышу сарая, стоящего неподалёку. – Полезли, посидим.

– На крыше? – удивился я.

Урсула посмотрела на меня с непониманием, будто даже с презрением, и молча пошла к сараю. Я поплёлся за ней. Никогда ещё не видел, чтобы так ловко взбирались по стенам, вообще не пригодным для лазания. Урсула взобралась на крышу легко, как взлетела, и я, стараясь повторять движения за ней, вскарабкался туда с огромным трудом, едва избежав падения.

– Как ты это… – весь красный, я подполз к ней.

Я был возмущён, что оказался настолько плох физически, что не поспевал за Урсулой, но в то же время был просто потрясён её способностями.

– Ну ты и неженка, – хихикнула она.

Девчонка с лохматыми хвостиками села на самый край крыши, свесив ноги. Солнце опускалось к земле, как сдувающийся воздушный шарик. Сегодня оно красило закат в розовый цвет с необычным сиреневым оттенком. Можно было почувствовать аромат этого неба, таким близким и приятным оно было. Лучи оседали на смуглом лице Урсулы, нежно подсвечивая её гладкую кожу.