Солнце в две трети неба
Шрифт:
– Не беспокойся– сказал Ире её сменщик: –Мы проследим за Бонделеем. Позаботимся о нём.
– Объявить бы вам выговор. За самоуправство и головотяпство– вздохнул глава совета: –Жаль нельзя.
– Почему нельзя?– спросил Денис.
– Потому, что я разрешил проведение эксперимента по выращиванию разума в искусственном мозге древнего робота– поделился глава: –Как только узнал, что вы задумали, так и разрешил.
– Как вы узнали?
Глава улыбнулся: –Тоже мне, заговорщики. Учёные из подполья! Возвращайтесь уже на землю. Герои и живые легенды первой экспедиции к меркурию. Писать вам выговор всё равно, что мазать грязью постамент. Общественность не поймёт и не простит. Эх, герои…– Не обзывайтесь– попросил Денис.
Глава удивился: –Я вас хвалю, глупые.– Вот теперь обзываетесь.
Глава улыбнулся.– Я прослежу за Бонделем– пообещал сменщик: –Веришь?
Ира кивнул.– Тогда передавай полномочия старшего кибернетика.
Она передала и голос под потолком, как удар колокола, отметил: –Зафиксировано!– До свидания, товарищи герои и экспериментаторы.
– До свидания…
Уже на борту Прометея. Перед тем как лечь в капсулу долгого сна, Денис задумчиво смотрел на Иру. Он пытался делать это исподтишка, но она всё равно замечала. И, наконец, потребовала ответа: –В чём дело?– Да ни в чём– Денис, с деланным безразличием, пожал плечами: –По статистике КосмСовПола восемьдесят два процента пар, возвращаясь из космоса и оседая на Земле, остаются парами. Распадается только восемнадцать процентов. Это ведь очень немного – восемнадцать процентов?
– Эй! Ты что надумал– воскликнула Ира: –Я ещё не собираюсь на пенсию!
– Я тоже– улыбнулся Денис: –Подадим заявку на совместное участие в следующей экспедиции?
– Я подумаю– сказала Ира.
– Спокойной ночи и хорошего пробуждения, товарищ Кораблёв.
– Спокойной ночи и хорошего пробуждения, любимая.
– Спокойной ночи и хорошего пробуждения, любимый– поправилась Ира.
Капсулы сна закрылись. Сквозь матовое покрытие можно разглядеть только контуры предметов снаружи. Да и не на что там смотреть. Глаза слипались. Оба погрузились в долгий сон. Для человека в капсуле сна время застывает, точно камешек в густом и тягучем меду. Сеть солнечных батарей похожая издали на бахрому, опоясывающую горчичное зерно – сам корабль, сложилась в гигантский парус. Когда-то давно парусные корабли ходили по морям и океанам древней земле. Теперь солнечный парус используют космические странники. С каждой секундой Прометей наращивал скорость, устремляясь к плывущей в отдалении голубой звёздочке – планете Земле. Воля людей вела огромный корабль и управляла им. Пилоты были душой Прометея, а скользящий в пространстве левиафан их телом. Позади пылающим огненным горном, самым ярким из ярчайших костров, сияло солнце. Позади оставался меркурий – завоёванный форпост человечества. Жаркая кузница грядущего дня. Где-то там древний робот с именем, изначально принадлежавшим самодовольному коту древнего инженера Симоненко, пытался стать разумным существом. Никто и даже Горохова Ирина не знала, что робот когда-то уже получал такой приказ от своего создателя. В тот раз он не справился. Но, может быть, получится сейчас? Кто-то спал в капсулах долгого сна. Кто-то использовал время полёта для обработки данных или для вычислений или для того, чтобы выучить иностранный язык – мало ли есть на свете вещей, которые хочешь сделать, но на которые вечно не хватает времени. Пилоты следили за полётом корабля. Планеты, не останавливаясь, продолжали извечный танец в который, временно, включилась рукотворная скорлупка космического корабля. Земля ждала возвращения первопроходцев. Названный Прометеем корабль, словно в легенде, нёс землянам кусочек солнца. Нет, речь не об энергнуме – универсальном преобразующем элементе. Я говорю о людях – побывавших вблизи солнца и возвращающихся домой.Глава 18. А дальше?
– Сергей!– возмутилась Ира рыбкой ныряя обратно в капсулу: –Как можно быть таким бесцеремонным?!
Капсула стояла раскрытая, словно гигантский цветок. Из-за лепестка выглядывала кипящая возмущением заспанная и неумытая после долгого сна физиономия старшего кибернетика Прометея.– Подумаешь, что я там не видел– пробурчал младший пилот: –Атавизм и только.
Однако он всё же отвернулся к стене.– Какая новость?– жадно поинтересовалась Ира, торопливо надевая комбинезон. Пилота, по-хорошему, следовало бы стукнуть за отсутствие элементарной вежливости, хотя, конечно, стесняться наготы это пережиток прошлого и во всём мире он давно изжит, только одна Ира ещё чего-то стесняется. Но желание узнать о какой новости спешил сообщить пилот и штатный радист Прометея, пересилило прочие желания.
– Что-то произошло с Бонделеем?– спросила она.
– С кем? А, с древним конструктом– догадался Сергей: –Почему ты вспомнила о нём?
– Так новости не о нём?
– Нет, конечно! С чего вообще ты подумала, что новость с большой буквы – новость, которую спешу сообщить лично (а некоторые ещё и обижаются) – будет о каком-то роботе чёрти когда забытом на меркурии?
Ира пожала плечами: –Так… подумала. Сергей недоверчиво посмотрел на кибернетика, пожал плечами и выпалил, будучи больше не в силах держать новости в себе: –Послание расшифровали!– От инопланетян?
– А от кого ещё?
В тот момент Ира была готова убить младшего пилота: –Говори уже толком или не знаю, что с тобой сделаю! На всякий случай Сергей сделал два шага назад. Качнулся – магнитные ботинки обеспечивали хорошее сцепление с полом. И, с безопасной дистанции, торопливо сказал: –Восьмидесятилетний японский математик Акио Охаяси нашёл ключ. Знаешь, почему ни у нас, ни у кого другого ничего не получалось с расшифровкой? Ира зарычала.– Потому, что мы думали там длинный текст– пилот сделал ещё один маленький шажок назад и из коридора закончил: –А там не длинный текст, а множество коротких – сотни коротких. И в каждом зашифровано одно и то же, только разными способами. Знаешь, сколько всего нового узнают сейчас математики, расшифровывая новые и новые элементы послания? Когда заранее известно, что именно зашифровано – легче восстанавливать способ шифрования. Полностью новые, ранее неизвестные способы представления информация. В жизни невозможно было догадаться зашифровать таким образом. Их, наверно, какие-нибудь жуки выдумали потому, что человеку не могло прийти в голову превратить текст в такой математический ужас. А некоторые элементы до сих пор не расшифровали. Даже зная, что именно зашифровано, никто не может понять способ представления информации. Наверное, там вообще что-то невообразимое.
Мило улыбнувшись, Ира тихим и спокойным голосом попросил: –Сергей, может быть наконец скажешь что именно хотели передать нам братья по разуму?– Разве я не сказал?– удивился младший пилот.
Вдох. Выдох. Тихим и спокойным голосом: –Нет, не сказал.– Координаты– ответил пилот: –Координаты звёздной системы. Количество планет и планетарных спутников. Одна планета изображена на порядок подробнее остальных. Обозначены две точки – то ли места предполагаемой посадки, то ли столицы двух планетарных государств. А, может быть, это место где зарыт клад. Больше ничего. Послание совсем короткое, а относительная карта координат звёздной системы занимает много места.
Ира молчала и Сергей закончил: –Та самая звёздная система, куда планировали отправить в первый межзвёздный полёт «Зарю» и «Великий Октябрь». Теперь точно отправят. Он махнул рукой, как будто прощаясь: –Ладно, я побежал! Надо и другим рассказать. Младший пилот исчез, словно слабый сигнал с экрана радара. Вроде бы был и вот уже нет и ты гадаешь – а действительно ли был, не показалось ли? Недолго Сергею осталось ходить в младших. Вот завершится официальная процедура сдачи-приёма корабля, затем отдых на Земле и потом новый полёт, но уже в качестве старшего пилота. Что думает об этом Саша? Вошёл и сел рядом Денис. Провёл рукой по отросшему ёжику волос. Ира недовольно мотнула головой. Тогда он просто обнял её.