Чтение онлайн

– Здравствуй, Роналд. Есть новости?

– Здравствуй, Шарлотта. Здесь так холодно, что боюсь, я всё себе отморожу.

– У русских плохо с отоплением.

– Нет, я вышел на улицу, чтобы позвонить тебе.

– Тогда говори быстро и беги греться.

– Если коротко, то русские предлагают нам участие в расчётах при захвате астероидов и направлении их на Венеру. Таким способом они будут осуществлять терраформирование планеты. На уступки идти не хотят, говорят, что это не торг. Они предлагают нам участие. Хотим, соглашаемся. Если нет, то они сами.

– Но мы же для чего-то им нужны? Значит, предмет для торга будет.

– Я тоже так думаю. Завтра утром у меня встреча со Смирновым. Закончу и сразу в Вашингтон.

– Хорошо. Не замёрзни там совсем.

– Постараюсь. Всё я побежал в дом. Не могу больше терпеть этот холод.

– Пока.

Роналд практически бегом возвратился в свою комнату, закрыл окно и протянул руки к батарее. Только через несколько минут он смог немного отогреться. После чего снял с себя верхнюю одежду и сел за стол.

Владимир Александрович Крючков приехал на Охотный ряд и прошёл в кабинет Первого министра. Смирнов встал из-за стола и вышел навстречу Крючкову. Они пожали друг другу руки.

– Присаживайся, Владимир Александрович. Рассказывай как там американец.

– Замёрз бедолага. Не привыкли они к холоду.

– Ничего. Может в баню его?

– Предложу вечером.

– Добро. С чем он приехал?

– Привёз личное послание от Клинтон. Завтра тебе вручит. Говорит, там подтверждены его полномочия. Думаю так и есть.

– Что ты ему рассказал?

– Как и решили. Предложил участие в проекте "Рождение Венеры".

– Как он на название отреагировал?

– Название я ему не сказал. Они по твоему намёку о Боттичелли поняли, что мы имеем в виду. Рассказал ему о возможности их учёных принять участие в работе с астероидами.

– Какова реакция?

– Естественно начал плести чушь про отсутствие демократии. О том, что мы должны пойти на уступки и так далее.

– Так, дальше.

– Дальше я сказал, что торг здесь не уместен. Либо принимаете наши предложения, либо "Goodbye my love, goodbye". Крючков одновременно со Смирновым усмехнулись.

– Ну, а его реакция?

– Побежал звонить своей Шарлотте.

– Ладно. Подождём до завтра. Привози его сюда к десяти утра.

– Рановато будет. Боюсь не встанет.

– Я думаю, он сейчас уже спит, или скоро заснёт. Разница во времени. Проснётся совсем рано. Вот и бери его и вези сюда. Завтраком не корми, здесь позавтракает.

– Добро.

Когда Крючков вернулся в дом приёмов, то убедился в том, что американец действительно поел и уснул.

Вот и хорошо. Владимир Александрович дал указание, как только МакДоналд проснётся, сразу же дать знать.

***

Роналд проснулся в полной темноте и не сразу сообразил, где он находится. Потом вспомнил свой полёт в Россию, разговор с Председателем КГБ, свою прогулку в парке. В этот момент он инстинктивно натянул одеяло на себя. Хотя в комнате было тепло, он задрожал от воспоминаний о морозе за окном. Роналд посмотрел на часы. Семь часов утра по местному времени. Получается, что он проспал четырнадцать часов. Однако. Видимо сказалась напряжённая работа последних месяцев, перелёт и свежий зимний воздух.

Едва МакДоналд вышел из своей комнаты, его встретил Крючков.

– Мистер Макдоналд, товарищ Смирнов ждёт Вас к десяти утра в своём кабинете на Охотном ряду. Он распорядился подготовить совместный завтрак. Посему прошу Вас пройти в машину. До Москвы доедем за час-полтора. Торопиться нам некуда. Товарищу Смирнову я уже сообщил, что мы будем немного раньше. Он ждёт нашего приезда.

– Хорошо, мистер Крючков. Я сейчас подойду к машине.

Чёрный ЗИЛ плавно скользил по дороге. Роналд с интересом наблюдал проносящиеся пейзажи. Пока были далеко от Москвы, вокруг расстилались заснеженные поля, но с приближением к городу всё чаще стали появляться малоэтажные посёлки.

– Мистер Крючков. Насколько я знаю, раньше Москва была огромным мегаполисом. Порядка пятнадцати миллионов населения. Теперь не чувствуется, что в Москве так много жителей.

– Совершенно верно. Раньше практически вся Москва и всё пространство рядом с Москвой было застроено многоэтажными домами и огромными торговыми центрами. Почти десять лет после революции происходило изменение облика Москвы. Большая часть жителей уехала к новым местам жительства и работы. Теперь в Москве проживает около шести миллионов человек.

– То есть, Вы принудительно выгнали население из города?

– Почему принудительно? В своё время, Москва была крупным научным и промышленным центром. Затем практически вся промышленность, за исключением небольшой части пищевой промышленности, была уничтожена. Тоже самое произошло и с научными организациями. Люди потеряли работу. На смену промышленным и научным организациям пришли торговые центры, новые жилые массивы. Москва превратилась в большой офис. Здесь были либо офисы, либо торговые центры, либо жилые дома. В Москву со всей страны и из-за границы приехало очень много людей, которые искали работу. Поскольку в стране рабочие места постоянно сокращались. В Москве же ещё можно было устроиться на работу. После революции пришлось кардинально менять ситуацию. Промышленное производство естественно в Москве восстанавливать было невозможно. Заводы строились в других регионах. Там же строились и дома для людей. Причём теперь разрешается только малоэтажное строительство. В России достаточно территории. Мы имеем возможность расселить людей таким образом, чтобы не было огромных муравейников. В Москве же восстановили научные организации и институты.

Естественно начался отток населения из Москвы. Теперь ситуация в стране сбалансирована. Постепенно население России распределяется равномерно по всей территории. Сейчас уже тридцать пять процентов населения живёт за Уралом.

– А что же стало с построенными офисами, торговыми центрами и многоэтажными домами.

– Дома постепенно сносятся и заменяются малоэтажными микрорайонами, офисы частично приспособили под научные и образовательные учреждения, частично снесли. Тоже самое и с торговыми центрами.

– Но если человек хочет жить в Москве?

– Да ради бога, пускай живёт. В чём проблема?

– Но Вы же всех выселяете в Сибирь.

– Роналд, Вы меня слышите? Мы никого насильно никуда не выселяли. Мы создаём условия для работы по всей стране, а не в одном месте для всего населения страны. Понимаете разницу?

– То есть Вы хотите сказать, что никого насильно не выгоняли?

– Зачем. У нас есть поговорка "рыба ищет, где глубже, а человек где лучше". Поэтому когда были созданы условия для жизни по всей территории страны, люди сами выбирали, куда им поехать.