Чтение онлайн

На следующий день ситуация повторилась с той только разницей, что мы устали ещё сильнее и не смогли даже доползти до стола. Девчонки в итоге кормили нас прямо в кроватях. Мира и Натана оперировали ложками и хлебом, Милиния и Иния засовывали то, что положено брать руками, Драдигна держала чашки с питьём. Дядьки помирали со смеху, глядя на наше кормление. Нас дразнилки не трогали — спать хотелось так, что мы их просто не замечали. Кроме того, видали мы этих взрослых мужей утром, вообще не разбудить…

На третий день, когда девчонки подобрали крошки и ушли, дядьки со смехом спросили меня, какую я выбрал — тёмненькую, светленькую или длинную? (Драдигна была самой высокой). Я ничего не понял и удивился, почему я должен кого-то выбирать? Дядьки развеселились и принялись обсуждать достоинства девчонок: «Мира шустрее, зато Лина заботливее, а Драдигна ласковее, так она заботливо спрашивала, что больше нравится — сок или компот?» Я велел им отстать и не мешать спать, а они засмеялись ещё громче и тоже обозвали меня дураком. И чего это все вокруг обзываться принялись?

Нормально пообщаться удалось только на четвёртый день, когда мы наловили столько рыбы, что её уже некуда было класть. Мне наконец-то удалось нормально рассказать ровесникам историю о рыжих волках. Все смеялись, называли меня отличным рассказчиком, но никто не поверил ни в то, что мы сидели с волками на скале, ни в то, что у меня дома свободно живёт щенок рыжего волка. Я обиделся за щенка — единственная неприятность от него только та, что мы никак не можем приучить его не вылизывать нам лицо каждый раз, когда входим в дом. Всему остальному его учит наша старая собака, но полизушками и она грешна…

Дети Вертулии рассказали в ответ свои истории. По случаю дня отдыха в «нашей» пещере собралось очень много детей, а дядьки ушли по разным делам. Самая невероятная приключилась с Ирго — застигнутый на равнине, он один сумел отбиться от стаи волков. Мы с Серым удивились — как возможно? Ирго ответил, что ничего сложного — надо просто вертеться вокруг своей оси и отбивать руками тех волков, которые прыгают на тебя, или хватать одного и отбиваться им от остальных. А потом встал и показал. Мы с Серым и ещё двое девчонок изображали волков, а Ирго крутился с «копьём» в руке (копьём была швабра). Укусить его оказалось действительно невозможно, даже в прыжке.

— Потрясающе! Я что-то подобное только видел, дедушка Артуал показывал. Он, правда, даже хищного ящера мог разделать, — с большим уважением произнёс я.

— Не только видел, но он и сам пытался на хищного ящера напасть, только ящер его завалил, — «продал» меня Серый. И кто его за язык тянул?

С боевым воплем «Прибью заразу!» я кинулся на Серого, чтобы слегка намять ему бока. А может быть, подёргать за уши. Но Серый не стал дожидаться моего выбора и попытался удрать. Поскольку мы сидели в плотной группе, ничего не получилось ни у меня, ни у него. Мира рассердилась, что я немного наступил ей на ногу, и поставила подножку. Серый просто завяз в телах и тоже свалился. Те, кого мы толкнули, толкнули нас в обратную сторону, при этом мы задели других детей, те опрокинулись на соседей, а те толкнули обратно. Началась весёлая куча — мала, когда все толкают всех и каждый сам за себя. Так с визгами и воплями мы возились несколько минут. Потом в дверь заглянул один из воинов Вертулии. Несколько секунд он наблюдал нашу возню, а потом спросил, спасать нас или лучше не мешать веселью.

Мы расползлись в разные стороны и успокоились. Воин сказал, что его послал вождь, предупредить нас о том, что на вечер назначен молебен и праздник по случаю отплытия. После этого он начал называть имена девочек, которым вечером назначено танцевать или петь.

Когда воин ушел, весёлая компания потребовала подробностей — каким именно образом я нападал на хищного ящера и как мне удалось выжить? Даже Ирго не слышал о том, чтобы можно было увернуться от хищного ящера. Его учили бороться только с волками, гарпиями и львами. Пришлось вытаскивать Серого и показывать с ним те фокусы, которым нас учил дедушка Артуал (мы с Найвой немного поделились с Серым полученными знаниями). В роли шеи ящера была та же швабра. У меня получалось не так гладко, как у дедушки, и никто поначалу ничего не понял. Зато потом, когда каждый попробовал, оценили и восхитились.

— Только на меня какой-то неправильный ящер нападал, у него шея не по прямой шла, а гнулась, в итоге я еле увернулся, — пришлось признаться мне под конец, — будьте осторожны с совсем молодыми ящерами, у них шея, наверное, сильнее гнётся.

— А как же ты выжил? — замирающим голосом спросила Драдигна.

— Папа ящера застрелил, прямо в глаз.

— Повезло! — дружно выдохнула вся компания.

Мы посидели ещё немножко, а потом разошлись обедать. После обеда нам удалось немного позапускать воздушных змеев. Долго не получилось потому, что на горизонте появился дракон, и мы вынуждены были вернуться в пещеру. В пещере мы здорово повеселились, играя в догонялки. Ходы в Вертулии были немного необычными, кое-где в них были сделаны наклонные лазы с этажа на этаж. Простая игра в догонялки в таких условиях превращалась в увлекательнейшее приключение.

Вечером мы все сидели на молебне. Сначала Главный Ведун читал молитвы с просьбами о том, чтобы всем нам было дано изобилие, а морякам — успешное плавание. Потом он принялся за проповедь. Это была очень хорошая проповедь, про то, что человек не должен быть животным, всегда думать о последствиях своих действий и не должен позволять гневу, а также прочим нехорошим чувствам брать над собой верх. Всего этого мы объелись ещё дома, а потому пропустили всё мимо ушей, весело играя в «язычки». Эта игра разработана в незапамятные времена несчастными детьми, которых силой заставляли сидеть на молебнах. Она чем-то похожа на «камень, ножницы, пергамент», только вместо кулака используются высовывания языка и фигуры ушами. Высунутый язык и распрямлённые уши — «камень», убранные уши и высунутый язык — «пергамент», и так далее. Кто проигрывает, тому показывают длинный язык, а он в ответ не имеет права показывать язык.

Местные принялись жульничать и при проигрыше начали стрелять в нас из трубок. Эти трубки делаются из камышин, стреляют из них кусочками воска от свечек, которые мы все должны держать в руках во время молебна. Главное в этом деле — это иметь трубку с длиной, не превышающей длины кулака. Ещё желательно подносить её ко рту так, чтобы взрослые не заметили, делая вид, будто трёшь глаза или нос. И, конечно, кусочки воска надо отщипывать от свечки снизу, незаметно.

Дети Вертулии думали, что у нас нет трубок. Их ждал сюрприз. Мы прекрасно знали, что перед отплытием обычно устраивают ещё один праздник с молебном, и потому Серый потихоньку срезал отличную, чудную камышину, из которой сделал трубки себе и мне. Мы продемонстрировали чудеса снайперской стрельбы и подавили местных так, что это заметил Главный Ведун. Он прервал проповедь и, улыбаясь, сказал:

— Я вижу, наши гости отлично освоились. Надеюсь, их взрослые знают, что делать с теми, кто играет в «язычки» на молебне.

В следующую секунду мы Серым были подняты за уши, выдворены за двери и поставлены в углы с жёстким наказом стоять до конца праздника. Огорчались мы недолго. Через полчаса молебен закончился и начался пир, и почти сразу наши новые друзья и подруги потянулись из зала под разными предлогами, неся с собою деликатесы и вкусности. В коридоре образовалась весёлая детская компания, и ещё неизвестно, где было веселее — в общем зале или у нас. Периодически то один, то другой отлучался в зал, чтобы стащить что-нибудь с общего стола. Почему-то эти тайком утащенные блюда, съеденные с рук в коридоре, были намного вкуснее, чем если бы мы ели их со стола. Зато когда праздник закончился и моряки начали таскать разные продукты к выходу из пещеры, чтобы с утра быстрее загрузить корабль, мы — как уставшие — в погрузке не участвовали.

Ближе к вечеру Драдигна улучила момент и сказала на ушко:

— С тобой так весело. Если вернёшься к нам в пещеру ещё раз, я буду рада.

Мира проводила меня до пещеры и рубанула напрямую:

— Завтра будет суматоха при отплытии. На случай, если не успею сказать, говорю сейчас. Если не приедешь к нам ещё, я очень рассержусь! Приезжай ещё, я буду ждать.

Милиния ждала меня в пещере с одеялом.

— Я решила подарить тебе одеяло. Если тебе нужно будет тепло, то я умею его обеспечивать. И постарайся сделать так, чтобы тебя не съели морские чудовища, а то я буду плакать, — с этими словами она вручила мне одеяло и быстро ушла, оставив меня в раздумьях о том, что же она имела в виду: что она умеет делать тёплые вещи или топить очаг?