Солнечный дождь. Розовая драма
Шрифт:
В его глазах не осталось и капли тепла к ней — только чистая ненависть, и Диана не смогла выдержать его взгляд; она закрыла лицо руками, чтобы спрятаться от человека, так внезапно ставшего чужим.
— О Господи… — голос Киры вывел всех из оцепенения. Она уже сидела, опершись на локоть, и с ужасом смотрела на свои руки и подол платья — все было залито ярко-алой кровью. — Кирилл, сделай что-нибудь!.. Отвези меня к моему гинекологу!.. О, я так боюсь потерять моего ребенка…
— Успокойся, все будет хорошо, — Кирилл подхватил ее на руки и поспешно понес девушку к выходу.
Камилла в последний раз взглянула на Диану и, укоризненно покачав головой, побежала за братом на улицу. Оставшись в одиночестве, Диана села на ступеньку и дала волю слезам.
***
— Ну что? — Камилла вскочила с неудобного больничного сиденья, едва увидела Кирилла. — Что сказал врач?
— Она потеряла ребенка, — тяжело вздохнул Кирилл.
— Нет! Какой ужас! — Камилла прижала ладонь ко рту. — Неужели ничего нельзя сделать?
— Нет, все кончено, мы приехали слишком поздно, — терпеливо повторил сестре он, хотя даже произносить лишнее слово сейчас не хотелось — так паршиво было на душе. — Кира останется здесь на какое-то время… Я заберу ее потом. В общем, мы с тобой можем ехать домой.
— Ну я… раз уж мы здесь… — неловко замялась Камилла. — Я зайду к дедушке, ты не против? Можешь ехать, я вернусь с ним.
— Ладно, как хочешь, — бездумно отозвался он и медленно побрел вдоль коридора к лифту.
— Привет, Камилла, — услышала девушка за спиной знакомый голос.
Повернувшись, она увидела Тимура и тут же вспыхнула от воспоминания о своем постыдном сне с его участием. Он стоял и улыбался своей ослепительной белоснежной улыбкой, возвышался над ней, словно осознавая всю свою привлекательность и то, как сильно она в него влюблена.
Едва она повернулась, как Тимур с удовольствием ощутил уже привычное учащение биения своего сердца. В этот раз он не стал противиться сладкой волне, накрывающей полностью, с головой, окрашивающей весь мир в яркие струящиеся мелодии. Он отдался чувственным всполохам, которые начали пульсировать перед его взором яркими цветами: синим, фиолетовым, красным… Тимур почувствовал себя почти счастливым, ведь он может это чувствовать и отчетливо слышит зов своего окаменевшего — как он думал раньше — сердца… Оно все еще жило и хотело любить так, чтобы сгореть дотла от наслаждения, умереть от счастья и вновь возродиться из пепла, как феникс. А потом повторить этот цикл снова.
— Привет, — Камилла нерешительно улыбнулась. — Я приехала с братом…
— С Кириллом? — уточнил он.
— Ну да, у нас с тобой только один брат, — весело рассмеялась Камилла, и последние неловкие преграды между ними рухнули.
— Почему вы здесь? — чуть позже спросил развеселившийся Тимур, когда они присели в коридоре на диванчик.
— Его…эээ… невеста потеряла ребенка, — пояснила девушка. — Она находится здесь. И ты знаешь, мне неспокойно.
— Почему?
— Понимаешь, Кира говорит, что моя сестра Диана столкнула ее с лестницы, но никто этого не видел… Понимаешь, я не верю, что она может столкнуть беременную женщину… Я знаю ее! Диана говорила, что Кира сама бросилась вниз…
— Ну нет, погоди, это звучит невероятно, — остановил ее Тимур. — Чтобы женщина сама бросилась с лестницы…
— Подожди, — замотала головой Камилла. — Знаю, это звучит странно, но думаю, это возможно. Понимаешь, мой брат сомневается в том, что был близок с ней… ну, ты понимаешь… Она что-то подсыпала ему в бокал, и он ничего не помнит о той ночи… Она настояла, что сделает тест ДНК уже после того, как ребенок родится…
— Все ясно, — усмехнулся Тимур.
— Мне кажется, она могла вызвать выкидыш, чтобы никто не узнал, что этот ребенок не от Кирилла, — продолжала Камилла. — Понимаю, это звучит слишком кощунственно, как полное безумие, но… Я не доверяю ей. И еще мне показалось очень странным один момент…
— Какой?
— Она настояла на том, чтобы Кирилл отвез ее к своему гинекологу, — понизив голос до шепота, чтобы ее не услышали проходящие мимо медсестры, — а не вызвать скорую. Понимаешь, что это значит? В скорой ей уже могли оказать какую-нибудь первую помощь… Мне кажется, она не хотела, чтобы ее ребенка успели спасти… Понимаю, это звучит ужасно, но…
— Поздравляю, ты настоящий детектив, — тепло ей улыбнулся Тимур, ободряюще приобнимая за плечи. — Ладно, я помогу тебе докопаться до истины.
— Как?
— Я знаю этого врача, — пожал плечами Тимур. — Конечно, мы не приятели, но можно попытаться…
— Ой, спасибо тебе огромное! — радостно взвизгнула Камилла и благодарно бросилась к нему на шею. — Не представляешь, как для меня это важно…
Руки Тимура медленно и осторожно легли ей на спину, словно не веря, что эта милая девочка-ангел так близко от него, что ее действительно можно коснуться. Его пальцы нащупали сквозь тоненькую блузку ее сильно выпирающие ребра, и это резко отрезвило его.
— Извини, конечно, за дотошность, — мягко отстраняясь, начал Тимур, — но ты хорошо питаешься? Я не забыл тот раз, когда ты упала в голодный обморок…
— Нет, все нормально, — быстро сказала Камилла, поспешно вставая с диванчика. — Мне уже пора. Напиши или позвони, как только что-то узнаешь, ладно?
Тимур молча кивнул. Камилла стремительно удалилась к лифту, как будто он оскорбил ее. Вздохнув, Тимур нехотя поднялся и направился в противоположную сторону, поэтому он не увидел, что случилось с Камиллой в следующее мгновение.
Девушка нажала на кнопку лифта, и в это же мгновение кто-то сзади резко схватил ее за локоть и потащил за собой.
— Отпустите? Что вы делаете? — возмущенно пискнула она, но человек тут же зажал ей рот ладонью и впихнул в женский туалет. Только там железная хватка ослабла, и Камилла вырвалась на свободу.
— Что это за… — начала было она, но развернувшись и увидев, кто перед ней, осеклась. — Это ты?
— Я, деточка, — ухмыльнулась Саша. — Ты, конечно, благодаря своей болтливой пронырливой мамаше с самого детства знаешь каждого члена нашей семьи в лицо, верно? Особенно мою сестренку, да? С которой путался в молодости твой отец, пока не женился на твоей матери…
— Да, я знаю, кто ты, — резко ответила Камилла, пытаясь не показывать своего страха. — Что тебе от меня надо?
— Я скажу, что мне от тебя надо, сопливая гусыня, — неестественно спокойным жестом поправила она прическу перед зеркалом. — Вбей себе в голову навсегда, что Тимур — мой.
Камилла быстро оценила обстановку: Саша преградила собой выход, в туалете как назло никого не было, да и вряд ли в скором времени сюда кто-то зайдет. На этом этаже были одни палаты с собственными санузлами, и этот туалет для пациентов был запасным, если сломается палатный.