Чтение онлайн

Папа приехал с подарками. Какая же это была для него головная боль. Надо было покупать детям такие подарки, чтобы они были равнозначны. Иначе Сашка мог закатить скандал и несколько дней ворчать, что его в этом доме не любят и всё самое лучшее достаётся Женьке. Анатолий всегда это учитывал. На этот раз Саша остался доволен. Новые джинсы и упаковка жвачки вызвали у старшего брата восторг. Он прыгнул отцу на шею и долго визжал от удовольствия.

Женя пошла помогать маме на кухню. Намечался семейный торжественный ужин. София выкладывала из сумки продукты, которые только что привёз Анатолий. А продукты по тем временам были очень даже «буржуйские». На кухню, шаркая драными тапочками, вошла Швабра. Увидела разноцветные баночки в холодильнике у соседей, батончики дефицитной колбасы, растопырила ноздри и побледнела. София бросила скользящий взгляд на сварливую соседку и быстро захлопнула холодильник, дабы не раздражать Швабру. Но был бы человек, а статья найдётся. Старуху явно возмутило изобилие в соседском холодильнике, и ей срочно понадобился выхлоп негативной энергии. Она бросила негодующий взгляд на бутылку красного вина, оставленную Соней на своём столе, и заскрежетала противным голосом:

– Будете пьянствовать до утра, участкового вызову.

Вот это вообще о чём? София была ошарашена этой фразой. Она сразу не нашла что ответить. Интересное дело, значит, сосед Бакланов чуть ли не каждый день приводящий друзей-алкашей в себе в комнату, не вызывает у Галины Федотовны отторжения. Тут участковый не нужен. А приличная семья с двумя детьми – исчадие ада. Сегодня за ужином выпьют бутылку вина и устроят невиданный дебош. Для Сони всегда было сложно противостоять маразму соседки. Она старалась не ввязываться в перепалки со Шваброй. Это было дело Анатолия. Но как не хотелось именно сегодня портить праздник. Соня смотрела на костлявое, дрожащее в злобных конвульсиях лицо Швабры и тихо заплакала.

Женя сделала шаг и встала между мамой и старухой. Она сдвинула брови и немного наклонила голову, всем своим видом стараясь показать, что готова вступить в схватку с нечистой силой.

– А ты чего таращишься?! – заметив недружелюбный взгляд девочки, прошипела Швабра.

Женя не отвечала, она только ещё больше прищурила глаза и не отводила взгляда от старухи. Швабра громко задышала. Похоже было, что она ещё хочет сказать какую-то гадость, но что-то ей мешало. Она дышала всё громче и чаще. Потом побледнела, пошатнулась и, держась за стол, тяжело опустилась на табуретку. Соня поняла, что Галине Федотовне стало плохо.

В эту секунду Женя взмахнула рукой, и Швабра застонала, схватившись рукой за грудь. Соня не понимала что происходит. Как жесты дочери связаны с резким изменением в поведении соседки?

– Ей надо вызвать скорую, – очень тихо сказала Женя, подняв глаза на маму.

София, ни слова не говоря, выскочила в коридор к телефону и набрала ноль три. Оставлять тяжело дышащую старушку в кухне было нельзя. София помогла Галине Федотовне добраться до постели и уложила её. Фельдшер скорой поколдовал над старушкой, пожурил её за то, что та не бережёт нервы, оставил таблетки и уехал. Больше соседка в этот вечер о себе не напоминала.

Анатолий, устраиваясь за столом, спросил, что случилось со Шваброй?

– Раздражаем мы её, – ответила София. – На днях участковому жаловалась на нас.

– Чего так?

– Дети гонялись по коридору, отдыхать ей помешали. Выскочила, начала орать. Саша ей грубо ответил. Вечером Ивахненко меня у подъезда встретил. Говорит, заявление она написала. Попросил поладить. Он-то знает, что за персона наша соседка.

– Конечно! – возмутился Анатолий. – На Баклана она не напишет. Он хоть весь коридор заблюёт, она промолчит. А почему? А потому что боится нарваться. А наши дети для неё красная тряпка. Они же не ответят как Вовчик Бакланов. Надо эту гадину проучить.

– Оставь ты её, Толик, – попросила София. – Её уже Бог наказал. Мы с Женечкой видели. Чуть не померла на кухне.

– Ладно, давайте ужинать, – предложил Анатолий и, налив себе и Соне вина в стаканы, поднялся.
–  Хочу сегодня вечером сообщить вам, любимые мои, что скоро мы получим новую квартиру.

– Господи! Наконец-то! – вымолвила мама. – Это точно?

– Точнее не бывает. Я в очереди первый. Дом наш уже строится. Выпьем за это.

Ужин получался необыкновенно весёлым. На этой новости сюрпризы от папы не закончились. Следующим тостом он объявил, что в начале июня они всей семьёй едут на две недели на море в Сочи. А до июля оставалось всего ничего.

Это были, как тогда казалось Жене, самые счастливые дни её детства. Никогда до этого она не видела таких чудес. Лазурное море, непричёсанные пальмы, загорелые, красивые люди и много солнца. Сашка, радостный от того что получал от папы каждый день «командировочные», стал относиться к младшей сестре по-отечески. Ему нравилась некая самостоятельность и вместе с тем разумная ответственность за Женьку. Анатолий с Софией, словно в медовом месяце, были увлечены друг другом. После ужина оставляли детей одних в номере и уходили. Появлялись либо после полуночи, либо совсем уже к утру, весёлые и беззаботные. Однажды Женя проснулась от маминого смеха. Она повернулась и увидела родителей на балконе. Папа целовал маму, а она, своими тонкими пальцами вцепилась ему в шевелюру. На сервировочном столике стояла пустая бутылка вина и два бокала. Женя не понимала почему, но она встревожилась.

Мама взяла папу за руку и повела в номер. Женя закрыла глаза. Она не хотела, чтобы родители знали, что она наблюдала за ними. Номер был двухкомнатный. Родители прошли в свою маленькую спальню и закрыли дверь. Женя слышала какие-то странные звуки, но как ребёнок не понимала их происхождение. Подумала, что родители выпили вина и теперь балуются как дети.

После этого замечательного отпуска прошло два года. Семья всё ещё жила в своей коммуналке. На папиной работе обещали – вот-вот сдадут новый дом, и Анатолий с семьёй переедет в новую квартиру.

Времена стремительно менялись. В один из августовских дней Женя гуляла с подружками в парке, недалеко от дома. Гуляли беззаботно. Собирались вечером пойти в видеосалон посмотреть фильм. Девочки заметили, как у входа во двор собираются люди. Их становилось всё больше. В основном мужчины. Детское любопытство взяло верх. Подошли к толпе. Высокий энергичный мужчина призывал всех ехать в Москву к дому правительства. Там будет выступать какой-то Ельцин. Женя не знала кто это. Видимо, кто-то важный.

– Нас должно быть много, – громко говорил мужчина. – Иначе они начнут стрелять. Танки уже в Москве.

Ночью Женя проснулась от громких звуков. Ей показалось, что это выстрелы. Она спрыгнула с кровати и подбежала к маме.

– Мама, ты слышала? Мне страшно.

– Ой, Женька, – бормотала мама сквозь сон. – Иди спать. Всё нормально.

Папа поднялся.

– Иди ко мне, – протянул он руку дочери.

Женя подошла к Анатолию с другой стороны родительский кровати и прижалась к нему.

– Тебе показалось, – обняв Женю, говорил папа. – Это гром гремел. Ложись со мной.

Анатолий откинул одеяло, и Женя улеглась на бочок рядом с отцом. Так было спокойно. Она заснула.

Утром папа долго говорил в коридоре по телефону. Был серьёзен и озадачен. Положил трубку, постоял немного в раздумьях и пошёл в комнату.

– Сегодня у меня выходной, – объявил он. – Женя, Саша, пошли в лес.

Сашка отказался. У него футбол с друзьями на школьном стадионе. А Женя согласилась. Лес в этом августе был тёплый, сухой, закутанный в седую паутину и наполненный птичьим пением.