Чтение онлайн

– Сестренка, привет!

Мари замерла на полуслове, оборачиваясь к стоящему в дверях и искренне улыбавшемуся Максу.

– Ну ты и вымахала! Если бы братом не был - влюбился, точно говорю!
– И он ничуть не приукрашивал. Маринка и раньше красавицей была... Эх, ну что он за глупость сболтнул? Сердце забилось сильней, когда Макс ее увидел, и сразу невыносимо сильно захотелось сграбастать ее в объятия, обнять крепко-крепко, оторвав от пола. Как раньше. Вот только... как Мари к этому отнесется? Ненависть Алекса перенеслась и на нее?.. Или нет?

Макс внимательно рассматривал сестру, ища ответ на свой вопрос. И облегченно выдохнул, когда на ее усталом лице зажглась улыбка, и она быстро подошла к парню, чтобы упасть в его объятия.

Хоть кто-то искренне видеть рад ... Что еще нужно для счастья?

Макс отодвинул сестру на расстояние вытянутой руки и внимательным образом рассмотрел. И, похоже, она занималась тем же. Парень может и ошибаться, но как она стала похода на мать. Макс вздрогнул и едва сумел прогнать ощущение, что он обнимает не сестру, а... Глупости. Они не настолько и похожи. Хотя бы глаза - они разные.

– Я скучал, сестренка, - признался он, чем вызвал счастливый смех и с удовольствием подставил щеку для звонкого поцелуя.

– Мог бы тогда и навестить!
– безмятежно ответила она. Макс помрачнел. Девушка поняла, что сказала и виновато закусила губу.
– А... прости, глупость сморозила.

Они друг друга поняли. Его приезд бы только все ухудшил.

– Вы мне мешаете, - холодное замечание. Отец не смотрел на них - все его внимание было сосредоточенно на каких-то бумагах. Он почти всегда так разговаривал со своими детьми, которых, может показаться на первый взгляд, он и за детей не принимает. Да так думали даже Мари и Лекс. Но не Макс. Он знал очень многое. И понимал. Макс, к его сожалению, слишком много думает.

Мари сжала губы и повернула в сторону отцовского стола голову. Ощущение близившегося скандала стало почти осязаемым. А скандалами и криками ничего не решишь, только не с отцом. Макс мягко развернул девушку за плечи и шепнул:

– Мариш, давай ты меня около входа подождешь.

Она попыталась развернуться, видимо, для того, чтобы посмотреть в лицо брату, но он продолжал держать ее на плечи и вести вперед. Одной рукой умудрился открыть дверь и подтолкнуть в коридор. Уж в спроваживании девушек у Макса был богатейший опыт.

– А...

– Ш-ш-ш...
– Он несильно щелкнул ее по носу и почти рассмеялся, когда заметил, что она как и раньше реагирует на подобный жест - недовольно закрывает этот нос ладонью.
– Я все улажу. Веришь?
– Она колебалась. Довольно долго, но все же согласилась, кивнув.
– Ну вот и хорошо, иди.

Макс проводил ее взглядом, пока Мари не скрылась из виду, и плотно прикрыл дверь.

Ну вот, как в старые-добрые времена: он стоит в отцовском кабинете, чтобы требовать у него возвращения матери. Только в этот раз он требовать не будет, разве не знает - теперь знает - как отец реагирует на требования? Тут нужно действовать тоньше...

– Ну привет, папа, - наигранно радостно воскликнул Макс, раскидывая руки в стороны.

– Передумал?
– Короткий деловой вопрос, не отрывая взгляда от бумаг. И никогда не поймешь, то ли он делает вид, что занят, или на самом деле...

Оглядев кабинет, как всегда не нашел в нем, на что примоститься, и прислонился к стене, засунув руки в карманы.

– Нет.
– Уже другим, своим тоном, сказал он.
– Я уже все сказал - пока у тебя работают руки, ноги и голова, меня здесь не будет. После - я в твоем распоряжении, но не раньше. Не будем повторять тот бессмысленный разговор. Так что зря ты вызывал Лекса. Твой план провалился.

Макс следил за выражением на его лице, но и сам знал, что у него нет шансов поймать на нем что-то другое, кроме как ледяного спокойствия. Может, у этого человека и есть другие лица, но он никогда их не показывает другим. Кто знает, быть может и себе тоже?

Отец открыл ноутбук.

– Тогда нам не о чем разговаривать.

Сказал, как будто точку поставил. Да и не как будто - действительно поставил точку в разговоре. Ведь он сказал все. Но не Макс.

– Я слышал, о чем вы говорили. Верни ее. Пожалуйста, - скрепя сердце, попросил он. Чего только не сделаешь ради сестры и брата... почти не самоубеждение.

– Нет.
– Его голос стал еще холоднее и приобрел угрожающий оттенок. Но Макс это не пугало. Привык. Иногда, по-другому отец и не может говорить. Особенно, когда разговор касается ее. Да, Макс не понимал своего отца и его любовь. Он, как человек вечно влюбленный в одну, и недавно влюбившийся повторно и еще сильнее, никогда бы так, как отец, не поступил. Он бы не стал слепо верить чужому мнению. Попытался разобраться.

– Почему? Много лет прошло.

Отец не удостоил его ответом. Разговор окончен... ну что ж. Хорошо. Но прежде чем Макс уйдет, он кое-что скажет. Кое-что, что гарантированно заставит отца задуматься. Пусть это грубый удар под дых, но иначе нельзя. Нужно ему напомнить.

Парень отклеился от стенки и сладко потянулся. Что-то хрустнуло и Макса едва не заклинило. Что-то в последние дни он совершенно забросил спортзал... Нужно будет сходить на днях, иначе точно превратиться в развалюху.

– Эх, папа, папа... Думаешь, что никому и ничего не видно? Ты и сам не понимаешь, насколько мы с тобой похожи. Нас обоих ненавидят и нам обоим это не нравится. И нас никогда не понимают.

Отец поднял на него глаза и парень мысленно себя похвалил.

– Ничего подобного.

Макс усмехнулся.

– Если бы был я Лексом или Мариной, то поверил бы.
– Парень поднял руку.
– Я пошел.
– Опять вернул голосу наигранную радость и покинул отца.

Ну все, задачу-минимум он выполнил. Он задумался, видел по глазам. Главное, чтобы отец дошел до правильного вывода.

Сестричка ждала на улице, переминаясь с ноги на ногу. А раньше никогда такого за ней не замечал...

– Ну что, Маришка, - он тепло и успокаивающе улыбнулся ей, - а теперь давай разбираться с тобой. Рассказывай.

***

Что делать?.. Что делать?.. Что де...

Я с размаху налетела бедром на угол кровати и взвыла. Кое-как допрыгала до кровати, упала на нее и продолжила думать. Но как назло не думалось. Вообще. Только крутился единственный вопрос: "Что делать в сложившейся ситуации?" А я должна была. Хоть что-то, чтобы исправить... или помочь. Только кому именно? Всем? О да, Соня опять метит в супермены... как бы все не ухудшить - вот этого я больше всего боялась.