Солнечный поцелуй
Шрифт:
– И что же порекомендуете? – полюбопытствовала она. – Перепелиные яйца или шпинат?
– Нет-нет, есть кое-что понадежнее. – Он оглянулся по сторонам и, понизив голос, прошептал: – Верное средство. Стопроцентная гарантия. Прошло полную клиническую апробацию. Потрясающий эффект.
– Насчет апробации… Вы сами… апробировали? – с сомнением поинтересовалась Шеннон.
– А как же! Иначе не рекомендовал бы. – Он самодовольно усмехнулся.
– Хм. И сколько же стоит этот… афродизиак?
– Стоит, понятное дело, недешево, но к Африке, смею вас уверить, не имеет никакого отношения. Доставлено из джунглей Амазонки. – Он опустил руку в карман и извлек маленький флакончик, наполовину заполненный невзрачным зеленовато-серым порошком. – Только натуральные компоненты.
– И сколько?
– Триста долларов. Здесь пять-шесть порций. Растворяется в вине. Действие наступает через полчаса.
– Ну не знаю…
Продавец понятливо закивал.
– Понимаю. Сейчас на рынок пробиться трудно. Но я вам так скажу, кто не рискует…
– А вдруг здесь какая-нибудь гадость? – продолжала сомневаться Шеннон. – Вроде сушеного помета летучей мыши.
На лице мужчины появилось выражение оскорбленного достоинства.
– Я работаю в этом магазине двенадцать лет. Мори – это мое имя – все знают. – Он посмотрел на Шеннон и вдруг усмехнулся. – Впрочем, вы мне нравитесь, а потому я дам вам пробную порцию. Даром.
– Но…
– Ничего, ничего. Подождите минутку, сейчас отсыплю. На пробу.
Через три минуты Шеннон спрятала в сумочку пакетик с пробной порцией зелья, которое, если верить заверениям ее нового знакомого Мори, должно было превратить Винсента в ненасытного любовника.
– Послезавтра расскажете! – крикнул ей вслед Мори.
Шеннон остановилась и оглянулась.
– А почему не завтра?
– Завтра вам будет не до меня. Она вдруг вернулась.
– Скажите, а каков состав этой смеси? Мори смущенно почесал кончик носа.
– Я бы мог сказать, но, поверьте, этого вам лучше не знать.
Она еще раз оглядела свою довольно скудно обставленную гостиную: черный кожаный диван, два кресла в тон ему и телевизор. На тумбочке высокая стеклянная ваза из темно-зеленого стекла с букетом ромашек, на дальней стене картина, изображающая женщину, одиноко стоящую на фоне театра. Деревянный пол блестит – она натерла совсем недавно. На низком кофейном столике откупоренная бутылка вина, два бокала на длинных тонких ножках, широкая ваза с фруктами. Нигде ни пылинки.
И все-таки что-то не так. Может, плюнуть на все и пойти в ресторан?
А ты в состоянии себе это позволить? Или рассчитываешь на чужой бумажник?
Деньги, деньги, деньги… Того, кто их придумал, следовало бы колесовать.
Ладно, одернула себя Шеннон, хватит ныть. Не так уж все и плохо. Если удастся подписать контракт, доходная часть ее бюджета получит серьезную прибавку.
Шеннон вздрогнула, услышав пронзительный звонок.
Винсент!
Она торопливо схватила трубку.
– Да?! А, это ты…
– Я, конечно, кто же еще! – рассмеялась Шейла. – Только что пришла домой и сразу звоню тебе. У нас такие новости! Если стоишь, лучше сядь.
Шейла могла болтать часами, а потому Шеннон положила рядом с собой сотовый – если Винсент не пробьется по одному телефону, то позвонит по другому.
– Села. Рассказывай. Только по порядку. Что там у нас? Неужели Бертон подал в отставку?
– Он еще всех нас пересидит. Нет, это касается Эбернотта. Да-да, нашего нового босса. Представь себе, заявился в редакцию около одиннадцати, помятый, с красными глазами. Не иначе как отрывался напропалую всю ночь. Знаешь, я увидела в нем человека.
– Так ты к нему не попала? – спросила Шеннон, вспомнив, как подруга тряслась три дня в ожидании аудиенции у шефа.
– Нет, меня перенесли на завтра. Но дело не в этом, слушай дальше. – Шейла сделала паузу, и из трубки донеслись булькающие звуки. – Не подумай чего, это только пепси. А теперь приготовься. Если сидишь, ухватись за что-нибудь покрепче.
– Ухватилась.
– Ну вот, сидим мы с Грегом Бланшетом в приемной у миссис Далтон, дожидаемся, и вдруг… – Шейла сделала паузу, но не ради драматического эффекта, а потому что поперхнулась и закашлялась. – Извини. На чем я остановилась? Ах да… И вдруг входит обалденная красотка и представляется миссис Камиллой Эбернотт. Боже, ты бы ее видела! Уж на что Грег парень спокойный, но и он заволновался.
Шеннон почувствовала, как отлила от лица кровь. Камилла Эбернотт. Жена Винсента. Бывшая жена. Винсент ведь сказал, что они развелись. Или не развелись? Неужели он солгал ей?
– Эй, ты меня слушаешь? – повторила Шейла. – Самое интересное впереди. Пробыла она в кабинете минут десять, а когда выходила, то громко так, чтобы все слышали, бросила: «У тебя есть неделя, Винсент. Одна неделя, чтобы урегулировать нашу семейную проблему к взаимному удовольствию». Это я процитировала. Слово в слово. Ты же знаешь, какая у меня память.
– Знаю, – тупо пробормотала Шеннон.
Она вдруг почувствовала необъяснимую усталость. От разговоров. От лжи. От разочарования. Жизнь, казалось, только-только начала налаживаться, и вот… Как легко разбиваются надежды. Как быстро рушатся возведенные в мечтах замки. Как больно ранит обман.
Шейла еще что-то говорила, но Шеннон уже не слушала. Хотелось забиться в темный угол, отгородиться от всего мира, закрыть глаза, заткнуть уши и уснуть.
– Извини, ко мне пришли, – солгала она. – Я перезвоню позже. Или…
– Ладно-ладно, беги, – проворчала Шейла, недовольная тем, что ей не дали довести рассказ до конца. – Увидимся завтра. У меня еще куча деталей.
Завтра? Зачем ей завтра, если оно будет продолжением сегодня? Шеннон отключила все телефоны и устало побрела в спальню.
8
Шеннон не позвонила. Ни один из указанных в карточке телефонов не отвечал. Уж не случилось ли с ней чего? Черт возьми, могла бы, по крайней мере, сообщить, что у нее все в порядке.
Раздражение усиливалось, а потом к нему добавилась еще и тревога. Как Винсент ни старался отвлечься, как ни пытался сосредоточиться на работе, ничто не помогало. Мысли постоянно возвращались к Шеннон.
В половине шестого Винсент вызвал секретаршу.
– Миссис Далтон, мне нужен адрес Шеннон Ридж. Можете помочь? Это срочно.
– Да, конечно. Сейчас посмотрю.
Она вышла и вернулась через пару минут.
– Есть. – Миссис Далтон положила на стол листок. – Если не ошибаюсь, это в районе Кастро. Найдете?