Чтение онлайн

А потом я оттолкнулась и бросилась вперед, сделала четыре шага и бросилась к окошку. Я зацепилась ладонью за край, но он был мокрым, а в моих руках не было силы. Я сползла по стене, сжалась комком на полу.

Я поцарапала запястье, где носила си-ок с янтарными кабошонами, которые у меня забрали после нападения четыре недели назад. Я была оглушена, потрясена тем, что мышцы не слушались, перекатилась с болью на спину и ударилась. Дождь падал мне на лицо, кусочки мира, который продолжался без меня.

Я не знала, полетят ли летучие мышцы этой ночью. Должны были, если хотели есть, несмотря на гром. Их свобода и цель были в чем-то жестокими.

Я же уснула. 

Веран

Оставался день до бала Бакконсо, известного синими лампами и сияющей пылью. Перед этим событием, как я пытался объяснить послу Ро, пока он спорил с его пажом из-за выбора одежды, по обычаю устраивали прогулку по застекленным дворикам и продумывали цветовую схему на следующий день. Он снова поставил меня в пару с Элоиз, может, чтобы мы продолжили казаться юными и дружелюбными, а не сосредоточенными на политике, как было после объявления Яно пару дней назад. Но у Элоиз были другие планы на сегодня. Я следовал за ней, пока она обходила гудящих аристократов, слушая переговоры — некоторые, чтобы поискать союзников, некоторые, чтобы понять толпу, многие изучали тут политические и деловые намерения, а один разговор унижал бывшего возлюбленного.

Дождь все еще шел, зеленоватое стекло было в воде. Элоиз остановилась, чтобы взять охлажденный тул у слуги в черном наряде, а я посмотрел в сторону окна на вершины деревьев внизу, листья показывали бледные нижние стороны от ветра. Я прижался пальцами к стеклу — оно было двойным, приглушало звук бури. Мою грудь снова сдавило желание ощутить движущийся воздух, текущую воду, даже если там были заразные комары. Я представлял, как увяну за четыре недели под стеклом.

«Ethnocentric bias», — прошептал Кольм в моей голове.

Краем глаза я заметил движение. Я повернул голову и чуть не охнул — человек был за окнами, ловко спускался. Его одежду и волосы трепал ветер, на поясе болтались предметы. Я щурился из-за дождя, узнал плоскую ручную швабру на поясе — он чистил стекла. Он спускался по металлической лестнице в узком промежутке между огромными окнами. Свет, таких должно быть сотни в стене замка, чтобы батальон слуг лазал по ним ночью и днем. Я вытянул шею, смотрел за его движениями, а он быстро спустился по стене и пропал из виду.

— Точно, — Элоиз вернулась ко мне с чашкой тула. Я отодвинулся от окна, голова немного кружилась от мысли о работниках, лазающих по узким лестницам под дождем и ветром. Я уперся тростью в пол. Элоиз потягивала тул, лицо было деловитым. План такой. Я слушала вокруг, звучит так, словно нам нужно подружиться с главой комитета благосостояния граждан и министром промышленности.

— Министр Кобок? — спросил я. — Я думал, он отличается от главы.

— Да, сильно, придерживается традиционной модели труда. Как ашоки Кимела, — она поискала взглядом в толпе и нашла министра Кобока. — Но, судя по тому, что я читала, если мы будем союзниками для обоих, это может показать, что Восток не хочет уничтожить устрой Моквайи, просто остановить похищение граждан Алькоро для рабского труда.

— И закрыть песчаные карьеры, которые они незаконно открыли на земле Алькоро, — добавил я.

— Да, и это, но постепенно, да? — она кивнула в сторону главы, говорящей с парой придворных. — Я поговорю с главой. Ты — с Кобоком.

— Один? — спросил я. — Мы не должны… я не нужен тебе для перевода? — я знал, что говорил с надеждой — она была мне нужна больше, чем я ей.

— Насколько я слышала, глава дружелюбная, мягче Кобока. Думаю, она стерпит мой уровень языка. Он — вряд ли. Потому тебе нужно с ним поговорить — ему будет сложнее отогнать тебя. Покажи наш интерес к его работе. Постарайся понять, какие цвета будут у него на балу, попробуй получить обещание аудиенции — лучше бы дату и время, — она расправила плечи. — Ладно?

— Эм…

— Встретимся тут после этого и обсудим варианты, — она пошла по длинному дворику, ее лавандовая юбка развевалась вокруг нее. Она выбрала этот цвет сегодня намеренно, чтобы передать дружелюбие.

Дружелюбие. Я же мог быть таким? Я посмотрел на свою тунику — один из моих типичных оттенков зеленого, он был близко к си оптимизма в Моквайе… если только не был достаточно темным, чтобы означать сожаление.

Может, стоило больше задумываться о цветах.

Я не мог уже переодеться. Я сглотнул и повернулся к министру Кобоку. Он держался недалеко от группы, окружившей королеву Исме. Посол Ро был среди них, слушал быстрый моквайский. Он увидел меня в толпе и подмигнул. Я постарался нормально улыбнуться в ответ, стараясь скрыть волнение.

Я сосредоточился на Кобоке и придворных вокруг него, добрался до них. Я неловко ждал, пока они договорят, получая любопытные взгляды его товарищей. Когда он не смог и дальше меня игнорировать, Кобок повернулся ко мне, хмурясь. Сегодня он был в одежде серо-голубого цвета, вода под стальным небом. Серьезность? Спокойствие? Я не помнил значение этого оттенка, так что сосредоточился на других знаках в его облике, хотя они говорили мало. Его волосы не были стянуты в модный пучок или косу, как делали многие юный моквайцы, а ниспадали на плечи, темные с проседью. Из украшений были только два золотых обруча, не пускающие волосы к седеющим вискам, и кольцо с опалом, почти закрывающее костяшку. Его замысловатый си-ок был поверх манжета, в нем были гранаты.

— Да? — хрипло спросил он.

Я выпрямился, пытаясь вести себя как Элоиз.

— Добрый вечер, министр. Мы не смогли официально познакомиться, я — принц Веран Гринбриер из восточной делегации.

— О, да… переводчик. Я видел вас у локтей послов, — сказал он. Я не знал, говорил он это тепло или нет, его тон был резким, но он мог всегда так говорить. Я заметил, что он определил меня как дополнение к послам, а не посла. Я ерзал под взглядами других придворных. Черт, с чего Элоиз решила, что это была хорошая идея?

— Да. Я… рад знакомству, — сказал я.

Он посмотрел на мою пустую ладонь — другая сжимала трость — а потом щелкнул пальцами кому-то над моим плечом.

— Тул, если можно.

— О, — быстро сказал я. — Все хорошо…

Но служанка прошла к нам, я не успел закончить. Я попытался отмахнуться, но узнал ее — глава слуг из Зала Ашоки.

— О, здравствуй, Фала.

Она взглянула на мое лицо, а потом опустила взгляд, но не ответила, просто протянула поднос с напитками.

— Нет, спасибо, — начал я, но Кобок поднял бокал с подноса и протянул мне.

— Думаю, вам нравится гостеприимство нашего двора? — спросил он. Я сглотнул, вопрос ощущался как угроза. Мои пальцы с дрожью сжали бокал.

— Да, сэр, очень.

Он помахал рукой, и Фала послушно сделала реверанс и пропала. Я хотел бы уйти за ней, но заставил себя остаться, пытаясь выдержать его взгляд, я не мог потерять такой шанс. Нужно было показать интерес к его работе.

— Я понимаю, что вы были в туре по заводам стекла. Как дела в промышленности?

— Наполовину погубила себя, — недовольно сказал он. — Все от прорабов до надзирателей кричат про объединение и поднятие зарплаты, делая вид, что это можно создать из воздуха, — он все еще разглядывал меня, не отвлекаясь. — Вы не выглядите как житель Алькоро.