Соло для капитана с оркестром
Шрифт:
В общем, Бэла ни одного пункта на их маршруте не ждала так, как Жасмина.
Действительность же ее разочаровала. Порт как порт. Даже здание администрации с диспетчерской башенкой вполне типовое.
Правда, чуть более пестрый и обшарпанный, чем она привыкла. Рекламные плакаты висели прямо у выхода из «пушки», и там же прямо на досках причала были выжжены печати, обрушивающие на тебя шквал рекламных иллюзий, стоило на них наступить. Белка не заметила одну такую под ногами, и прямо перед ней вырос симпатичный юноша в белой лекарской тунике.
– Конфиденциальное лечение от любых недугов! – заговорщицким тоном пообещал он. – Вы ничем нас не удивите!
– Верю, – пробормотала Бэла, обходя юношу по широкой дуге.
Ее шаги тут же активировали еще несколько реклам – в основном питейных заведений и ночных клубов. Ну да, куда еще могут отправиться эфирники сразу после рейса?
Обычно размещать рекламу прямо в порту запрещают: считается, что после долгих переходов люди слишком легко на нее ведутся. Но товарищи Белки прошли мимо призрачных поваров, обещающих лучшие в мире вина и закуски, а также призывно тянущих руки дам из кабаре, словно бы даже не заметив.
Белка тоже сделала вид, что не обратила внимания, хотя на самом деле танцовщицы ее заинтересовали: красивые костюмы и профессиональный макияж могли означать интересную программу… Она постаралась запомнить адрес, который шептала иллюзорная девица.
– Мы с капитаном Белобрысовым займемся делами, – объявила Людоедка, когда вся компания добралась к выходу из порта – помпезным воротам с бляшками, покрытыми частично слезшей фальшивой позолотой.
– У меня тоже дела, – сообщила Сандра. – Нужно крепежи от кристаллов заменить.
– Опять? – удивился Сашка. – Ты же их на Новой Оловати, что ли, меняла… Или на Аль-Кариме?
– Хреновые попались, – вздохнула Сандра. – Надо было сразу сообразить, что в такой дыре ничего путного не продадут.
– Это вам урок, кормчий, – хмыкнула Людоедка.
Сандра только глаза закатила.
– Я бы остался на корабле… – пробормотал Володька.
– Нет, – возразил Сашка. – На корабле остается Катерина, как самый недавно нанятый член экипажа, – все дружно усмехнулись, Бэла тоже. Она понимала, что негоже смеяться над, возможно, брачными неприятностями товарища, но постоянные списания и повторные наймы Катерины и впрямь выглядели забавно. – А вы, штурман, отправляйтесь на прогулку.
– Вы же капитан частного судна и не имеете права мне такое приказывать, – мрачно проговорил Крестоносец.
Формально он, конечно, был прав: это на военном флоте капитан контролировал все аспекты жизни экипажа. В торговом флоте капитан тоже имел очень широкие полномочия… но в рейсе. В порту эти полномочия резко сокращались – в теории. На практике же с капитанами все равно предпочитали не спорить.
– Да, но считай это очень настоятельным дружеским советом, – Сашка хлопнул Володьку по плечу так, что Крестоносец даже пошатнулся.
Белка преисполнилась сочувствия: она сама не раз получала от Сашки такие дружеские похлопывания и объятия, после которых и упасть можно. Белобрысов явно не всегда знал свою силу.
Судя по Володькиному кислому виду, он очень хотел огрызнуться, но вспомнил что-то и только вздохнул.
А Белке вдруг стало его жалко. Она хлопнула его по другому плечу (не хотела попасть на возможный синяк) и сказала:
– Да ладно, я тоже такой была. Вечно сидела по углам.
Володька отреагировал странно: нервно сглотнул, втянул голову в плечи… а потом улыбнулся.
Улыбка его преобразила: мрачное напряженное лицо вдруг стало молодым и почти симпатичным.
Чуть ли не автоматически Белка сказала:
– Если хочешь, пошли вместе достопримечательности посмотрим. Я тут наметила пару мест, которые хотела бы посетить.
Она тут же представила, что сказала бы Сандра, если бы знала о ее планах: «Не уверена, что он придет в восторг от танцовщиц, но что ему полезно их посетить – это к гадалке не ходи!»
«Ладно, – ответила Белка своей внутренней Сандре, – обязательно свожу его в кабаре!»
Володька снова неуверенно улыбнулся.
– Да… пожалуй, – сказал он. – Только не возражаешь, если мы сначала зайдем в художественный магазин? Я уже посмотрел в астрале, тут есть один недалеко от порта. Только там точный адрес не узнать, видно с точностью до квартала. Придется поискать.
Белка пожала плечами. Она впервые слышала, что через астрал можно разыскивать лавки – сама бы она скорее купила газету и поискала в объявлениях – но на то она и слабый маг.
– Хорошо, почему нет. Мне тоже нужно в пару магазинов.
Так и получилось, что Володька и Белка отправились на прогулку вместе.
Жасмин – говорящее название. Планета была бы ничем не примечательна, если бы не ее флора. Когда цветет самое популярное тут дерево (на самом деле местный жасмин – скорее нечто среднее между травой и грибом, но выглядит он как дерево, а точные дефиниции заботят только профессиональных травников), ядовитый запах проникает всюду, и спасения от него нет. Жасмин запрещено высаживать вблизи людских поселений, а если он прорастает сам, его нещадно там уничтожают. В пору цветения погодные чародеи меняют розу ветров, чтобы отогнать пыльцу от человеческого жилья – и все равно риск остается, ведь даже одной пылинки хватает, чтобы вызвать у человека с магическими способностями жесткий приход с последующим отходняком.
Три-четыре месяца в году (жасмин цветет всего две недели, но делает это несколько раз) местное население ходит в респираторах, а улицы пустеют. Все дома на Жасмине оборудованы шлюзами, и многие предпочитают включать принудительную циркуляцию воздуха даже тогда, когда никакой пыльцы в воздухе нет и в помине.
Порт и туристическая часть Блуминг-Сити окружены невидимым защитным полем. Поддерживать его дорого, но разбираться с постоянными психотическими припадками у приезжих, которые пренебрегли масками, еще дороже. Это одна из причин ужасной дороговизны всего в туристической части Блуминг-Сити – неявный налог на приезжих, который идет на поддержание купола. Кроме того, такая система способствует длинным очередям в портовой администрации: каждый капитан должен подать исчерпывающие медицинские сведения об экипаже и расписаться за инструктаж о безопасности.
Когда Сашка узнал о Жасмине еще в школе, у него возник вопрос: зачем вообще селиться на такой ядовитой планете? А если уж решено было создать здесь поселение, то почему не извести с концами этот ужасный местный сорняк?
Ответ на эти вопросы один: потому что пыльца жасмина не только ядовита, но и чрезвычайно полезна. Из нее производят сильно- и быстродействующие лекарства, на которые становятся в очередь – очень уж сложен и опасен процесс их изготовления. Притом годится не всякая пыльца: во-первых, нужно выбрать пятилепестковые соцветия, во-вторых, даже из их пыльцы большая часть идет в отсев.