Соло на троих
Шрифт:
И возвращается эта боль, и становится стыдно
Я красивая и не важно, что скажут,
Слова не могут меня сломать.
Я красивая до мельчайших деталей
Да, слова не могут меня сломать,
Вы не сломаете меня сегодня.
Для всех друзей ты – безумная,
Увлеченная своей же гибелью,
Пытаешься заполнить пустоту
Кусочки пазла потерялись и ты оставляешь ее.
Тот ли это путь?
Ты красивая и не важно, что скажут,
Слова не могут тебя сломать.
Ты красивая до мельчайших деталей
Да, слова не могут тебя сломать,
Вы не сломаете меня сегодня.
Не важно, что мы делаем
Не важно, что мы говорим
Мы – песня внутри мелодии,
Полная красивых ошибок
И куда бы я ни пошла
Солнце всегда будет светить
И завтра мы может проснемся в другой жизни,
В другом времени
Мы красивые и не важно, что скажут,
Слова не могут нас сломать.
Мы красивые до мельчайших деталей
Да, слова не могут нас сломать,
Вы не сломаете меня сегодня.
Ее нежный и тягучий голос разливался в это предрассветное утро такой чувственной мелодией и силой, что казалось, само время хочет остановиться и послушать ее. Она, закрыв глаза, отдавалась этому процессу со всей страстностью, на которую была способна и просто парила от того, что могла снова делать это, после того, как отчим продал ее фортепиано.
Если бы она только могла видеть, каким взглядом на нее смотрел Матвей в тот момент, смутилась бы сразу. Прислонив палец к губам, и выразительно посмотрев на Романа, Матвей сбежал, чтобы Кристина не увидела его, поэтому открыв глаза, она поняла, что кроме Романа, застывшего с улыбкой Чеширского кота, больше никого не было.
– Что?
– Ничего – подняв руки кверху, сказал он, улыбаясь, и она покачала головой – Домой идешь? – спросил он и она, взглянув на дверь кабинета, решила все же зайти и поблагодарить Матвея
– Ты иди, я сейчас выйду – сказала Кристина и, пригладив волосы, решительным шагом направилась к нему
Постучав два раза, она прислушалась и вошла, Матвей сидел в кресле, откинув голову, и курил сигарету, услышав, что в кабинете кто-то есть, он повернулся и встретился с ней глазами.
– Я… хотела поблагодарить вас – сказала Кристина, нервничая от того, как он смотрел на нее
– Давно поешь? – вместо ответа, спросил он и она кивнула
– У тебя здорово получается пародировать Агилеру, нравится эта певица? – спрашивал он и она пожала плечами
– Выбора не было, когда отец ушел, от него на память осталось только эта кассета, и я затерла ее до дыр, слушая без конца…
– Скучаешь по нему? – спросил он, и она неуверенно кивнула – Тебя подвезти домой?
– Нет, спасибо я на такси – сказала она и повернулась, чтобы уйти, когда вслед ей прилетели слова, которые заставили ее сердце забиться чаще
– Ты очень красивая, когда поёшь, и когда не поёшь тоже!
Обернувшись, она увидела, как он прожигает в ней дырку, осматривая с головы до ног и, покраснев до кончиков волос, быстро выбежала за дверь, приложив к щекам руки.
11
Приехав домой, она первым делом проверила, как там мама, а после пошла в душ. Пока принимала его, домой вернулся отчим, как всегда пьяный. Она услышала его, когда выключила воду и поняла, что он долбится в дверь.
– Чего тебе надо? – крикнула Кристина
– Выходи дрянь! – рыкнул он и она, быстро надев штаны и майку, закрутила волосы в полотенце, открывая дверь и утыкаясь ему прямо в грудь
Сморщив нос, она отскочила от него, потому что запах исходивший от него, очень напоминал мочу и рвоту.
– Ты где была три дня? – спросил он, наступая на нее
– В больнице – ответила она с вызовом
– Ах ты, неблагодарная гадина, думаешь, если ко мне менты придут, так я сяду? Ты что думала, подговоришь врача, и меня в кутузке закроют? Ты на кого пасть разеваешь, мразь? – рычал он, наступая на нее и она поняла, что пока лежала в больнице, врач созвонился с милицией и к ним приезжали домой
– Я ничего не говорила, он сам увидел синяки и все понял – пыталась оправдаться она
Для него это было уже не важно, его глаза налились кровью и он желал отомстить за свою «поруганную честь», а вот она забыла, каким прытким он бывает. Она развернулась, чтобы добежать до стола и схватить хоть что-нибудь для защиты, но он, с такой силой дернул ее за полотенце, что оно слетело с головы, и он сжал ее волосы.
– Ах ты, шлюха подзаборная, я растил тебя, кормил, одевал, чтобы ты отплатила мне так? – кричал он, пока она пыталась отцепить свои волосы
Он неожиданно стукнул ее лицом об стол, и она едва не потеряла сознание, чувствуя, как потекла кровь из носа, и едва соображая, что делать. Он еще несколько раз ударил ее и оттолкнул от себя, пнув в живот.
Свернувшись в позу эмбриона, Кристина сжалась в комок и молилась только об одном, чтобы он больше не трогал ее, пролежав так час или чуть больше, она встала с пола и, держась за стену, прошла в ванну, ужасаясь от вида своего распухшего носа и лица.
Поняв, что на работу ей в таком виде не идти, она написала Ире, что не сможет прийти и отключила телефон, чтобы та не стал названивать ей. Умывшись, она прошла на кухню и, достав из морозилки мясо, приложила к лицу, едва сдерживая рыдания. Слезы не помогут ей, поэтому она решила держаться из последних сил, что было нелегко.
Сколько можно было уже терпеть это все? Она решила, что завтра пойдет и напишет заявление в полицию на него, и найдет квартиру, куда можно будет перевезти маму, чтобы спокойно жить. Ее зарплаты хватит на сиделку, так что она сможет работать и больше никто не станет издеваться над ней таким образом.
Стоило ей только подумать об этом, как на кухню влетел отчим и, подскочив к ней, зашипел:
– Ты что дрянь, сюда их вызвала? Совсем страх потеряла?
Она даже не успела дернуться, как он с размаху впечатал в нее свой кулак и, ударившись о стену, падая в темноту, слышала яростные крики и удары в дверь.