Чтение онлайн

Мужик виду не подал, но краешками глаз улыбнулся.

— Выходной взяла. Плохо чувствует себя.

Я потянул пенистое и нервно затопал жесткой подошвой по начищенному полу.

Ситуация выходит из-под моего контроля. Невозможно контролировать ситуацию, в которой колесит эта Егоза. Я перестаю соображать, думая о ней. Нужно прийти в себя и действовать жоще.

— …давно пора, — продолжал говорить подавальщик, — заработалась бедняга.

— Где живет знаешь? — Перевел серьезный взгляд на него.

— А как же. Да только кем я буду, если скажу? — Не отводя от меня глаз, как-то по-доброму ответил он.

И впрямь, чего я ждал? Что он мне сдаст ее?

— Завтра приходи, — улыбнулся мужик.

— Приду, — уверил его я и покинул помещение.

Чем больше я ныряю в эту историю, тем сложнее мне совладать со своими эмоциями. На кону стоит моя работа, репутация, в конце концов… А я не могу привести в чувства свои извилины.

Пнул круглый камень, лежащий посреди дороги, ногой, спускаясь вниз по улице.

Эта чертовка из головы не выходит. Ведьма. Которую ночь я без сна из-за нее? Третью?

Сунул руки в карманы и уперся пальцами в золото. Достал одно блестящее яйцо и, покрутив его в руках, тяжело вздохнул.

То, что она делает для всех этих людей слишком важно. В мое время, когда мы с матерью скитались по сказкам и жили впроголодь, не было такой Василисы, которая подкинула б золотишка под дверь, обеспечив нам неделю сытой жизни. Другая, на ее месте, спустила бы все на себя. Накупила бы тряпок и жила б припеваючи. Но Егоза отдает все народу, нуждающимся, а сама батрачит по ночам, улыбаясь местной алкашне.

Сжал яйцо в кулаке до характерного скрипа.

Что будет, когда я найду курицу? Что случится, когда все узнают о ее существовании? Начнется охота. Вот что. Каждый второй захочет чудо-птицу себе и их будет не удержать. Василиса сама не вывезет это факт. Но и реакции Кощея я предугадать не могу, хотя знаю одно, у него пернатой будет безопаснее.

Не нравится мне все это. Не по плану все, а значит течет по течению. Только вот где конец этой бушующей реки непонятно.

Мой взгляд приковал знакомый ветхий домишка. Остановился напротив него и заглянул в окно, в котором еще горел свет. Молодая мама баюкала светловолосого мальчонку, укладывая спать. Память невольно забросила в прошлое, в котором меня точно так же укладывала спать моя мама, в похожем старом домике с прохудившейся крышей. Она так же нежно гладила ладонью по щеке и напевала колыбельную, после которой я всю ночь боялся спать на боку.

До хруста костей сжал золото и тяжело выдохнул. Подошел к крыльцу и положил все семь яиц в пустой цветочный горшок.

Возвращаться в пустой дом совсем не хотелось. Осознавать, что какое-то время люди останутся без поддержки еще тяжелее. Но другого выхода нет. Нужно переждать.

Сунула ключ в скважину, что вовсе не обязательно было, потому что дверь и без того отворилась. В душе зародилось колючее чувство опасности, нехорошее предчувствие.

Нерешительно шагнула внутрь, внимательно осматривая все вокруг.

Вроде ничего не поменялось. Вещи не тронуты, лежат на своих местах. В гостиной тишина и порядок.

Прошла в кухню, там тоже все на месте. Но как только я переступила порог спальни, поняла, что лучше бы передо мной на моей кровати сидел Соловей, нежели тот, кого я там увидела.

— Ну, привет, Василек! — Широко улыбался незваный гость.

— Не называй меня так, — процедила я сквозь зубы, давая понять, что не рада такому визиту.

— Хорошо устроилась, — развел руками, оценивая мое жилье. — Не мудрено, с такой — то помощью, — оскалился Тугаринская подстилка. — Кстати, где она, жадно желаю с ней поздороваться.

— Кончай концерт, — набралась смелости я, — нет ее здесь. — Прошла в комнату, взяла из шкафа сменную одежду и направилась в ванную.

— Ну зачем ты так, Василек, знаешь же, что все равно найду…

Я мысленно представила, что было бы, приди он сюда днем ранее. В очередной раз убедившись в том, что правильно поступила, мило улыбнулась разбойнику в ответ.

— До сих пор же не нашел.

Смотрю на него в упор и не понимаю, как могла быть настолько слепой и так близко его к себе подпустить. По лицу же видно, что не чист на руку. Сейчас я отчетливо это вижу, а раньше не замечала. Будто сквозь пальцы глядела.

Каган скрипнул зубами и резко схватил за руку, больно сжимая запястье. Всю его показушную нежность, как рекой смыло.

— Не играй с огнем, дура.

А я второй рукой вытащила из шкафа запрятанный нож «на всякие пожарные» и приставила к его горлу.

Черные брови негодяя поползли вверх. Видимо его искренне удивляет мое преображение из послушной девочки в уверенную девушку, что может за себя постоять.

— Пошел вон, — спокойно произнесла я, хотя у самой внутри мелкая дрожь расходится по всем органам.

Каган сузил глаза, рвано выдохнул, но все же подчинился.

— Еще увидимся, Василек, — снова напялил эту лживую маску обаятельного парня. — Еще увидимся.

Только когда за ним захлопнулась дверь, я смогла расслабиться и осознать весь масштаб трагедии. Как он меня нашел, догадаться не трудно — ручники подсобили.

Василиса, что ты за магнит такой? Притягиваешь к себе одни неприятности. Нет чтобы что-то хорошее… Я тут с Соловьем не успела разобраться, как на горизонте бывший взошел, как ясно-солнышко. Одно радует, я успела вывезти Рябушку. И пока она в безопасности необходимо разгрести все свои проблемы.

День быстро прошел за готовкой и уборкой. В суматохе последних событий не было времени привести дом в порядок. Я начистила полы, помыла окна, наготовила вкусностей для особо нуждающихся соседей. Золота они еще долго не увидят, хоть так помогу. Собрала угощения в корзину и, когда стемнело, отправилась их разносить.

Занесла одинокой старушке Евдокии пирожки с мясом, двум сироткам пирог с грибами, а до дома Васьки так и не дошла…

— Что ж ты так подводишь народ, Василек? — Прозвучало за моей спиной, когда я ступила на дорожку узенького переулочка.

(Соловей)

После очередного допроса Кощея, вышел из его кабинета злющим, как черт болотный. Да только зол я не на правителя, а на самого себя. Заварил эту кашу с блондинкой, что не знаю, как расхлебывать ее буду.

Грюкнул дверью и пулей вылетел из замка. Сейчас бы чью-то морду да под мой кулак. Да только некогда. Дело к вечеру идет. Пока до центра дойду стемнеет. Нужно сейчас выбираться.