Чтение онлайн

— Не плачь, — вдруг строго сказал Тохтамыш. — Нечего горевать. Я тут один знаешь сколько был?! — подняв указательный палец вверх, продолжил мальчишка: — И ничего, не отчаялся. Выход есть, тяжело его найти, но вдвоем быстрее справимся.

Я стерла побежавшую по щеке слезу, дивясь как сама не заметила, что плачу, и улыбнулась. Юный сын хана Мурада мне нравился. Умный и сильный воин, будущая отрада в семье. Такой подлыми уловками красть родных у врага своего не будет, как Тэмур. И змеей жалить слабых. Весь в отца.

— Тогда давай продолжим поиски выхода, раз ты такой смелый и уверенный в силах собственных. С таким мужчиной рядом и мне не страшно.

Показалось или, и правда, румянец выступил на щеках Тохтамыша. Я отвела взор, чтобы не смущать его больше.

Юный хан показал мне все места, где мог их хитрый Элрике спрятать выходы в Явь, но нигде мое сердце не отзывалось, а припрятанная соль в кармане сарафана молчала. Не хотелось думать, что дар мой соленой был настолько слаб, что и чутье не подарил, но глухая стена стояла в Нави, и человеку преодолеть ее было очень сложно.

— Это все, что отыскал, — сказал устало Тохтамыш и уселся на траву возле высоких деревьев. Я села рядом. Ночь потихоньку рассеивалась, растворялась в свете утра, но лишь по тому, что вторая луна заняла свое место на сумрачном небосводе — Навь — мир подлунный и солнцу тут не бывать.

Слышала я в голосе мальчишки обреченность, хоть он и хорохорился, но кого Навь забрала, того не отпустит. Только силой или обманом можно было побороть древнейшую магию.

— Обман, — выдохнула я и резко развернулась к Тохтамышу. Он нахмурил свои густые брови и внимательно посмотрел на меня. — Обман… В наших преданиях Навь состоит из обмана для человека. Без защиты рода и богов каждый шаг здесь лишь дальше уводит. Конечно, мы ничего не нашли!

Я всунула руку в карман и достала немного розовой соли, подула на нее легонько, будто сдувая невидимую пыль, и сразу же около нас трава покрылась тонкой корочкой льда, но то не лед был, а соляная корка. Деревья подернулись дымкой, а вскоре мы увидели лишь торчащие коряги из булькающего болота. Тохтамыш вскочил на ноги и заозирался, не веря своим глазам. Я вернула соль в карман и тоже встала, рассматривая не такой приятный глазу пейзаж — вот она настоящая Навь — опасная и беспощадная.

— Хорошая у нас защита рода, раз за столько времени никуда не провалились и не сгинули, — спокойно сказала я. — Теперь нужно очень аккуратно искать, соли у меня не так много, долго под ее защитой не проходим.

— Никогда не видел соленых ворожей, — потрясенно выдохнул Тохтамыш и уставился… влюбленным взглядом на меня. Охохонюшки.

— Давай лучше поиском займемся, — поторопила я мальчишку, да и в тон добавила взрослой строгости, чтобы не видел он во мне деву, а только взрослого.

Тохтамыш еще раз тихо рассказал мне, под какими личинами их Эрлике прячет выходы, я же поведала о наших преданиях, так мы обнаружили четыре совпадения и решили искать их. Я прочитала защитную молитву Макоши и неожиданно услышала легкий звон колец на своем очелье. Тех самых, что даровал мне Урса.

Глава 19

Звон, мелодичный и приятный, стал усиливаться, привлекая уже не только мое внимание.

— Это что за звук? — насторожился Тахтомыш. — Никогда здесь такого не слышал.

— Это кольца мои звенят, — показала я на свой головной убор, проводя кончиками пальцев по украшению. — Только не знаю из-за чего. Может быть, это предупреждение опасности?

— Тогда пойдем отсюда быстрее, — сказал уже тише юный хан и взял меня за руку, но как только мы шагнули на развилке дорог на новую тропу, звон почти затих. Я потянула руку Тохтамыша на себя и замерла.

— Стой. Звон затихает.

— Так и хорошо же, значит, опасности там нет.

— А ежели звон совсем об ином говорит. А вдруг он помогает отыскать дорогу к выходу?

— И как же нам проверить? — спросил Тохтамыш.

Я пожала плечами и ответила:

— Только одним способом — пойти по той дороге, — и указала на другую дорожку, которая выглядела заброшенной и заросшей. Таких мест мы избегали с Тохтамышем, стараясь держаться освещенных лунами мест, но в итоге-то и не нашли ничего. Жители Нави еще дремали и на нас никакого внимания не обращали. Конечно, были и те, кто тихонько следил из любопытства, но охранные руны наших родов берегли от ненужного интереса, но рано или поздно даже они не закроют нас от обитателей потустороннего мира. Надо было спешить.

Тохтамыш посмотрел на мрачную дорожку и кивнул, свесив голову на грудь. Ему, как и мне, идти туда совсем не хотелось, но как только мы вступили на нее, звон вернулся, а с каждым шагом мелодия становилась громче и веселее, будто подбадривая нас идти вперед, пока мы не уперлись в большое дерево с огромным дуплом.

Я достала немного соли, потерла ее в руке и, как просо, рассыпала около торчащих старых корней. Соляная корочка моментально поползла по коре, превращая ее в мерцающую нежно-розовую оболочку, а потом треснула и осыпалась на землю, впитываясь в нее, чтобы расползтись по земли в защитный круг. Дерево никуда не исчезло, только стало еще старее и страшнее. А дупло по ободку подернулось сизой дымкой.

— Ох, — выдохнул Тохтамыш и пораженно глянул на меня. Я посмотрела на него и улыбнулась, не веря, что мы нашли выход.

— Держи меня за руку и не отпускай, попробуем открыть проход, — тихонько прошептала я. Шептали мы молитвы богам долго, ладони наши взмокли от напряжения, дыхание сбивалось, но останавливаться было нельзя, иначе все сначала начинать. Так и стояли, упрашивая наших богов, что под солнцем жили, чтобы те нас забрали в наш мир. Провалиться в Навь было проще, чем из нее выбраться.

И когда у меня сил почти не осталось, чтобы нашептывать молитвы, дерево заскрипело, ствол его скрюченный начал выпрямляться, делая дупло еще больше и еще страшнее, будто раззявил пасть огромный чудо-юдо рыба-кит. Я вытерла пот со лба, перехватила крепче руку Тохтамыша, который устал не меньше моего, и продолжила вглядываться в черноту огромного дупла.

Сначала в центре его появился крохотный огонек. Он пульсировал и рос, пока светом своим не заполнил всю темноту прохода. Повеяло ароматом цветов и теплом летнего ветра. Я вдохнула привычные запахи, прикрыв глаза, и, не отпуская руку Тохтамыша, шагнула к проходу. Тень с той стороны закрыла часть света и преградила нам путь. Мы замерли, испуганно наблюдая, как высокий человек переступает границу миров. Его темный контур становился все четче, а когда мужчина сделал шаг в Навь, я ахнула и прижала ладонь ко рту, не веря глазам своим.

— Василе! — крикнула я и сразу же поругала себя: ну нельзя же в подлунном мире так громко кричать и так радоваться. Княже, завидев меня, в два шага преодолел разделяющее между нами пространство и крепко сжал меня в объятиях.

— Лиля, душа моя! Как же так… — Василе вдруг замер и посмотрел на мальчишку.

— Кто это? — спросил он уже тише.

— Тохтамыш, сын хана Мурада, — ответила я, но юный хан меня перебил.

— Я сам могу назвать свое имя, княжна. Да, я Тохатмыш, сын великого хана Мурада Первого и его прекрасной супруги Зулей. Будущий наследник всей Золотой Орды.