Солярис
Шрифт:
— Так не устраивай, тебя никто не заставляет, — заботливым тоном произнесла Лина, а затем подошла к подруге и обняла её за плечи. И как это у неё получается, быть такой милой и тактичной? Я так никогда не смогу, даже если буду десять лет учиться смирению у буддистских монахов.
— Да, они не могут принудить тебя, так что не переживай.
— Спасибо, девочки, но я не уверена, что родители позволят мне такую роскошь.
— Мы с ними поговорим, — поддержала Соня.
И пусть в этих словах не было правды, Инге нужно было их услышать. Хотя мы, теоретически, и вправду могли поболтать с мамой и папой подруги за чашечкой английского чая, они вряд ли бы стали слушать кучку необузданных школьниц. Даже таких симпатичных, как мы.
— К тому же, тебе уже восемнадцать, а это последний учебный год в «СШС», — произнесла я.
— Мила права. Но всё равно помни: что бы ни случилось, мы всегда будем рядом, — улыбнулась Лина.
Инга поочерёдно окинула нас своим встревоженным взглядом, а потом глубоко вздохнула.
— Еще раз спасибо вам, — немного успокоившись, улыбнулась девушка. — Но что теперь делать с ребятами? Они еще долго будут обсуждать эту тему.
— Готова поспорить, что завтра эта новость будет в школьной газете и в новом выпуске новостей, — засмеялась Соня.
— Или уже сегодня, — кивнула Лина.
— Да, ты теперь у нас мисс популярность, — усмехнулась я.
— И мы с тобой в комплекте.
— О нет, только новостей мне не хватало! — в ужасе раскрыла глаза Инга.
— Ха, а я бы посмотрела на фоторепортаж, — улыбнулась я.
— А я на лицо директрисы, когда она его увидит, — добавила Соня и мы дружно засмеялись.
— Просто поймите, мне не нужна дурацкая популярность. Я хочу сидеть себе тихо на лужайке возле школы, писать в блог, и всё.
— Так, мне кажется, она думает, что нам нужна эта дурацкая популярность, — я сделала возмущённое лицо.
— Но ты и так была достаточно узнаваема, особенно в блоге, — сказала Лина.
— Да, но это же совсем другое дело, — кивнула Инга.
— Что правда, то правда.
— Как бы то ни было мы рядом. И мы поможем тебе пережить эту ужасную минуту славы, — улыбнулась я, и мы все дружно обнялись.
— Ладно, пойдёмте обратно в классы, а то у меня сейчас химия. Сами понимаете, если опоздаю, мне… — недоговорив, Соня провела большим пальцем себе по горлу.
Мы все прекрасно понимали, о чём она. Химию у нас всех вёл общий преподаватель, это был пожилой строгий мужчина советской закалки. Учил он просто супер, но и спрашивал не хуже. Одна половина ребят его любила, другая ненавидела, но все без исключения его боялись.
— О, тогда бежим, — поддержала Лина, и мы, как по команде, поспешили в разные уголки школы.
Глава 8
Я опустила глаза на огромный бургер, лежащий на тарелке прямо передо мной. Лина тыкала вилкой в свой салат, стараясь взвешивать каждую фразу.
После уроков я еще раз встретилась с девочками, Инга попросила нас помочь ей с украшением книжного клуба. Завтра откроется запись на дополнительные курсы и кружки, так что наша помощь была ей просто необходима. Место встречи всегда оставалось неизменным, со временем тоже напрягаться не пришлось. Дружно назначив мероприятие на половину пятого, мы разошлись на обед.
Мы с Линой отправились на третий этаж, где находилась школьная столовая. К середине дня тучи разбежались, открыв нам прекрасное синее небо, и мы могли немного посидеть на веранде, наслаждаясь осенней прохладой. Совсем скоро в город придут холода и дожди, тогда о посиделках на свежем воздухе можно будет забыть. Но не сегодня.
Мы устроились за самым дальним столиком, прячась от посторонних взглядов. После того, как всю школу взорвала новость о сумасшедшем дне рождения Инги Лейман, нам с подругой захотелось стать невидимками. По крайней мере, пока всё немного не уляжется, и ребята не начнут забывать о произошедшем. Однако, это не единственная причина, по которой мы захотели сесть подальше от шумных компаний и лишних ушей.
Когда мы поднимались по лестнице, Лина спросила:
— О, кстати, как прошло твоё свидание?
— Неоднозначно, — ответила я, закусив губу.
— Это как? — удивилась подруга.
— Давай не здесь, — я обвела взглядом школьников, по-прежнему продолжающих нам улыбаться, — кроме того долго рассказывать.
— Хорошо, — кивнула она, а потом добавила — Прости, я со всеми этими приключениями, совсем об этом забыла. Да и ты сама ни слова не сказала.
— На самом деле, я хотела еще утром с тобой поговорить, но меня отвлекли новости про вечеринку.
— О да. Но ничего, ты можешь рассказать мне всё сейчас.
— Да, и еще мне нужен твой совет, — с мольбой в голосе произнесла я.
— Что? — удивилась Лина. — Мой? Но я же толком ничего не смыслю в отношениях, чем же я могу тебе помочь?
— Не знаю, но ты моя лучшая подруга, и мне больше не с кем посоветоваться.
— Ох, ну раз ты решила обратиться за советом ко мне, значит, произошло что-то серьёзное, — она скорчила драматичную рожицу, пытаясь приободрить меня, но в глазах виднелась тревога.
Я рассмеялась. Хорошо, что у меня есть такой друг как Лина. Она меня понимает, поддерживает и защищает. Не смотря ни на что, я чувствовала — она всегда будет рядом со мной.
Когда мы сели на деревянные стулья и поставили перед собой тарелки с едой, я рассказала подруге о своём свидании. Говорила я долго, стараясь не упустить никаких деталей. Лина то романтично вздыхала, вставляя игривые комментарии, то удивлённо распахивала глаза. Когда моя история подошла к моменту моего спасения, она не на шутку разволновалась, а потом начала ругать меня за невнимательность.
— Ну ты даёшь! Как такое вообще получилось? А если бы Алека не оказалось рядом? Мила, ты что! Никогда, слышишь, никогда так не делай, хорошо?
— Да я и так знаю, что сама виновата, можешь не читать лекций.
— Прости, — добавила она немного мягче — просто мне тревожно за тебя. Не уверена, что переживу, если с тобой что-то случится. Не злись.
— Я понимаю, и поэтому не злюсь.
— К тому же, на моём месте ты бы сказала то же самое.
— О, боюсь, всё было бы куда красочнее, — фыркнула я.
Нотки напряжения испарились, и я продолжила свой рассказ. Когда я закончила, воцарилась недолгая тишина. Подруга почти доела свою порцию салата, моя же еда осталась нетронутой.