Чтение онлайн

Я вновь перевела взгляд на распахнутые двери автобуса и увидела мою Лину. Дыхание перехватило, а сердце забилось чаще. Одетая совсем не по сезону — в лёгкое голубое платье и джинсовую куртку — она пыталась вытолкнуть огромный черный чемодан вперед себя. Я сразу же подбежала к подруге, чтобы оказать максимально возможную помощь, а когда мне это удалось — стиснула её в крепких объятиях.

— Ура! Ты вернулась. Я так соскучилась! — запищала я ей в плечо.

— Привет, я тоже! Мне столько всего надо тебе рассказать, — воскликнула в ответ девушка. Я лишь сильнее прижала подругу к себе и только потом отпустила.

— Рассказы немного подождут. Для начала дойдём до «Delizioso», а когда устроимся поудобнее — я буду вся внимание.

Только сейчас я заметила, что помимо гигантского чемодана, стоящего у наших ног, на Лине висели две внушительные сумки.

— Великие силы, и как ты это всё дотащила?! — искренне изумилась я.

Лина звонко рассмеялась и развела руками.

— Сумасшедшая, — покачала головой я и тоже усмехнулась. — Давай сюда чемодан и скорее пошли. Мне не терпится услышать все подробности.

***

Не прошло сорока минут, как Лина погрузила все сумки в отцовскую машину. Когда Андрей Николаевич увидел дочь, то поначалу не поверил своим глазам, а затем держал в объятиях почти так же долго, как и я.

Дело в том, что моя подруга не предупредила отца о своём приезде. Главной тому причиной послужило то, что она совсем не хотела отвлекать Андрея Николаевича от работы. Ну и конечно, Лине хотелось устроить для папы приятный сюрприз.

На дворе стоял конец августа, и почти все столики в «Delizioso» оказались заняты. К тому же прекрасная погода способствовала наплыву посетителей. Так что работа у Андрея Николаевича шла полным ходом.

— Великие силы, мышка! Что ты здесь делаешь? Я думал ты приедешь через пару дней. Что-то случилось? — радость в его глазах резко сменилась беспокойством.

Отец Лины был невысоким крепким мужчиной с загорелым лицом и тёмно-серыми глазами — единственной чертой внешности, что он передал дочери по наследству. Русые волосы были коротко подстрижены, щёки запылали от жара кухонной печи, а брови сомкнулись на переносице, когда он задал свой вопрос.

— Нет-нет, всё замечательно, — поспешила заверить подруга. — Я просто хотела сделать тебе сюрприз. Прости, если напугала.

На её лице показалась виноватая улыбка.

— Ну ты даёшь, — выдохнул Андрей Николаевич, а затем улыбнулся. — Совсем не жалеешь моё слабое сердце.

— Еще раз прости.

— Забудем. К тому же я очень рад, что ты вернулась. Кстати, девочки, вам сегодня повезло: ваш любимый столик как раз свободен. Бегите, занимайте, а я всё принесу. Вам как обычно?

— Ты еще спрашиваешь? — подруга весело склонила голову. — Спасибо пап, люблю тебя.

Лина крепко обняла отца. Тот мгновенно прижал дочь к себе, опустив руки ей на спину. От трогательности этой сцены к горлу подступил ком. Я постаралась поскорее проглотить его и отогнать мысли о собственном родителе подальше.

— Я тоже тебя люблю, — ответил Андрей Николаевич, погладив Лину по макушке.

Только сейчас я заметила, как сильно отросли волосы у моей подруги. Теперь прямые локоны доходили ей до талии. В отличие от меня, Лина была настоящей красавицей. Невысокая и спортивная, с густой копной тёмно-каштановых волос. Длинные локоны аккуратно обрамляли бледное лицо. Серые глаза украшали густые ресницы. А страсть к красной помаде делала подругу похожей на Белоснежку. Лёгкое голубое платье до колена лишь подчёркивало её яркую внешность.

Кто бы мог подумать, что за такой красотой скрывается хрупкое и ранимое сердце. Ведь из нас двоих именно я была упрямой, грубой, вечно нарывающейся на неприятности, а Лина… Подруга являла собой спокойствие, нежность и поразительную чуткость. Сейчас она светилась от счастья.

Когда Андрей Николаевич ушел, мы поспешили занять стол на двоих. Тот расположился в самом углу просторной террасы. Я очень любила это место. Оно находилось в стороне от других столиков, здесь мы могли наблюдать за окружающим миром, оставаясь незамеченными. Я и Лина любили разглядывать посетителей и прохожих, фантазируя о том, кто были эти люди. Придумывать о них истории. Просторный стол позволял с комфортом заниматься своими делами. Например, читать или делать домашнее задание. И, конечно же, здесь было невероятно уютно.

Пока мы сидели за любимым столиком и ждали самый вкусный в мире завтрак, Лина рассказывала о своей жизни в Австралии. Подробности, которые каким-то образом были упущены во время телефонных звонков.

— Мила, ты бы видела наше шоу на закрытии лагеря! Мы учили и отрабатывали хореографию целых два месяца. Надеюсь, Никита пришлёт мне видео. Конечно, эффект будет не таким, как если бы ты смотрела вживую, но я уверена, что тебе в любом случае понравится.

— Уже начинаю жалеть, что не поехала туда с тобой, — засмеялась я. — Теперь придётся маяться в ожидании видео.

— Мне очень повезло, что я попала в первый ряд, — доверительно прошептала девушка, будто нас могли подслушать. — И я приятно удивилась, когда наши педагоги придумали всё так, что даже танцовщик с самой маленькой ролью смог бы проявить себя. Понимаешь, это совсем не похоже на то, что мы все эти годы создавали в студии.

— Может, твой опыт послужит толчком к переменам? Расскажи об этом педагогам.

Казалось, мои слова заставили подругу всерьёз задуматься.

— Полагаешь, стоит?

— Уверена, они сами закидают тебя вопросами.

Мысленно представив этот момент, я не смогла сдержать ухмылки.

— Так что ты там говорила о первом ряде?

— Ах да! — встрепенулась Лина. — Я хотела сказать, что несмотря на всё это, тех, кто стоял впереди, было видно намного лучше. И я до сих пор не могу понять, как мне удалось затесаться в это число, ведь там очень много талантливых ребят. А хореографы отобрали лишь двенадцать человек.

— Наверно всё потому, что ты тоже очень талантливая, а еще трудолюбивая, — подметила я.

Лина не напрашивалась на комплименты, она действительно часто сомневалась в себе, недооценивая собственные возможности. Это мне в ней всегда нравилось. Нет, не её неуверенность. А то, что подруга была скромной и никогда не ставила себя выше других. Лина — была самым талантливым человеком из всех, кого я знала. Хоть она сама в это и не верила.

— Ты замечательно танцуешь, — продолжила я. — И твоя стена грамот, медалей и кубков говорит об этом громче мои слов. Любой университет мира примет тебя с распростертыми объятиями.