Чтение онлайн

– Нет, давайте лучше вы сейчас обрисуете нам общую картину всех преступлений, изложите свои планы, – проговорил Гуров. – Думаю, мы зададим вам какие-то вопросы, затем перейдем в ваш кабинет, там будем разбирать каждый эпизод отдельно, изучать все детали.

– Я тоже думал, что так будет правильно, – сказал Поддубный. – В таком случае продолжаю. Итак, мы продолжали заниматься делом Аллы Прошиной, а в мае прошлого года произошло новое преступление. Был похищен Женя, сын банкира Михаила Соломоновича Эткинда. Беда произошла во время прогулки, при этом серьезно пострадала гувернантка Наталья Васильева. Бандиты разбили ей голову, она полгода лежала в больнице. На этот раз за освобождение шестилетнего Жени похитители потребовали уже полтора миллиона.

– Аппетит приходит во время еды, – меланхолично заметил Крячко.

– Аппетит, конечно, приходит, – согласился с ним Поддубный. – Однако мы сравнили состояние Михаила Эткинда и Кирилла Прошина и выяснили, что банкир богаче строительного магната ровно в полтора раза. То есть сумма выкупа вновь соответствовала финансовым возможностям отца ребенка.

– Это очень интересный момент, – заметил Гуров. – На него непременно нужно обратить внимание.

– Мы так и поступили, – впервые подал голос майор Буренин. – Я лично занимался этим вопросом и могу доложить о результатах.

– Немного попозже, Борис Борисович, если позволишь, – сказал генерал Смирнов. – Пусть Аркадий расскажет все до конца.

– Да, я продолжу, товарищ генерал, – произнес Поддубный. – В случае с мальчиком Женей похитители выдвинули то же требование, что и при похищении Аллы Прошиной – чтобы родители ничего не сообщали нам, полицейским. Однако это преступление скрыть было невозможно. Я ведь уже сказал, что гувернантка пыталась защитить мальчика и была тяжело ранена. Поэтому мы сразу узнали о случившемся и вновь попытались задержать похитителей. Однако против этого резко выступил Михаил Эткинд. Он не давал нам никакой информации, хотел уладить дело, договориться с этими негодяями. В итоге так и произошло. Эткинд уплатил выкуп, ребенок был возвращен.

– Сколько времени мальчик пробыл в руках похитителей? – спросил Гуров.

– Ровно неделю, – ответил Поддубный. – Теперь я перехожу к последнему эпизоду. Он имел место уже в этом году. Шестнадцатого сентября была похищена Ирина, дочь Олега Павловича Зимина. Этого человека у нас называют конфетным королем. Он владеет большой кондитерской фабрикой, известной на всю Россию, а также сетью магазинов. Сумма выкупа составила миллион двести тысяч долларов, что вновь соответствовало состоянию Зимина. Конфетный король очень любил дочь и не пожалел бы никаких денег. Но Зимин – человек верующий. Ему была противна сама мысль о том, что он станет поощрять преступников, платя им выкуп. Поэтому он согласился сотрудничать с нами. Мы хотели провести операцию по задержанию бандитов. Но она требовала тщательной подготовки, а быстро это не делается. Поэтому мы дали Зимину указание постараться потянуть время. Но похитителям это не понравилось, и они очень наглядно выразили свое недовольство, прислали в дом Зиминых ногти Ирины.

– Что, эти сволочи вырвали у ребенка ногти?! – не проговорил, а прохрипел Крячко.

– Нет, все было не так ужасно, – сказал Поддубный. – Ногти были не подстрижены ножницами, как обычно делается. Наши эксперты установили, что их срезали чрезвычайно острым ножом. Разумеется, это была угроза, своего рода предупреждение. Зимин все сразу понял. Он свернул сотрудничество с правоохранительными органами и немедленно уплатил выкуп. Девочка была возвращена родителям. – Полковник сделал паузу, глубоко вздохнул и продолжил: – Вот, собственно, и вся история. Разумеется, то, что я сообщил вам, есть лишь краткое изложение основных событий. За пределами моего рассказа осталось множество подробностей. Как раз эти детали, я думаю, и представляют интерес для наших московских коллег. Но сейчас я не хотел бы вдаваться в них. Лучше мы это сделаем у меня в кабинете, не будем отнимать время у начальника управления. Вы согласны, Лев Иванович?

– Да, конечно, вы правы, – ответил Гуров. – Но пару вопросов мне все же хотелось бы задать вам здесь. Первый такой: почему вы решили, что похитители связаны с Кавказом? Об этом мне еще в Москве говорил генерал Орлов. А ему, видимо, об этом сказали вы, Федор Семенович. Так откуда эти сведения?

– От самих похитителей, а также от похищенных детей, – проговорил Поддубный. – Тут мне придется упомянуть несколько деталей. Человек, беседовавший по телефону с родителями похищенных детей, говорил с явным кавказским акцентом. Кроме того, он прямо заявлял, что дети сейчас находятся на Кавказе.

– А где именно, он не говорил? – спросил Крячко. – Кавказ большой.

– Нет, ни разу не сказал, – произнес майор Буренин. – Но мы пробовали установить национальность похитителя, дали послушать запись его голоса экспертам. Те разошлись во мнениях. Одни говорили, что голос принадлежит, скорее всего, жителю Дагестана, возможно, аварцу. Другие утверждали, что это чеченец. В общем, ясного ответа на этот вопрос у нас на данный момент нет.

– Вы сказали «запись голоса». Так что же, похититель был один? – осведомился Гуров.

– Нет, конечно, не один, – ответил Поддубный. – Проанализировав показания похищенных детей, гувернантки, пострадавшей при нападении, другие данные, мы решили, что похитителей было по меньшей мере пятеро. Но по телефону говорил только один человек.

– Это интересно, – задумчиво произнес Гуров. – Очень даже. А второй вопрос у меня следующий: где происходила передача денег? Здесь, в Замостье?

– Нет, не здесь, – ответил Поддубный. – Похитители каждый раз назначали для этого новое место. В первом случае они получили деньги вблизи Камышина, во втором – в окрестностях Элисты, в третьем – недалеко от Буденновска.

– Что также указывает нам на Кавказ. Именно оттуда приезжали похитители, – добавил Буренин.

– А детей они тоже там возвращали? В Камышине, в Элисте?

– Нет, это происходило здесь, – ответил Поддубный. – Преступники высаживали их из машины где-то на окраине Замостья и снабжали телефоном. Потом дети сами устанавливали связь с родителями.

– Так-так, – протянул Лев Иванович. – Что ж, главное нам теперь известно. Мы больше не станем отнимать у вас время, товарищ генерал. Все остальное коллеги нам расскажут уже в рабочей обстановке, – проговорил он и поднялся.

Вслед за ним встали и остальные участники совещания.

Генерал Смирнов тоже сделал это и сказал, обращаясь к Гурову и Крячко:

– Да, главное вам известно. В данном случае это то, что в нашей области уже два года орудует банда преступников, которые сделали из похищения детей доходный бизнес, так сказать, поставили это дело на поток. Жертв пока, слава богу, нет, родители, не считая Олега Зимина, не требуют продолжения расследования, но я не успокоюсь, пока мы не найдем этих бандитов. Никак не могу примириться с тем, что они остаются безнаказанными! Кроме того, нас не должно успокаивать отсутствие летальных исходов. Это всего лишь до поры до времени. Если мы не поймаем мерзавцев, то смерти непременно будут. Помогите нам в этом деле, коллеги!

– Постараемся, Федор Семенович! – сказал Гуров и первым вышел из помещения.

Спустя несколько минут члены следственной группы уже сидели в кабинете полковника Поддубного. Здесь было не так просторно, как во владениях генерала Смирнова. Зато перед каждым участником совещания стоял монитор, на который можно было выводить нужные изображения. Кроме того, по распоряжению полковника его адъютант приготовил всем горячий чай, что, с точки зрения Стаса Крячко, было очень кстати.