Чтение онлайн

всё размазано в памяти».

– Проснулся, дурачок? – послышался знакомый мужской голос.

– Кто это? – в неподвижном состоянии едва произнёс юноша.

– Виктор Миронович это, кто ещё….
– ответил голос.

– А, да, я вспомнил, Виктор Миронович, вы сосед по палате.

– Молодец, вспомнил.

– Что произошло? Где Вокла?

– Вокла? Не знаю! О какой Вокле ты говоришь?

– Ну, Вокла, сестра, или как там её…. Она приходила ко мне. Это из-за неё у меня

начался очередной приступ.

– Максим, к тебе никто никогда не приходил.

– Опять двадцать пять. Она приходила, я перед её приходом подходил к входной двери.

– Насмешил, - улыбнулся Виктор Миронович, - ты подходил к двери?

– Что смешного в том, что я подходил к двери?

– А ты не знаешь?

– Нет, не знаю.

– У тебя ног нет, Максим.

– Что? Что вы сказали Виктор Миронович?

– Тебе ампутировали обе ноги, чтоб ты не смог убежать отсюда,- продолжил сосед по

палате.
– Выглядывал он в коридор, придурок.

– Виктор Миронович, а зачем вы меня придурком обзываете? Вы ведь тоже в больнице

находитесь в качестве больного, я же вас не оскорбляю.

– Максим, я тебя не оскорбляю….

Из коридора послышались шаги. В палату вошла медсестра. Женщина подошла к

Максиму и, закатив юноше правый рукав пижамы, ввела иглу капельницы в вену.

– Капельница? – поинтересовался больной.

– О, сегодня у вас даже восприятие появилось. Да, капельница, - ответила девушка.

– А Виктору Мироновичу вы тоже ставите капельницы?

– Какому Виктору Мироновичу?

– Как какому Виктору Мироновичу? Больному с соседней койки.

– Здесь нет никого кроме вас. Вы один в палате.

– Один? Я всегда был в палате один?

– Всегда.

– А ноги у меня есть?

– Есть, - улыбнувшись, ответила медсестра, и, запустив по капельнице лекарство,

удалилась в коридор.

«Главное ноги есть, это самая приятная новость за последнее время, - подумал Максим.

– Если ещё раз появится этот Виктор Миронович, прибью его табуреткой, чтоб не говорил

ерунды. Значит я сам в палате, а медсестра установила капельницу и оставила меня

немощного одного, ушла, закрыв за собой дверь. А если забудет обо мне и по капельнице

вслед за лекарством пойдёт воздух?..»

– Не забудет, - снова послышался знакомый мужской голос, - она всегда так делает.

– Всегда так делает? Виктор Миронович, это снова вы? Вас же нет в палате!

– Не слушай ты её, здесь я.

– Во, чёрт, - тихо произнёс юноша, - я снова в полном бреду. Докажите своё

присутствие, подойдите к окну.

– Чтоб ты меня табуреткой огрел?

– Вы и это знаете…. Но я, если бы даже захотел вас огреть табуреткой, у меня не

получилось бы это сделать.

– Конечно, не получилось бы. Табуретка далеко, а ты без ног. Не достать тебе

деревянного стульчика.

– Есть у меня ноги, не пугайте меня. Простоя я пока их не чувствую из-за лекарств.

– Ну, конечно, так тебе сказала медсестра. Она тебе соврала, Макс. Врачи часто так

делают. Ты - безногий.

– Послушайте, всё настолько запутано в моём восприятии, что я не в силах отличать

реальность от воображения. Не хочу вас обидеть, Виктор Миронович, но даже вы для

меня загадка.

– Юноша, просто доверься мне, - произнёс Виктор Миронович и показал две

отрезанные человеческие конечности.
– Вот они, ноги твои.

– Нет, нет, нет… - закричал Максим.

В палату снова вошла медсестра. Девушка успокоила больного и первым делом

перекрыла поступающее по капельнице лекарство, затем вынула иглу.

– Вот и всё, - произнесла девушка. – Не стоило так громко кричать.

– Всё? А кроме нас в палате есть ещё кто-нибудь?

– Нет, мы одни.

– Покажите мне ноги, - произнёс больной.

– Что? – смутившись, ответила вопросом девушка, но потом сделала вид, что ничего

особенного в просьбе больного не видит, приподняла вверх халат и показала ноги.
– Вот,

смотрите. Довольны?

– Нет-нет, мои ноги. Покажите мне мои ноги.

– Ну, всё, хватит на сегодня. Успокойтесь и спите. В следующий раз покажу ваши ноги,

– произнесла медсестра и покинула палату.

– Ага, - вдогонку прокричал юноша, - покажешь мне ноги, так и поверил я, разве что из

холодильника.

Максим остался в палате один. Около часа он лёжа рассуждал о своём состоянии.

Больной не верил словам Виктора Мироновича, но и в словах медсестры он также

сомневался. Мысль о том, что он калека - сводила молодого человека с ума. Максим

несколько раз попытался позвать своего соседа по палате, но тишина говорила об

отсутствии кого-либо рядом.

Впервые за всё время пребывания в больнице, Макс услышал стук в дверь. Юноша

громко произнёс: «Войдите!». Дверь открылась, и в палату вошёл мальчик. Мальчик

подошёл к кровати и протянул Максиму яблоко.

– Кто ты, мальчик? – спросил Максим.

– Меня зовут Владик, я твой сын, - ответил ребёнок.

– У меня есть сын?

– Нет, но ты всегда думал, что я существую. Мысли и фантазии тоже находят своё

проявление во внешнем мире.

– Ты очередной мой глюк, понятно, - ответил больной. – Единственно в чём мне не

разобраться, почему со всех глюков, которые я вижу, нет той самой Воклы, о которой

помню больше всего.

– Если ты о своей сестре, то она к тебе приходила вчера, но ты её не узнал.

– Никто ко мне не приходил, я вчера, как и сегодня, спроектировал со своего

бессознательного мира в реальность непонятно какие образы и одновременно воспринял

два мира: внешний мир настоящего и внутренний мир прошлого.