Чтение онлайн

Уже наступили сумерки, но свет отражался от тонкого слоя снега, покрывшего все, кроме угрюмого черного остова обгоревшего здания. Снег перестал падать раньше, чем погасли последние языки пламени, поэтому на фоне белоснежного покрова руины казались вдвойне мрачными.

Ник был не в состоянии говорить, но Сью ухватилась за Катриону, как утопающий за соломинку. Слезы рекой лились из ее покрасневших глаз.

— Как это чудесно, что вы приехали! — всхлипнула она, поднося к лицу уже насквозь мокрый платок. — Мы добрались сюда только полчаса назад, и все это время просто стояли и смотрели. Какой ужас, правда?

— А как вы узнали? — спросила Катриона, пряча руки в карманы.

С наступлением ночи становилось все холоднее, снег под ногами уже начал поскрипывать. В морозном воздухе еще витал острый запах дыма.

— Мы оставили в полиции свои координаты. После того, что вы рассказали нам о ШДШ, мы попросили их присматривать за нашим участком, — объяснила Сью. — Они позвонили еще вчера, но нам не с кем было оставить детей, поэтому мы смогли выехать из Кента только сегодня на рассвете.

— Разве это люди? — сквозь стиснутые зубы выдавил Ник. Схватив комок снега, он запустил им в стену, на которой ярко выделялись буквы ШДШ. — Ублюдки, выродки!

— Я понимаю, что вам от этого не легче, — сочувственно начала Катриона, — но их не так уж много. Это только горстка дошедших до крайности негодяев, жалкая кучка отщепенцев, и вы лишь по несчастливой случайности стали их жертвой.

— Уж я бы им показал, попадись они мне в руки! — Ник в ярости затопал ногами по промерзшей твердой земле. — Старые панели, балки, перекрытия, стойла — все, что создавало неповторимый колорит этого места, погибло.

— Да, это невосполнимая потеря. Но как насчет стен? Они, кажется, целы?

— Мы сможем что-либо сказать только после заключения специалиста.

— Банк в состоянии вам в этом помочь — один из наших клиентов является экспертом в этой области.

— Неужели все пошло прахом? — прорычал Ник. — Наша смета была очень напряженной, но выполнимой, и к пику сезона мы бы могли открыться. А теперь из-за этих помешанных националистов мы оказались в куче дерьма! Один Господь знает, сколько времени и сил еще отнимет оформление страховки! Полиция уже пыталась задавать нам довольно странные вопросы. Не удивлюсь, если они подозревают, что мы сами организовали этот пожар, чтобы получить страховку.

— Как они могут?! — гневно вскричала Сью. — Зачем нам это делать? Все наше будущее связано с этим домом. Точнее, было связано… — Она снова заплакала.

— Послушайте, — торопливо заговорила Катриона, видя, что Сью не может справиться с истерикой, а ее муж — с параноидальным оцепенением, и чувствуя, как, несмотря на утепленные ботинки, холод постепенно сковывает ее ноги, — в нескольких милях отсюда есть паб. Почему бы нам не отправиться туда, чтобы хоть чуточку согреться? Кроме того, подозреваю, что сегодня вы толком ничего не ели. Немного еды и тепла — вот что вам нужно.

В маленьком жарко натопленном баре для них нашелся столик-бочка совсем рядом с камином. Жизнерадостный толстяк-бармен принял у них заказ на горячие сандвичи и сразу же налил по большой порции виски, добавив несколько традиционных замечаний о погоде.

В добросердечной и приветливой обстановке бара застывшее серое лицо Ника начало оттаивать, постепенно приобретая нормальный цвет. У Сью, наоборот, нос распух и покраснел, как вишня, что в сочетании с заплаканными глазами и выбившимися из-под шерстяной шапки спутанными волосами создавало неповторимый эффект. Конечно, оба супруга выглядели неважно, но, по крайней мере, они уже не походили на пару замороженных рыб, решила Катриона, маленькими глотками отпивая виски, в то время как Ник даже приподнял свой стакан в некоем подобии салюта, а затем одним глотком наполовину опустошил его.

— Да, теперь мне гораздо лучше, — торжественно заявил он. — Еще парочка таких же стаканчиков, и я, может быть, даже смогу опять улыбаться.

— А вы не думаете, — понизив голос, заговорила Сью, оглядываясь по сторонам, — что те, кто совершил поджог, сейчас, возможно, спокойно сидят здесь и выпивают.

— Возможно, — согласилась Катриона, слегка напуганная такой одержимостью несчастной женщины. — Но с такой же вероятностью они могут сидеть где-нибудь в Инвернессе или в Питлохри. Нет никаких причин считать, что они местные. Если верить газетам, ШДШ рекрутирует своих членов по всей Шотландии.

— Но едва ли кто-нибудь там знает о нас, — возразила Сью. — Мы только что начали переоборудование усадьбы. Мы никого не оповещали о своих планах, и только несколько местных жителей могли о них знать.

— Но вы получали разрешение на строительство в административном совете округа, — напомнила Катриона, — и ваша заявка находилась там в течение нескольких недель. Кто угодно мог увидеть ее и узнать о вашем английском происхождении.

— Может быть, — неохотно согласилась Сью. — Конечно, мне не хотелось бы думать, что тот, кто совершил поджог, живет где-нибудь по соседству. — Она испуганно поежилась. — Не уверена, что в этом случае я осталась бы в Глендоране.

— Но вы же не намерены отступать? — обеспокоенно спросила Катриона.

— Ни в коем случае, — твердо заверил Ник. — Кто бы ни швырнул эту бомбу в мое окно, ему предстоит увидеть, что окна застеклены, стены восстановлены и ресторан процветает несмотря на все его гнусные усилия. Пусть шотландцы не думают, что англичане так легко сдаются! — Одним глотком он допил то, что оставалось в его стакане. — Что бы там ни было, усадьба как таковая ничего не стоит. Все равно мы не справились бы без дополнительных инвестиций, и как только я буду уверен, что мы получим кредит — к черту любую ШДШ и всех, кто ей сочувствует!

— Хорошие слова! — воскликнула Катриона, взяв у него из рук стакан. — За такие слова надо еще раз выпить, к тому же, наверно, наши бутерброды уже готовы.

Когда Катриона подошла к стойке, чтобы заказать еще виски, возле нее сидели двое молодых людей. Девушка сразу же заметила, что один из них, с бросающейся в глаза демонической внешностью, очень хорош собой. Когда она вернулась, чтобы взять тарелки с сандвичами и отнести их на свой столик, он легко соскользнул с табуретки и, подарив ей ослепительную улыбку мощностью по крайней мере пятьдесят мегаватт, подхватил одну из тарелок.

— Я помогу вам. Избавлю от необходимости возвращаться в третий раз.

— Большое спасибо, — ответила Катриона, возвращая ему улыбку, хотя и не столь широкую. — Мы сидим вон там.

— О, не беспокойтесь, я давно уже заметил, где вы сидите, — уверил он. — Разве можно было не обратить внимание на сверкающее золото ваших волос!

— Боюсь, что я не знаю, где какой сандвич, — сказала Катриона, ставя тарелки на стол.

— Пустяки, — с безмятежной улыбкой заметил ее добровольный помощник. — Вот этот с пикулями, а два других — с горчицей.