Чтение онлайн

— Обязательно, особенно если в роли головореза Алана Брека будет шотландский вариант Хью Гранта.

Катриона поцеловала его, радуясь тому, что может без ущерба для своей профессиональной репутации удовлетворить горячее желание помочь Андро. Другой вопрос, как при этом разрешить ее собственные проблемы с Хэмишем Мелвиллом, но это уже потом.

— Впрочем, кое в чем ты мне все-таки должен помочь, — добавила Катриона, положив голову на его плечо и отпив немного вина.

— Твое желание — закон для меня, — с готовностью отозвался Андро, стараясь говорить как можно спокойнее.

Он уже предвкушал победу, и его сердце колотилось от возбуждения.

— Эти цифры так красиво ложатся в смету, и тем не менее этому парню, вашему лондонскому брокеру, они не понравились. Мой клиент должен точно знать, на что пойдут его деньги. Я должна сама услышать от лондонского брокера, зачем понадобился еще один миллион.

— Да где-то здесь все написано, разве нет? — Андро начал рыться в разбросанных вокруг них бумагах.

— Да, но там ничего не говорится о том, насколько дополнительный миллион повлияет на художественный уровень фильма, а этот вопрос будет интересовать Хэмиша Мелвилла в первую очередь. Не забывай, он ведь не голливудский магнат, которому все равно, на чем делать миллионы. Мелвилл должен поддерживать свою репутацию. Если он будет вкладывать деньги в фильм, то не может позволить, чтобы это была второсортная подделка. Художественные достоинства картины для него будут иметь едва ли не большее значение, чем возможная прибыль, хотя и последнее, безусловно, тоже важно.

— Не слишком ли он много хочет, твой Хэмиш Мелвилл! — воскликнул Андро.

— Я бы не стала называть его моим, — поспешно ответила Катриона, — но, видишь ли, если я смогу убедительно доказать, что именно его миллион превратит заурядный средний фильм в художественное событие, это наверняка подстегнет желание Хэмиша вложить в него деньги.

Андро поднял руки, показывая, что сдается.

— Я все понял. Я свяжу тебя с нашим брокером. Его зовут Роб Гэлбрайт.

— Еще один шотландец! — удивилась Катриона. — Вот уж воистину шотландский фильм, несмотря на американские деньги, что с точки зрения Мелвилла явится еще одним достоинством.

— Гэлбрайт — шотландец, но живет в Лондоне. — Андро поднял телефонную трубку.

— Нет, не нужно сейчас ему звонить. Я сделаю это сама, когда тебя здесь не будет. Ничего, если я позвоню ему домой?

— Если ему это не понравится, может мне на тебя пожаловаться, — сердито пробурчал Андро. — Следует ли понимать тебя так, что мне пора отчаливать?

— Само собой разумеется, — улыбнулась Катриона, всем своим видом показывая обратное. — Но не сразу.

Андро аккуратно переставил стакан с вином в безопасное место, и только после этого опустил ее на пол рядом с собой. Они начали целоваться, не обращая внимания на шелест разбросанных повсюду бумаг.

— Последний вопрос, прежде чем ты окончательно заставишь меня забыть обо всем на свете, — выдохнул Андро, отрываясь от ее губ.

— Да? — Катриона чувствовала, что ее возбуждение достигает вершин холмов Ская.

— Когда ты поговоришь с Хэмишем Мелвиллом?

На мгновение, но только на мгновение, Катриона спустилась с небес на землю.

— Завтра я встречаюсь с ним за ленчем. Во второй половине дня смогу ответить тебе «да» или «нет».

— Алло, это Роб Гэлбрайт.

Голос в телефонной трубке выговаривал гласные с легким, но отчетливым шотландским акцентом. Такой акцент, подумала Катриона, даже старый брюзга доктор Джонсон назвал бы «неагрессивным». Поскольку Андро ушел только в полночь, Катриона решилась позвонить в Лондон рано утром.

— Прошу прощения, что беспокою вас дома, мистер Гэлбрайт. Надеюсь, вы меня извините, — осторожно начала она.

— Это зависит от того, по какому делу вы звоните, — последовал сдержанный ответ. — Во всяком случае, я не собираюсь обсуждать по телефону контракт Джулии Робертс.

Шутит он, что ли, удивилась Катриона. Но в голосе ее собеседника не чувствовалось иронии, наоборот, он говорил вполне серьезно. Может быть, люди его профессии каждый день имеют дело со знаменитостями?

— Насколько мне известно, это не имеет никакого отношения к Джулии Робертс, — заверила она. — Вы ведь занимаетесь подготовкой контракта для «Пресипити Сити Продакшнз»? Речь идет о фильме «Катриона».

— Да, вы не ошиблись. — Далекий, лишенный телесной оболочки голос сразу зазвучал резче и деловитей.

— Меня зовут Катриона Стюарт. Андро Линдсей дал мне номер вашего телефона, поскольку, как вы знаете, они настойчиво изыскивают дополнительные средства для осуществления своего проекта, и, может быть, я смогу им помочь.

— У вас что, есть лишний миллион? — хмыкнул Роб Гэлбрайт.

— Лично у меня — нет, но я представляю интересы человека, у которого есть. Тем не менее вначале мне нужно точно узнать, зачем понадобились дополнительные средства.

— Разве они не показывали вам наш отчет?

— Конечно, показывали, но там сказано только, что не хватает денег на гонорары и производственные расходы. Мой клиент не заинтересуется проектом, если будет думать, что его деньги пойдут только на то, чтобы увеличить доход продюсера.

— Понятно. Кстати, продюсеры все-таки должны время от времени получать какую-то прибыль, иначе фильмы вообще перестанут выходить.

— И все-таки, что это за производственные расходы? — настаивала Катриона.

— В основном — костюмы. Стараясь не выйти за пределы десяти миллионов, они очень мало заложили денег на костюмы. А в историческом фильме костюмы являются очень важным элементом.

— Да, я в этом не сомневаюсь. Это определенно будет способствовать повышению художественного уровня. А что с гонораром?

— Дело в том, что в смету были заложены маленькие гонорары для двух главных героев в надежде на то, что их будут играть малоизвестные дебютанты, а Джил Манро и еще несколько знаменитостей вытащат фильм — примерно так же поступил Дзефирелли в «Ромео и Джульетте». Однако мы порекомендовали пригласить молодых, но уже известных и опытных британских актеров, в противном случае американская сторона может настаивать на том, чтобы главные роли исполняли их соотечественники. А я уже достаточно наслушался янки, безуспешно пытавшихся имитировать хайлэндский акцент.

— Я понимаю, что вы имеете в виду. Устрашающая тень Голливуда! — Катрионе стало ясно, что этот человек прекрасно разбирается в том, о чем говорит.

— Вот именно! — воскликнул он, и Катриона порадовалась, что смогла заставить его рассмеяться. — Но кто бы ни играл главные роли, ставить произношение им все равно придется, — продолжал Гэлбрайт, — а на это потребуются средства, которые в первоначальной смете вообще не были предусмотрены. Таким образом, этот миллион нужен для того, чтобы нанести последние штрихи, необходимые для того, чтобы превратить средний фильм в хороший.