Чтение онлайн

но древность содома.

Есть пир,

но во время чумы.

Есть верность

в словах костолома.

Есть мир

только ради войны.

Есть юмор в улыбке садиста.

Есть вера на лицах пьянчуг.

Мистерии грез онаниста.

Иконы в наколках бандюг

Есть мудрость в зрачке крокодила.

Есть плюс в изголовья холма.

Есть юность в душе педофила

Есть вкус в поеданьи дерьма

Есть очень широкие взгляды

на узкий проем между ног.

Есть прения, споры, дебаты -

ходить или нет без порток

* * *

Есть тысячелетия своды

хранящие памяти плеть.

Есть личное право свободы -

наверх или вниз полететь!

Глоток

Распутье, бедлам кромешный.

Под кожей играет вьюга.

Скрипач натянул, нездешний.

Струну мою слишком туго.

Рой фар, тормоза шальные

Шеренги гетер – "патриций",

Вонзив коготки стальные,

В мозгу копошится "птица".

Но только тепло иконки,

Сосны тишиной – как шелком.

И крест на шнурочке тонком.

И пламяце свечки желтой…

Го рода пороки

Города пороки,

Окна общежитий,

Сеть переплетений

Разных судеб нитей.

Города пороги

Въюга заметает.

Голос невезений

Тихо остывает.

За окном истошно

Толь собаки воют,

Толь во тьме горою

Пир для полуночных.

Веки сны цепляют.

Тихо засыпаю.

Город Весна

Так блестит стеклом и сталью,

Что глаза болят.

Красно-рыжий, аномальный

Городской закат.

Полон запаха резины

Воздух за окном

Остановленной машины

Отзвук замер в нем.

Пролилась слепяще-алых

Рельсов колея.

В недостроенных кварталах

Спит душа моя.

Спи тебе нельзя иначе

В города черте.

Я себя узнал в горячей

Ржавой чистоте.

Готовятся

Шинелью темной

Старый клен у дома.

Наверное готовится к войне

Листвой обернут,

Мертвою, гнилою.

Чего-то ожидает в тишине.

По крысьи буро

В рощице дворовой.

Вороны хмуры.

Лист прилип к земле.

Чего-то ждут…тут,

Слишком уж сурово.

А может быть… готовятся к войне.

Дети

Грязные пьяные дети,

Чистых пороков комок.

Плоской луною им светит

Ночью рекламный щиток.

Практикой "здравого" смысла

Напрочь они лишены,

"Комплексов глупых" и мыслей

"Ложной" морали стены.

С клеем пахучим пакетик,

"Пульс обновлений" в крови.

Грязные, пьяные дети -

Всходы бездарной любви.

Для Вас

Меня самого уже нет.

Я высохший мох на поленьях.

Я тающий жар уголька,

Танцующий цвет.

В межличностных хитросплетеньях

Меня самого уже нет.

Я тысячи блесок в песках

Ручьев тепловодных и парких.

В стекляшках по летнему ярких

Цветной перелив мотылька.

Я запах полыни в ветрах.

Я дымка в полях необъятных.

Меня самого уже нет

В понятиях поздно и рано.

Нет зим у меня и нет лет

На зеркале неба – Урана.

Я ваших подобие судеб

И радостей ваших и бед,

Для вас, самого меня нет,

Такого как был. И не будет.

Домой

Пойдем домой,

Где шиферная крыша

Потрескалась и поросла травой

Пойдем домой, где так уютно мыши

Скребутся за бревенчатой стеной

Где половица скрипнет сиротливо

С иконы строго глянет темный лик

Где все так просто и как-будто живо

Но от чего давно уже отвык

Пойдем домой

Где шиферная крыша…

Вот только ног не чую под собой.

А дом ли мой?

"К чему бы это, слышишь?…"

…Да есть ли рядом кто-нибудь со мной?

Дорога камня

Камень закованный в лед.

Как странно его положенье.

Ведь он не лежит не плывет.

Носимый прохладным теченьем,

Отведал он тайн родниковой воды,

В корнях, охраняющих омуты, елей.

Осколок неведомой нами звезды,

Хранящий печаль вековых вдохновений.

Питомец мудреной подземной природы.

Природа не спит,

Не спешит и не гонит.

Лишь солнце снега

Взором ласковым тронет,

Заплачет река,

Разрешит и простит,

И выбросит вдаль, на прибрежные своды.

В тумане времен след реки пропадет,

А камень насытится солнечной силы,

Рассыпется прахом, познает полет,

Над летней дорогой искрящейся пыли.

Свидетель молчанья подземного мира,

Камень закованный в лед -

Осколок неведанной нами звезды,

Наследник воды,

Пополнит частицы земного эфира.

Живем

Ругаемся

И миримся. Прощаем.

Печалимся