Чтение онлайн

— А я придумала псевдоним для сестры Баочай, — произнесла Ли Вань, — всего из трех слов.

— Какой же? — с интересом спросили все хором.

— Царевна Душистых трав, — с улыбкой ответила Ли Вань. — Нравится вам?

— Великолепно! — отозвалась Таньчунь.

— А у меня какой будет псевдоним? — нетерпеливо спросил Баоюй. — Придумайте поскорее!

— Давно придумали — Занятый бездельник, — со смехом промолвила Баочай.

— Можно оставить твое старое прозвище, — Повелитель Цветов Красного грота, — предложила Ли Вань.

— Не стоит, пожалуй, — возразил Баоюй. — Ведь это было давно, еще в детстве.

— Я придумала для тебя прозвище! — заявила Баочай. — Быть может, оно грубовато, но тебе вполне подойдет. Мало кому удается в Поднебесной быть богатым и знатным и в то же время бездельничать. Я думала, это вообще невозможно. Но, как ни странно, тебе удалось. Поэтому мы будем называть тебя Богатый и знатный бездельник. Согласен?

— Слишком хорошо для меня! — с улыбкой произнес Баоюй. — Впрочем, называйте как вам угодно!

— Прозвище надо давать со смыслом, — вмешалась Дайюй. — Баоюй живет во дворе Наслаждения пурпуром, вот и назовем его Княжич, Наслаждающийся пурпуром.

— Неплохо, — согласились остальные.

— А как мы назовем вторую барышню Инчунь и четвертую барышню Сичунь? — поинтересовалась Ли Вань.

— Нам псевдоним не нужен, — поспешила сказать Инчунь. — Мы ведь не умеем сочинять стихи.

— Неважно, — возразила Таньчунь, — псевдоним все равно нужен.

— Инчунь живет на острове Водяных каштанов, так что будем называть ее Властительницей острова Водяных каштанов, — предложила Баочай. — А Сичунь, которая живет в павильоне Благоухающего лотоса, — Обитательницей павильона Благоухающего лотоса.

— Вот и хорошо, — произнесла Ли Вань. — Я старше вас всех, и вы должны меня слушаться. Нас в обществе семь человек, но я, вторая барышня и четвертая барышня не умеем сочинять стихов, так что придется вам сделать нас распорядительницами.

— У всех теперь есть псевдонимы, а ты по-прежнему называешь их барышнями, — с улыбкой заметила Таньчунь. — Давайте уговоримся за это штрафовать. А то, выходит, мы напрасно старались?

— Когда окончательно обо всем договоримся, тогда и составим уложение о штрафах, — согласилась Ли Вань и сказала: — Собираться будем у меня, у меня просторно. И если вы, поэты, не гнушаетесь простыми, невежественными людьми, которые не умеют сочинять стихов, позвольте мне распоряжаться устройством угощений. Может быть, общаясь с вами, обладающими тонким поэтическим вкусом, я тоже научусь сочинять стихи. Мне хотелось бы стать во главе общества, но одна я не справлюсь, нужны две помощницы. Желательно, чтобы это были Властительница острова Водяных каштанов и Обитательница павильона Благоухающего лотоса. Первая будет назначать темы для стихов и задавать рифмы, вторая — вести необходимые записи и следить за порядком. Это не значит, что нам возбраняется сочинять стихи. Если тема несложная и легкие рифмы, мы, пожалуй, тоже сочиним несколько строк. Остальным же сочинять стихи обязательно. Таково мое предложение, если вы со мной не согласны, я не смею настаивать.

Инчунь и Сичунь были равнодушны к стихам, к тому же они робели при таких талантах, как Сюэ Баочай и Линь Дайюй, и поэтому с радостью согласились с Ли Вань, сказав:

— Ты права!

Таньчунь и остальные девушки догадались, в чем дело, и возражать не стали.

— Ладно, — сказала напоследок Таньчунь. — Только забавно, что создать общество придумала я, а вы будете мною распоряжаться!

— Давайте сходим в деревушку Благоухающего риса, — предложил Баоюй.

— Вечно ты торопишься! — с укором сказала Ли Вань. — Надо раньше договориться, а уж потом я вас приглашу.

— А как часто мы будем собираться? — спросила Баочай.

— Раза два-три в месяц вполне достаточно, — заметила Таньчунь. — Чаще неинтересно.

— Верно, — поддержала ее Баочай. — Только являться все должны обязательно, в любую погоду. Если же на кого-нибудь вдруг найдет вдохновение, можно об этом сказать и пригласить всех к себе, не дожидаясь намеченного дня. Это будет даже интересно!

— Очень интересно, — согласились все.

— Поскольку мне первой пришла в голову мысль создать общество, то и право первой устроить угощение принадлежит мне, — заявила Таньчунь.

— В таком случае открытие общества назначаем на завтра, — предложила Ли Вань и обратилась к Таньчунь:

— Согласна?

— Давайте это сделаем прямо сейчас, — сказала Таньчунь. — Ты задашь тему для стихов, Властительница острова Водяных каштанов задаст рифмы, а Обитательница павильона Благоухающего лотоса будет следить за порядком.

— А по-моему, несправедливо, чтобы задавал тему и рифмы кто-нибудь один, — заметила Инчунь. — Лучше всего тянуть жребий.

— По дороге сюда я видела, как в сад принесли два горшка с очень красивой белой бегонией, — сказала Ли Вань. — Почему бы нам не сочинить о ней стихи?

— Так ведь ее никто не видел! — запротестовала Инчунь.

— Все знают, какая она, белая бегония, — возразила Баочай. — Зачем же на нее смотреть? Древние слагали стихи в минуты вдохновения и не всегда писали о том, что видели в данный момент. Иначе у нас не было бы так много замечательных стихов.

— В таком случае я задам рифмы, — уступила Инчунь.

Она взяла с полки томик стихов, раскрыла наугад, показала всем четверостишие с семисловной строкой и заявила, что все должны писать такие стихи. Затем она обратилась к одной из служанок:

— Назови первое пришедшее тебе в голову слово.

Девушка стояла, прислонившись к дверям, и не задумываясь выпалила: «У дверей».

— Итак, первое понятие — «дверь», — сказала Инчунь. — Оно по своему звучанию попадает в тринадцатый раздел. В наших стихах дверь должна быть упомянута в первой строке.

Она потребовала шкатулку с карточками рифм, извлекла из нее тринадцатый ящичек…

— Попались слова, которые очень трудно сочетаются, — заметил Баоюй.

Тем временем Шишу приготовила четыре кисти и четыре листа бумаги и подала каждому. Все стали сочинять стихи, одна лишь Дайюй как ни в чем не бывало играла листьями утуна, любовалась осенним пейзажем и шутила со служанками.

Одной из служанок Таньчунь приказала возжечь благовонную палочку «аромат сладостного сна». Эта палочка, длиной в три цуня и толщиной с обыкновенный фитиль, сгорала довольно быстро, и за это время нужно было написать стихотворение; кто не успеет, того штрафуют.

Таньчунь сочинила первая, записала, подправила и передала Инчунь.

— Царевна Душистых трав, у тебя готово? — спросила она у Баочай.

— Готово-то готово, но, кажется, плохо получилось, — откликнулась та.

Баоюй, заложив руки за спину, медленно прохаживался по террасе. Вдруг он обратился к Дайюй:

— Слышала? У них уже готово!

— Обо мне не беспокойся, — отозвалась Дайюй.

Баоюй заметил, что Баочай успела начисто переписать свои стихи, и воскликнул:

— Вот беда! От благовонной палочки остался всего цунь, а у меня лишь четыре строки!

И он снова обратился к Дайюй:

— Палочка вот-вот истлеет! Поторопись!

Дайюй пропустила его слова мимо ушей.

— Ладно, не буду тебя ждать, — сказал наконец Баоюй. — Надо записать, посмотрю, что получилось.

Он подошел к столу, взял кисть и принялся писать.