Сон в красном тереме. Т. 2. Гл. XLI – LXXX.
Шрифт:
– Такова человеческая природа! – ответила Сянъюнь. – «Захватив княжество Лу, заришься на Шу»!
Вдруг до девушек донеслись жалобные звуки флейты.
– Это старая госпожа и госпожа развлекаются, – заметила с улыбкой Дайюй. – Флейта нам даст вдохновение. Давай сочинять пятисловные уставные стихи.
– На какую рифму? – спросила Сянъюнь.
– Сосчитаем палочки в этих перилах – отсюда и до сих пор; какая будет по счету последней, ту рифму и возьмем [203] .
203
…ту рифму возьмем. – У китайцев существуют специальные рифмические словари, где все рифмующиеся слова расположены группами, каждая из которых имеет определенный порядковый номер.
– Прекрасная мысль! – промолвила Сянъюнь.
И они принялись считать палочки. Оказалось тринадцать.
– Как назло, тринадцатая рифма! – произнесла Сянъюнь. – Она употребляется так редко, что вряд ли у нас получатся стихи. Ну, начинай!
– Ладно, посостязаемся, кто сильнее в стихосложении, – улыбнулась Дайюй. – Жаль только, нет бумаги и кисти, нельзя записать!
– Завтра запишем, – ответила Сянъюнь, – надеюсь, нас память не подведет.
– Ну, тогда слушай, – сказала Дайюй и прочла:
…Пятнадцатый день – это осень в своей середине [204] .Но день позади. Вот и вечер уже настает.Сянъюнь на мгновение задумалась, но тут же подхватила:
Прозрачность и свежесть! Похоже, что наша прогулкаСовпала с весною, и мы перешли в новый год! [205] …Стрельца и Ковша засверкали извечные звезды,Светилами ярко расцвечен ночной небосклон…204
Пятнадцатый день – это осень в своей середине… – Праздник Середины осени приходится на 15-й день 8-го месяца.
205
…И мы перешли в новый год… – Новогодний праздник (Юаньсяо) приходится на пятнадцатый день первого месяца чжэн по лунному календарю.
Дайюй, смеясь, продолжала:
…А здесь, на земле, перелив благозвучный свирели,И флейты не молкнут, и слышится струн перезвон.Пусть кубки с вином поднимают в разгаре веселья,Чтоб ночь пролетела отрадно в пирушке хмельной…– «Пусть кубки с вином поднимают…» – это хорошо, – улыбнулась Сянъюнь, – но парная строка должна быть еще лучше.
Она снова задумалась и прочла:
Сейчас у кого широко не распахнуты окна,Чтоб, к ним подойдя, любоваться плывущей луной?…Мороз… Но не сильный. Скорее – приятный морозец.Но ветер подул – и как будто огнем обожгло…– Неплохо! – отозвалась Дайюй. – Лучше, чем у меня. А подумай ты еще немного, получилось бы совсем замечательно.
– Стихов на эту тему мало, она трудная, поэтому можно использовать уже готовые строки, – сказала Сянъюнь. – Будь у меня что-то очень хорошее, я приберегла бы на конец.
– Посмотрим, что ты прочтешь в конце! – с напускной строгостью промолвила Дайюй. – Стыдно ведь будет, если ничего интересного не придумаешь! – И она прочла такие строки:
А ночь между тем все равно хороша при морозе:Согрета душа, и на сердце светло и тепло.…Коль тянешься жадно за тою же лунной лепешкой, —Тебе не пристало Почтенного старца корить… [206]206
Тебе не пристало Почтенного старца корить… – Если пожилой человек добивался успеха на столичных экзаменах, несмотря на преклонные годы, он был окружен почетом. «Тянуться жадно за тою же лунной лепешкой» – это речение имеет в виду естественное стремление людей занять в обществе достойное место. В определенном контексте оно могло выражать иронию, обращенную к карьеристам.
– Про «лунную лепешку» никуда не годится! – засмеялась Сянъюнь. – Это ты нарочно придумала, чтобы поставить меня в тупик.
– Побольше надо читать, – возразила Дайюй. – Ведь выражение «Коль тянешься жадно за тою же лунной лепешкой» взято из старинной книги, «Истории династии Тан»…
– Ладно, у меня уже готова следующая строка, – объявила Сянъюнь.
Коль надо арбуз расчленить, чтобы стал он как лотос,Тебе не пристало над юною девой трунить [207] .…Сколь свеж аромат при сияющем лунном восходеКоричника лунного – яркого, словно нефрит…207
Тебе не пристало над юною девой трунить… – Согласно китайским комментариям, иероглиф «гуа» (арбуз, тыква) в качестве составляющих его элементов включает в себя два иероглифа «ба» (восьмерка); две восьмерки могут восприниматься как намек на молодой (шестнадцатилетний) возраст. Эту шутку Сянъюнь приводит в стихотворной строке умышленно – чтобы выразить осторожный упрек партнерше в игре за некоторое ее высокомерие.
– Вот это ты наверняка сама придумала! – воскликнула Дайюй.
– Завтра проверим, а сейчас незачем терять время, – заметила Сянъюнь.
– Ладно, – согласилась Дайюй, – и все же вторая строка у тебя неудачная. «Норичника лунного… нефрит» такой же избитый образ, как «золотая орхидея». Тебе не хотелось думать, вот ты и произнесла первое, что пришло в голову.
Сказав это, Дайюй прочла такое стихотворение:
Вот отблеск луны златоцвета умножил сиянье, —И стал златоцвет и прекрасен и пышен на вид!Свечей восковых ослепило сиянье, окрасивВсе пиршество в алые с яшмовым блеском тона…– Да, «…златоцвета умножил сиянье» тебя выручило! – воскликнула Сянъюнь. – Тут долго думать не надо! Взяла готовую рифму, и только! За это тебя не похвалишь! Да и вторая строка придумана наспех.
– Я прочла в ответ на «яркого, словно нефрит» «алые, с яшмовым блеском тона…», – ответила Дайюй. – Без поэтических образов древних нам не передать всю эту красоту!
Сянъюнь ничего не оставалось, как произнести следующие строки:
…Разбросаны кости небрежно средь винных сосудов,Цветник ароматен, и нет здесь игры без вина.Всем розданы роли: загадывать либо ответить,Затейника ж главного непререкаем приказ…– Вторая строка мне понравилась! – заметила Дайюй. – Только трудно подыскать к ней парную.
Она подумала и прочла:
…Извольте ответить, что где-то в подтексте сокрытоСтихом или прозой трех вам задаваемых фраз?Пестры и игривы – вас ждут разноцветные кости,А если «четверка» – то в красный окрашена цвет.Сянъюнь засмеялась:
– Выражение «трех вам задаваемых фраз» очень интересно! Просто и изящно. А вот «пестры… разноцветные кости» неудачно!
Сказав это, Сянъюнь прочла:
Цветка кругового коварно порою движенье! [208] Под бой барабана скорее ищите ответ!…А в лунном сиянье струя ветерка заиграла, —И двор наш во власти расцвеченной, яркой волны…– Годится! – заметила Дайюй. – Но со второй строкой опять схитрила! Хочешь отделаться словами о ветре и луне?
– Я говорила о лунном сиянии, – возразила Сянъюнь. – Стихи должны быть красивыми, достойными темы.
208
Цветка кругового коварно порою движенье!.. – Тот, кому был задан вопрос, должен был дать на него ответ не позже, чем остановится пущенный по кругу так называемый «цветок круговой» и затихнет барабанный бой. Не сумевший вовремя и находчиво ответить на вопрос должен был выпить штрафной кубок вина.
– Ладно, – согласилась Дайюй, – оставим пока как есть. А завтра опять к ним вернемся!
И она произнесла такие строки:
…И все, что вокруг, – Небеса и Земля – окунулосьВ бездонность вселенной, – наверно, по воле луны.…Затейник иль штрафу подверженный – все полноправны,Хозяин иль гость, – за игрою не все ли равно?..– Зачем говоришь о других? – спросила Сянъюнь. – Лучше о нас с тобой!
Она прочла:
…Стихи декламируя, каждый из нас независим, —Поблажек не нужно, ведь творчество свыше дано!…Ушла я в себя. В созерцанье теперь пребывая,Стою у перил и на них опереться хочу…