Сон в красном тереме. Т. 2. Гл. XLI – LXXX.
Шрифт:
Сянъюнь:
В зарослях гибнетРазорванная листва.Тлеет мускат [43] —Над курильницей густ аромат…Баоцинь:
Соболя золотомБлещет цветистым наряд.В зеркале снегОтражается возле окна…43
«Ковша рукоять» – то есть созвездие Большой Медведицы, в сторону которого, согласно древним поверьям, в весенние дни устремляется солнце.
Дайюй:
В холод влажнаБлаговонного перца стена [44] .Ветра порывыВ минуту заката слышны…Баоюй:
Медленно, тихоРождаются зимние сны.О мэйхуаГде свирель запоет, загрустит?.. [45]Баочай:
Где сохранилсяСвирели лазурный нефрит? [46] Грусть Черепахи:В снегах утонула земля! [47]44
Тлеет мускат… – Его жгли в курильницах для получения благовонного дыма.
45
В холод влажна // Благовонного перца стена. – Одна из стен ночных покоев императриц благоухала ароматным перцем, вклеенным в глину. В морозные ночи стена сохраняла тепло и перечный аромат.
46
О мэйхуа, // Где свирель запоет, загрустит? – Один из древних романсов, исполнявшихся в сопровождении свирели, назывался «Цветы мэйхуа опадают».
47
…свирели лазурный нефрит, – Имеется в виду один из видов древней свирели («биюйсяо»). Эта свирель изготовлялась из бирюзово-лазурного бамбука, чем и объясняется сравнение ее с «лазурным нефритом».
– Пойду погляжу, как подогревают вино! – вдруг заявила Ли Вань и поднялась.
Баочай велела Баоцинь продолжать, но тут с места вскочила Сянъюнь и быстро прочла:
В небе драконьяВзвихрена чешуя! [48] Берег безлюдный…Ладья повернула во мгле…Следом за ней прочла Баоцинь:
Плеть у БацяоИ песня верхом на осле! [49] Ватную шубу,Радея за воина, шьет… [50]48
Грусть Черепахи: // В снегах утонула земля… – Здесь, как в предыдущих и последующих строках, иносказания призваны отразить картину обильного снегопада. Черепаха (Ао) – мифический образ. Согласно канону «Лецзы», она держит на своем панцире «земную ось», то есть, по древним поверьям, высокую гору Куньлунь.
49
В небе драконья // Взвихрена чешуя… – Здесь снегопад сравнивается с битвой драконов. В стихотворении сунского поэта Чжан Юаня «Воспеваю снег» есть строки:
Три миллиона яшмовых драконов Сошлись в бою. Когда же бой затих,Все небо чешуя заполонилаИ разлетелись клочья рваных лат!50
Плеть у Бацяо // И песня верхом на осле… – Бацяо – название моста к востоку от танской столицы Чанъани, около которого путники прощались с провожающими их друзьями и близкими. Эта фраза навеяна эпизодом из произведения южносунского литератора Ю Моу (XII в.) «Беседы о поэзии династии Тан»: первый министр двора танского императора Чжао-цзуна (889—907) Чжэн Цян был талантливым стихотворцем. Ему задали вопрос: «Как скоро первый министр создаст новое стихотворение?» Он ответил: «Только тогда, когда я верхом на осле в снег и ветер окажусь возле моста Бацяо, – мысли мои обратятся к поэзии! А иначе возможно ль этого достичь?» В XVII в. писателем Юй Хуаем было создано ставшее популярным сочинение «Записки у моста Бацяо», отличавшееся эротическими мотивами.
Но разве могла Сянъюнь уступить?! Она была находчивее остальных и, гордо выпрямившись, произнесла:
Чтобы послать ееВышедшим в дальний поход.Ямы, холмы —Осторожнее будь, человек!.. [51]Баочай захлопала в ладоши, выражая свое восхищение, и продолжала:
Ветку не тронь,А не то вдруг обрушится снег!В небе же снегТак бесшумно и плавно плывет…51
Ватную шубу, // Радея за воина, шьет… – Танский император Сюань-цзун (847—860) неоднократно выражал беспокойство о воинах, несших тяжелую службу в суровом, холодном приграничном крае; по его распоряжению придворные наложницы и служанки должны были шить для воинов теплые одежды. Один из воинов-пограничников обнаружил в кармане одежды, присланной ему, стихотворение:
Средь равнины песчанойЖизнь в походе тревоги полна,Терпит тяготы воин, —В морозную ночь не до сна.Я своими рукамиСкроила одежду на вате,Будет впору кому-тоИ согреет кого-то она.Мысль одна: чтобы тонкойИ прочной была моя нить,Ваты больше в подкладку —Надо больше ее утеплить.Я скажу о себе:Радость жизни уже за спиною,Но осталась надежда,Что стану по-новому жить!Воин передал стихотворение своему начальнику, а тот переслал самому государю Сюань-цзуну. После расследования обнаружилось, что стихотворение сочинила одна из дворцовых наложниц. Сюань-цзун приказал ей покинуть дворец и выйти замуж за воина, к которому случайно попало это стихотворение. (Эпизод описан в книге «Танская поэзия и отражение в ней действительных фактов» – «Танши цзиши».)
Настала очередь Дайюй, и она прочла:
Стройно, – как будтоИзысканных дев хоровод.Тонок на вкусПолучается чай в снегопад…Умолкла и тихонько толкнула в бок Баоюя. Поглощенный состязанием Баоцинь, Баочай и Дайюй с одной Сянъюнь, Баоюй обо всем забыл и машинально произнес:
Зря о соснеКак о друге зимы говорят [52] .Плащ тростниковый. Ладья.Рыбу удить пора…52
Ямы, холмы – // Осторожнее будь, человек! – Здесь – продолжение темы о сильном снегопаде и, в связи с этим, о бездорожье.
Баоцинь продолжила:
В гуще леснойПрекращается стук топора [53] .Горы в снегу, —Как слоны, окружают меня…Сянъюнь немедля прочла:
И расползаются,Как за змеею змея.Снежных цветовЛепестки укрепил мороз…И снова раздались одобрительные возгласы – находчивость Сянъюнь приводила всех в восхищение.
В игру вступила Таньчунь:
53
Зря о сосне // Как о друге зимы говорят. – Согласно некоторым китайским комментариям, прославление сосны как спутницы зимних холодов несет на себе налет даосской философии. По другой версии, строки обращены к поэту Тао Юаньмину, избравшему образ жизни отшельника и в зимние дни находившего покой под одинокой сосной.
Как раз когда она кончила, Сянъюнь почувствовала жажду и только отпила несколько глотков чая, как ее опередила Сюянь.
Пусто в горах,Только старая плачет сова.Мечется снегПо ступеням – туда и сюда…Не успела умолкнуть Сюянь, как Сянъюнь, поставив на стол чашку, прочла:
Словно плывет,А кругом прудовая вода.Снега сиянье —Как будто рассвет над землей…Дайюй подхватила:
Входит он в ночь,Словно звезд светящихся рой.Доблестный мужИ в мороз не опустит меча…Сянъюнь улыбнулась и продолжала:
Пусть снегопадГосударя развеет печаль! [54] ОкоченевшегоРазве у дома найдут?.. [55]54
Ладья. Рыбу удить пора… // В гуще лесной // Прекращается стук топора. – Строки о рыбаке и о лесорубе в некоторых изданиях романа (например, в издании Чэн И) включают иные образы («лебедь», «отпечатки лап»). По мнению литературоведа Цай Ицзяня, эти строки перекликаются со строками танского поэта Ли Шанъиня:
Одинокая лодка.Старик в тростниковом плаще.Он рыбачит.Вода холодна в снегопад.55
Пусть снегопад // Государя развеет печаль. – См. т. I, коммент. 48.
Следующие строки прочла Баоцинь:
Путник в морозРад, когда предлагают приют [56] .В ткацком станке [57] Нить случайно мы можем порвать…Снова в игру вступила Сянъюнь:
Слезы-жемчужиныВ море легко потерять! [58]Не дав ей окончить, Дайюй прочла:
Снег и печаль.Затаенная дума грустна…56
Окоченевшего // Разве у дома найдут? – Согласно сборнику притчей «Луи чжуань» – «Сказания о разном», однажды – это было при династии Хань – выпал снег. Его слой на земле превышал целый чжан (3,2 м). Людям было трудно выйти из домов. Юань Ань не мог добраться до дверей – все тропы засыпало снегом. Кто-то предположил: раз его нет – он, наверно, умер. Один человек, увидев Юань Аня лежащим на снегу, спросил: «Почему вы не входите в дом?» «Слишком много снега, – ответствовал Юань Ань, – трудно рассчитывать на помощь людей…»
57
Путник в мороз // Рад, когда предлагают приют… – Ван Юаньбао, живший при Танской династии, во время сильных снегопадов приглашал путников, оказавшихся в бедственном положении, помочь ему расчистить снег возле дома и проложить тропу к дверям. Потом Ван Юаньбао угощал помощников в доме вкусной едой и вином. Его гостеприимство получило в народе известность как «встреча, согревающая в мороз».
58
В ткацком станке… – Имеется в виду ткацкий станок небесной Ткачихи (см. т. I, коммент. 293). Нить в станке представляется в виде падающего на землю снега.
Но тут ее перебила Сянъюнь:
Мысль бедняка:Где поесть бы да выпить вина?На этот раз и Баоцинь не растерялась:
Долго для чаяГотовить из льда кипяток…Сянъюнь не дала ей закончить, подумав, что так интересней играть:
И для винаНелегко разжигать огонек… [59]Дайюй улыбнулась и перебила Сянъюнь:
Снежный сугробСгреб метлой престарелый монах…59
Слезы-жемчужины // В море легко потерять… – См. коммент. 223.
Баоцинь тут же продолжила:
И прослезилсяПри песне «О белых снегах» [60] .Захлебываясь от смеха, Сянъюнь что-то пробормотала.
– Что ты сказала? – спросили у нее.
Сянъюнь повторила:
В каменной башнеЖуравль задремал без забот…Дайюй, тоже едва сдерживая смех, прочла:
Кошка к теплуОдеяла добротного льнет.60
И для вина // Нелегко разжигать огонек… – В зимние дни было принято пить подогретое вино.