Чтение онлайн

Если вы не знаете о том, что случилось после этого, прочтите следующую главу.

После того как Цзя Жун убедился, что дома все устроено, он поспешил в кумирню и доложил отцу о выполнении его поручения. Цзя Чжэнь распределил обязанности между родственниками, велел изготовить траурные знамена и флаги и в соответствии с гаданием назначил утро четвертого дня для переноса гроба с телом покойного в город, о чем были оповещены все родные и друзья.

Похоронные регалии были пышными, гостей собралось множество. По пути следования гроба с телом покойника от самой «кумирни Железного порога» до дворца Нинго по обе стороны дороги стояли сотни зевак. Были среди них такие, кто искренне вздыхал и жалел покойного, другие завидовали его богатству, третьи осуждали родственников за то, что те устроили слишком роскошные похороны. Одним словом, можно было услышать самые разнообразные и противоречивые толки.

Лишь после полудня гроб с телом был доставлен во дворец и установлен в главном зале. Покойному оказали все почести и совершили жертвоприношения. После этого родственники разошлись, и возле гроба остались лишь самые близкие, которым было поручено встречать и провожать гостей. Из родственников по женской линии здесь остался только дядюшка Син.

Цзя Чжэнь и Цзя Жун, как полагалось по этикету, сидели перед гробом на подстилке из травы и, когда ложились спать, вместо подушки подкладывали себе под голову камень. Хотя они ревностно соблюдали траур, но в душе досадовали на связанные с ним лишения.

Когда же люди расходились, они, пользуясь свободной минутой, вознаграждали себя, развлекаясь с наложницами.

Бао-юй, тоже облаченный в траур, ежедневно приходил во дворец Нинго и лишь вечером, когда все расходились, возвращался к себе в сад. Фын-цзе из-за болезни не могла каждый день являться во дворец Нинго, но в те дни, когда собирались родные и друзья для совершения жертвоприношений или когда устраивались моления, она, напрягая все силы, приходила и помогала госпоже Ю распоряжаться церемониями.

Дни становились все длиннее. Однажды Цзя Чжэнь после завтрака почувствовал себя утомленным и уснул возле гроба.

Заметив это и воспользовавшись отсутствием гостей, Бао-юй захотел повидаться с Дай-юй и незаметно ушел. Подойдя к воротам «двора Наслаждения розами», он заметил нескольких женщин и девочек-служанок, которые, укрывшись от зноя, дремали на террасе. Бао-юй не захотел их тревожить. Одна только Сы-эр заметила его и подбежала, чтобы откинуть для него занавеску на дверях. Но в это время из комнаты со смехом выбежала Фан-гуань.

Как только Фан-гуань заметила Бао-юя, она отступила назад и, сдерживая улыбку, спросила:

– Зачем вы вернулись? Придержите Цин-вэнь, она хочет меня побить!

В комнате послышался шум, словно что-то рассыпали по полу, и вслед за тем с бранью выскочила Цин-вэнь.

– Ах ты дрянь! Куда бежишь? Проиграла, а не хочешь отдавать. Бао-юя дома нет! Хотела бы я посмотреть, кто за тебя заступится!

Бао-юй быстро выступил вперед и, загородив ей дорогу, сказал:

– Сестрица Цин-вэнь, я не знаю, чем она тебя обидела, но все же прости ее, хотя бы ради меня!

Цин-вэнь не ожидала, что Бао-юй может вернуться в такое время, и, неожиданно столкнувшись с ним, засмеялась:

– Эта Фан-гуань настоящий оборотень! Даже те, кто знает заклинания, не сумели бы так быстро вызвать духа. – Продолжая смеяться, она обратилась к Фан-гуань: – Но даже если ты вызовешь настоящего духа, я тебя не испугаюсь!

Она вырвалась от Бао-юя и хотела схватить Фан-гуань за руку, но та успела спрятаться за спину Бао-юя и крепко вцепилась в него. Бао-юй взял под руку Фан-гуань, другой рукой привлек к себе Цин-вэнь и вошел с ними в комнату. Цю-вэнь, Шэ-юэ, Би-хэнь и Чунь-янь сидели и играли в камешки. Игра шла на тыквенные семечки.

Оказалось, что Фан-гуань проиграла Цин-вэнь, но свой проигрыш не хотела отдавать и выбежала из комнаты. Цин-вэнь погналась за ней, и семечки, которые у нее были за пазухой, рассыпались по полу.

– А я-то боялся, что вам скучно в мое отсутствие и вы после обеда сразу уляжетесь спать! – воскликнул Бао-юй. – Вот и хорошо, что вы нашли себе развлечение!

Не видя среди играющих Си-жэнь, он удивленно спросил:

– Где же ваша сестра Си-жэнь?

– Си-жэнь? – переспросила Цин-вэнь. – Она решила стать святой и сидит во внутренней комнате, обратившись лицом к стене. Мы давно не входили к ней и не знаем, что она делает, но по крайней мере оттуда не слышно ни звука. Поглядите – может, она уже прозрела!

Бао-юй громко рассмеялся и направился во внутреннюю комнату. Си-жэнь действительно сидела на кровати около окна и, держа в руках пепельного цвета шнур, завязывала на нем узелки. При появлении Бао-юя она торопливо встала и сказала:

– Что там на меня клевещет негодница Цин-вэнь? Мне уже давно нужно было закончить этот чехол, и поэтому я решила их обмануть. «Идите играйте, – сказала я им. – Пока второго господина нет, я хочу немного отдохнуть». А она наплела на меня, будто я занялась созерцанием, хочу «прозреть» и тому подобное. Ох, вырву я ей язык!

Бао-юй, улыбаясь, присел возле Си-жэнь и стал следить за тем, как она завязывает узелки.

– Дни сейчас длинные, еще успеешь закончить. Поиграла бы немного с ними или прилегла отдохнуть, – сказал он. – А если хочешь, можешь пойти к сестрице Линь Дай-юй. Зачем ты трудишься в такую жару?

– Этот черный чехол предназначался для того, чтобы ты его летом иногда брал с собой, если бы пришлось пойти на похороны к знакомым или дальним родственникам, поэтому другого тебе и не нужно было делать, – ответила Си-жэнь. – Сейчас же, поскольку печальное событие произошло во дворце Нинго, тебе чехол нужен каждый день, и я решила поскорее сделать новый. Как только я закончу вязать узелки, ты его возьмешь! Может быть, ты не обращаешь внимания на такие мелочи, но если твоя бабушка заметит, опять она скажет, что мы отлыниваем от работы и не следим за твоими вещами.

– Спасибо, что ты об этом вспомнила, – поблагодарил ее Бао-юй. – Но только не нужно слишком торопиться, при такой жаре ты можешь переутомиться, и с тобой случится удар.

В это время Фан-гуань принесла чашку охлажденного чая. Бао-юй, обладавший слабым здоровьем, даже в самые жаркие дни не пользовался льдом. Для него набирали воду из колодца, наливали ее в таз, а туда ставили чайник. Воду часто меняли, чтобы чай поскорее остывал. Бао-юй выпил полчашки чая из рук Фан-гуань и, улыбаясь, сказал Си-жэнь:

– Идя сюда, я предупредил Бэй-мина, чтобы он немедленно сообщил мне, если к старшему брату Цзя Чжэню приедут какие-нибудь знатные гости. Если же ничего особенного во дворце Нинго не случится, я сегодня больше туда не пойду!

С этими словами он встал и направился к выходу, бросив на ходу Би-хэнь:

– Если я понадоблюсь, ищите меня у барышни Линь Дай-юй.

Затем он зашагал прямо в направлении «павильона реки Сяосян». Достигнув «моста Струящихся ароматов», он встретил Сюэ-янь в сопровождении нескольких пожилых женщин, которые несли корзинки, наполненные фруктами, тыквами, водяными орехами и корнями лотоса.