Чтение онлайн

Как ей удалось пережить это собрание, Маккензи не знала. Особенно нелегко ей пришлось, когда Данте заявил, что она оставит должность менеджера и будет помогать ему оценивать рентабельность отеля. Взгляды сотрудников тут же устремились к ней.

О чем они подумали? Маккензи не сомневалась, что поползут слухи. Официантка в ресторане слышала последнюю часть их разговора, уборщица в коридоре наверняка удивилась, почему они кричали друг на друга. Кроме того, ее всегда безупречно уложенные волосы сегодня были небрежно подколоты на затылке. Она читала вопросы в глазах служащих и чувствовала, как ее щеки заливает краска.

Но затем Данте сообщил, что до принятия им окончательного решения все будет как прежде, и их внимание переключилось на него, а любопытство сменилось чувством облегчения. Их рабочие места сохранены, по крайней мере на какое-то время, и они успокоились. Маккензи была почти рада, что сделала такой выбор.

Почти.

До тех пор, пока кто-то не спросил, сколько времени ему понадобится, чтобы принять окончательное решение. Его ответ «неделя, может, две» показал ей, как мало у нее шансов убедить его в ценности отеля. В течение двух недель он будет ею пользоваться, а затем избавится от нее, как от ненужной вещи.

— Собирай чемодан, — сказал ей он, когда совещание закончилось и служащие вернулись к своим обязанностям. Его глаза были похожи на бездонные темные омуты страсти, и ее бросило в жар.

— Зачем?

— Мы уезжаем. После ленча.

— Но ты ничего не сказал о…

— У меня крупный бизнес, и это означает, что мне приходится много ездить.

В то время как ты можешь быть моей любовницей где угодно.

Непроизнесенные слова повисли между ними в воздухе. На Маккензи они подействовали как пощечина. Он ясно дал ей понять, что относится к ней как к шлюхе, но разве она могла жаловаться, когда сама своим поведением даже не попыталась изменить его мнение о ней?

— И куда мы едем?

— Сначала в Мельбурн, затем в Окленд. Мне нужно срочно закончить одно дело.

Если он пытался произвести на нее впечатление своей занятостью, это не сработало.

— Полагаю, мы должны быть польщены тем, что ты нашел время, чтобы сюда приехать.

Он смерил ее взглядом. Глаза, в которых только что горел огонь желания, стали вдруг холодными и безжизненными. Затаившаяся в них боль была почти осязаема.

— Я еду по личному делу. — Он закрыл глаза, а когда снова их открыл, все, что она увидела в них до этого, исчезло. Она могла бы подумать, что ей все померещилось, если бы холодный невидящий взгляд не потряс ее до глубины души.

Данте достал из бумажника визитку.

— Позвони моей помощнице и сообщи ей все подробности собрания. — Он помедлил. — У тебя есть паспорт?

Маккензи позволила себе улыбнуться, но тут же об этом пожалела. Зачем лишний раз его провоцировать?

— Разве без него я смогла бы тебя сопровождать в качестве любовницы?

Его глаза снова стали холодными.

— Только не надо вести себя так, будто ты не получила никакой выгоды от нашей сделки. Мы уезжаем в два. Будь готова.

Затем он резко повернулся и направился к двери.

— Разве у меня есть выбор? — бросила она ему вслед.

Данте оглянулся через плечо.

— Нет.

Когда Маккензи свернула на подъездную аллею, туман уже начал рассеиваться, и сквозь него кое-где стали видны лоскутки голубого неба. Впереди показались очертания старого каменного дома. Заехав в гараж, переоборудованный из конюшни, она посмотрела на часы. У нее еще есть время, чтобы заглянуть к соседке, миссис Гепп, и попросить присмотреть за ее кошкой Мисти, позвонить родителям и собрать вещи.

Внезапно осознав, что происходит, потрясенная Маккензи опустила голову на руль. В течение последних двадцати четырех часов она переспала со своим новым боссом, узнала, что ее любимый отель будет разрушен, потеряла работу и согласилась на унизительную роль любовницы.

Господи, что с ней творится? Несмотря на то, что ей хотелось нажать на педаль газа и уехать подальше отсюда, Маккензи заставила себя вылезти из машины. Она согласилась на эту сделку, и назад дороги уже нет. Разве могла она отказаться от единственной возможности спасти отель?

Поэтому ей пришлось взять себя в руки и заняться подготовкой к поездке.

Проще всего, оказалось, договориться с соседкой насчет кошки, гораздо труднее — солгать родителям, что она едет в командировку. Но сказать им всю правду она тоже не могла. Они поженились в «Эштон Хаусе» и вместе с друзьями отмечали каждую годовщину в ресторане отеля. С ним у них было связано много счастливых воспоминаний.

— Вопрос еще открыт, — сказала Маккензи, когда мать спросила ее о планах нового владельца отеля. — Возможно, скоро у нас будут новости. — Она скрестила пальцы, надеясь, что это правда.

Теперь ей осталось только собрать вещи. Раскрыв шкаф, она уставилась внутрь.

— Что носят любовницы? — спросила она у Мисти, которая терлась о ее ноги. Что бы они ни носили, большая часть ее гардероба явно не годилась. Поэтому ей пришлось удовольствоваться двумя парами брюк, несколькими топами и платьем, расшитым черными бусинами, которое она надевала последний раз несколько лет назад. Положив все это на диван, она вернулась за обувью, нижним бельем и аксессуарами. Вопреки всякой логике, она упаковала толстую фланелевую пижаму. По крайней мере, в такой одежде она будет чувствовать себя уютнее.

Переодевшись в черные брюки и мягкий вязаный топ, Маккензи сложила в маленький чемодан свой скромный гардероб любовницы.

Вдруг она услышала шорох гравия на подъездной аллее. Мисти вопросительно посмотрела на нее, прищурив глаз.

— Не спрашивай, — бросила она кошке, когда хлопнула дверца автомобиля. Но сердце подсказало ей, что это Данте, прежде чем она увидела на пороге его высокую широкоплечую фигуру.

Его лицо было мрачным, а глаза так сверкали от гнева, что у нее перехватило дыхание.

— Мне сказали, что ты уехала. — Это прозвучало как обвинение, но все же Маккензи не могла не ощутить сексуальную притягательность этого мужчины. Его близость опьяняла, воспоминания о прошлой ночи обволакивали ее подобно туману. Черт бы его побрал!

— Да, я уехала из отеля, и что? — раздраженно выпалила девушка, направляясь в кухню. Там она достала из холодильника банку кошачьего корма и, наклонившись, погладила вертевшуюся под ногами Мисти.

Поднявшись и обернувшись, Маккензи наткнулась на Данте. Ее сердце билось так громко, что она не слышала его шагов.