Чтение онлайн

– Ты сводишь меня с ума, – шептал Бренд, покрывая жадными прикосновениями ее волосы, лицо и пытался стянуть платье с ее плеч. Разозлившись на неподатливую одежду он просто разорвал ее и впился жадным поцелуем в обнажившееся плечо.

У короля было множество любовниц, но в действительности он жаждал только свою королеву. Она пробуждала в нем страсть не только и не столько своей красотой, сколько силой своего ума. Слушая то, как она парирует речи придворных дам, он каждый раз словно заново узнавал ее, восхищался ей.

Бренд прижал ее к столику с зеркалом, на пол полетели ее флаконы и баночки, разбилась зеркальная шкатулка.

Зурада затрясло. Он стоял за легкой тонкой дверью гардеробной, зажав виски руками и зажмурив глаза. Он любил свою королеву, именно королеву, а не женщину. Она была для него своего рода идеалом, богиней, целомудренной, неприкосновенной, сильной и хрупкой, безупречной. И теперь он видел, как его идеал осквернялся. Бренд действовал напористо, резко и Зурада угнетало это. Конечно он прекрасно понимал, что близость между королем и королевой случалась и не редко. Но это словно было не с его королевой, не с той что говорила с ним и не с той, к которой он прикасался, а с какой-то другой. А теперь он увидел всё своими глазами. И ему хотелось биться головой о каменный пол, лишь бы не знать этого.

Зурад открыл глаза и увидел, что на короле остались только брюки, платье королевы съехало на бок и руки Бренда бродили под юбкой по ее ногами. Губы их покраснели от непрерывного и страстного слияния. Мина резко толкнула его на кровать. Зурад снова хотел закрыть глаза и попытаться тихо уйти вглубь гардеробной. Но неожиданно произошло что-то странное. Король медленно расслабился, откинулся на подушки и закрыл глаза.

Арамина долго посмотрела ему в лицо, быстро поднялась с кровати и распахнула окно. Разбившиеся флаконы духов и косметики источал удушливый, концентрированный запах. Она распахнула ещё одно окно, принесла из ванной полотенца и накрыла ими осколки. Зурад наблюдал за ней, сам не понимая зачем делает это. Он никогда ни за кем не подсматривал, считая это ниже своего достоинства. Но то, что произошло с королем, вызывало в нем любопытство. Зурад пришёл к одну единственному выводу, казавшемуся ему самым логичным – король был пьян и просто уснул. Прислужник чувствовал, что отдал бы все на свете, чтобы только отойти, и, одновременно, он чувствовал, что каждая секунда гвоздем прибивает его к легкой двери. Он хотел закрыть глаза, но словно чья-то невидимая рука не позволяла ему этого сделать.

Арамина села перед зеркалом и молча глядя на своё отражение, провела пальцем по припухшим от жадных поцелуев, губам. А потом задумчиво опустила голову и замерла.

Словно очнувшись от раздумий, через некоторое время, она взяла салфетку и провела по своей шее, словно стирая следы жадных поцелуев короля.

«Жить оглядываясь, в прошлое, вздыхая по нему – это удел тех, кто не способен любить Мир…» – тихо прошептала она, глядя в отражение своих собственных глаз.

Она тряхнула головой, отгоняя от себя все мысли. Достала из ящика ножницы, дорезала до конца разорванное платье, сняла и бросила его сверху на полотенца. Боди, идеально сливающийся с ее кожей, тоже оказался порван. Она сняла и его и бросила на пол, снова сев у зеркала.

Когда Мина сняла платье, Зурад хотел отвернуться, закрыть глаза, не смотреть. Но не смог этого сделать. Он как заворожённый наблюдал за королевой, узрев в ней помимо всего, прекрасную женщину. Она была идеально сложена, на фоне красно-рыжих волос, кожа казалась фарфоровой, небольшая красивая грудь, длинные ноги и сильное, крепкое, подтянутое тело. Женщины Притака были низкими и слегка полноватыми, даже самые стройные из них, все равно отличались округлыми формами и Арамина на их фоне всегда казалась очень тонкой. Но теперь прислужник видел, что ее тело было полно силы и гибкости, как у кошки. Под светлой кожей четко виднелись очертания мышц.

Зурад заметил родинку чуть ниже лопаток. И от ее вида у него закружилась голова. Он испытал безумное, жгучее, ни с чем не сравнимое желание прикоснуться к этой самой родинке, сцеловать ее губами.

Он никогда не смотрел на неё. Даже когда помогал ей принимать ванну, он никогда не видел ее выше изящных стоп. А теперь он узрел в королеве женщину и неожиданно для самого себя, понял короля. Невозможно было не хотеть овладеть ею, особенно зная, что ты можешь это сделать.

Всё мужское существо восстало в нем. Он боялся прикоснуться к себе, боялся что он просто взорвется от желания. Такое с ним происходило впервые. Его пугало собственное чувство. Зурад хотел не просто близости, не просто женщину, он возжаждал саму королеву.

У него начала кружится голова, он задыхался, на лбу выступили капли пота.

Арамина поднялась и отправилась в ванну. Каждое ее движение было наполнено грацией, сознание собственной силы и красоты. Оно исходило из самых ее глубин. Зурад, глядя на неё, понимал Бренда, понимал почему он был так жаден и страстен с ней, почему женился, наперекор всем, почему из всех возможных вариантов, он выбрал никому неизвестную иноземку. Король, тем временем, судя по всему крепко спал.

Когда из ванной комнаты послышался шум воды и плеск, Зурад решил воспользоваться моментом и уйти из покоев королевы. Он осторожно покинул гардеробную и ни кем не замеченный вышел через чёрный ход. И что было сил он пустился бежать на кухню.

Влетев в столовую для слуг, он подскочил к раковине и плеснул себе в лицо холодной водой. Но легче ему от этого не стало. Его трясло как в лихорадке, накал страсти и желания совсем не желал спадать, перед его мысленным взором все ещё стоял образ абсолютно обнаженной королевы и маленькой родинки чуть ниже лопатки.

– С тобой всё в порядке? – долетел до него озабоченный голос.

От неожиданности Зурад вздрогнул, стукнулся коленом и резко развернулся спиной к раковине. Чуть в стороне стояла молодая, полноватая кухарка. На ее миловидном лице было озабоченное, участливое выражение.

– Да… всё нормально… – сбивчиво ответил он, низким хриплым голос. Он глубоко дышал, пытаясь выровнять дыхание, но удавалось ему это слабо. Взгляд кухарки скользнул по его фигуре и обнаружив причину его состояния, она понимающе улыбнулась. Зурад запоздало понял, что его брюки совсем не скрывают его восставшую плоть, а как раз даже наоборот. Он хотел было просто молча уйти, но кухарка вновь заговорила.

– Я могу тебе помочь, – улыбнулась она и сделала несколько коротких шагов в его сторону, – Я уже так давно одна…

Зурад поймал ее взгляд и прочитав в нем любопытство и желание, резко сделал в ее сторону несколько шагов. Отбросив все сомнения, он быстро преодолел то небольшое расстояние что их разделяло. Развернув ее к себе спиной, он повалил ее на стол, забросил юбку наверх и расстегнув свои брюки, без предисловий и нежностей вошёл в неё. Она дернулась и сдавленно вскрикнула, Зурад поморщился от неприятного ощущения, но не остановился, а напротив, резко задвигался в ней. Его возбуждение, его желание было таким сильным, что ему понадобилось меньше минуты чтобы всё закончилось. У него подкосились ноги и он упал на пол, уперевшись спиной в кухонный шкаф. Его все ещё продолжало трясти, но безумное, дикое желание резко схлынуло, частично лишив его сил.

Кухарка поднялась, оправила свой наряд, волосы, стряхнула крошки с передника и спросила, как ни в чем не бывало:

– Кто тебя довёл до такого состояния? – Зурад в ответ лишь покачал головой. Он не мог объяснить ей, что узрел самую прекрасную, совершенную женщину и был теперь, до конца дней своих, обречён жаждать ее и не иметь возможности овладеть, – Пойдём со мной! – позвала она его.

– Куда? – бессмысленно спросил он.

– Как куда? Я помогла тебе, теперь ты помоги мне.

И она повела его узкой лестницей вниз, туда где жили слуги работающие на кухне. И толстые стены замка никому не донесли стонов полноватой кухарки, когда Зурад раз за разом овладевал ею, в слепой попытке хоть немного удовлетворить своё желание.