Чтение онлайн

В ухо еще раз оглушительно чихнули.

– - Прости еще раз, и приходи конечно. Я как всегда все испортила...
– - в голосе подруги звучала неподдельная горечь. Машка собиралась ехать со своим другом Денисом, а теперь все накрылось.

В трубке хлюпнуло носом.

– - Да ладно Маш, не переживай, ты давай поправляйся быстрей, сходим потом на озеро порисовать. Ладно, пока! 

Лина выключила телефон. 

Вот так. 

Кажется, пироги и какао сегодня сбудутся. Домой сразу почему-то идти расхотелось. Странное дело, когда она была уверена, что уезжает, ужасно хотелось, а вот теперь наоборот. 

Да, жаль, этюдника нет, а то бы рванула сейчас на пруд, там пару набросков сделала.... Ну да ладно, значит не судьба сегодня. 

Сказать, что расстроилась, она не могла, но и радости особенной не испытывала. Просто, когда долго к чему-то готовишься - настраиваешься, уже почти представляешь себя на месте, продумываешь детали. А тут раз...и нет тебя на берегу ультрамариновой реки с золотым лесом. И накатывает раздражение: "Вот дура, уже этюды свои на стены развесила, которых даже еще не написала. И зачем, спрашивается, собиралась, вещи по десять раз перекладывала, еды с собой набрала...".

Но одно Лин знала точно: мама будет счастлива, что она никуда не поехала.

Ладно, чего рассиживаться, надо домой идти, а то скоро стемнеет уже. Еще полчаса, и в окнах начнут загораться первые лампочки.

Лина направилась к дому. По дороге она решила сначала зайти в магазин, но потом раздумала, надо было сделать лишний круг вокруг дома, да еще с тяжелым рюкзаком, "Зайду позднее, - подумала она, - он до десяти работает".

Лина почти дошла до арки. Внутри было темно, а на фоне более светлого проема, в котором уже виднелся ее двор, увидела, что там маячили три подозрительные личности. Лина сбавила шаг, огляделась -- как назло, пешеходов не было, улица была пуста. И во дворе никого, только припаркованные машины и пустые лавочки, даже вездесущих бабулек нет.

"Вымерли что ли все?" -- с досадой подумала она. Лин еще раз огляделась и медленным шагом двинулась вперед. Незнакомцы не уходили, словно ждали кого то. 

"А может, и правда друга ждут или подъезд ищут?" Но на душе было тревожно, "Может лучше все-таки вокруг обойти, заодно и в магазин заскочу...". Она посмотрела в сторону тех десяти подъездов, что ей придется преодолеть с тяжеленным рюкзаком, и, оглядевшись еще раз, все-таки шагнула в тень арки.

Пройдя до половины, она было, подумала, что зря волновалась, как вдруг три силуэта отделившись от темной стены, медленно поплыли к ней. Лин замерла. "Может, просто совпадение...", подумала она, в общем-то, уже не веря, что это так. Голос разума подсказывал: "Беги! Спасайся! Кричи, привлекай к себе внимание! Делай что угодно, но только не стой на месте!" 

Наконец, обретя способность двигаться, она начала медленно пятиться назад, но неожиданно натолкнулась на кого-то спиной. Сначала она, было, обрадовалась и хотела попросить защиты, но разглядев ухмыляющуюся щербатую рожу, прикусила язык. Лин развернулась обратно - вперед, но еще трое, уже перекрыли все пути к отступлению. Мысли метались, как мотыльки, попавшие в лампу. 

– - А кто это у нас тут такой сладенький?-- неожиданно высоким фальцетом сказал тот, на которого она налетела. В голове у Лины промелькнула дурная, не к месту мысль, что видимо, этот человек потому и стал преступником, чтобы компенсировать такой недостаток.

Они обступили со всех сторон, и ей ничего не оставалось, как вжаться в стену. Девушка зажмурила глаза, ей хотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть, испариться, лишь бы не быть здесь, с четырьмя уродами, от которых не приходится ждать ничего хорошего. Тем более, что они явно давали понять, чего именно от нее хотят. Лина все-таки решила позвать на помощь. Она набрала побольше воздуха в легкие, чтобы крикнуть, но сделать этого не успела, так как крайний слева, словно прочитав ее мысли, тихо сказал:

– - Пикнешь, сдохнешь сразу...
– - он немного сменил положение, и в слабом вечернем свете блеснула сталь, -- Давай телефон, деньги, украшения и побыстрей, а потом посмотрим, может у тебя и еще что сыщется...

"Щербатый" гадко хохотнул, что больше походило на хрюканье. И не дождавшись, пока она достанет телефон и деньги, начал сам ощупывать ее карманы. Кто-то, а это был скорей всего "Щербатый", стал сдергивать ее рюкзак с плеч. Лин стояла, словно оцепеневшая, нервно вцепившись в лямки рюкзака обеими руками. 

"Это не со мной, этого не может быть, это не со мной..." -- повторяла она по себя. Силы и воля, разом покинули ее. Ноги стали ватные, и она непременно упала бы, если бы не опиралась на стену. Сквозь шум и звон в ушах Лина чувствовала, как ее трясут и пытаются снять рюкзак. Она так сильно зажмурила глаза, что под веками поплыли цветные круги. Поняла, что кто-то лезет под курточку, теребит замок джинсов... И тут ее наконец прорвало.

– - А-а-а-а-а! ...
– - закричала Лин. Но на самом деле, это ей только так показалось. Голос подвел, и вышло тихо и жалобно. Лина пыталась отбиваться, но спокойный, холодный, как сталь голос, опять тихо сказал: "Не пищи, все путем..." Лин открывала и закрывала рот, как рыба, выброшенная на берег. Пыталась отстранить от себя чужие, заскорузлые руки. Время, казалось, тянется бесконечно долго, хотя прошло всего несколько секунд. "Щербатый" до сих пор пытался снять с нее рюкзак, наивно полагая, что раз он такой тяжелый, то там находятся все сокровища мира. Он пребольно тряхнул ее, пытаясь отодрать от ноши, и Лин сильно ударилась затылком о стену. В глазах потемнело, и Лина подумала, что быстрей бы все уже закончилось, а еще лучше, оказаться отсюда как можно дальше...

Вдруг, уши заложило, как от высоты. И почему то вспомнился серпантин дороги в горах на юге. Ей даже показалось, что она чувствует запах моря. Сознание, уже не в силах воспринимать весь ужас происходящего, начало покидать Лин. Последнее, что она подумала было: "Все, кажется, меня убили... наконец-то я увижу папу...". Разум милосердно отпустил ее, и девушка отключилась...

КЕЙТ (Мир Дэи. события семилетней давности)

Старая повозка с открытым верхом, трясясь и подпрыгивая на каждой кочке, медленно тащилась по разбитой лесной дороге.

Возница -- пьяный человек неопределенного возраста, с рябым лицом, заросшим до глаз щетиной, в засаленной белой рубахе и матерчатых штанах - ругался на вяло бредущую серо-пегую лошадь. Кнут то и дело взвивался вверх, после чего со свистом обрушивался на спину несчастного животного. Но это слабо помогало. Именно поэтому поток отборной брани почти не прекращался, прерываясь лишь тогда, когда побитая стеклянная фляга оказывалась у мужчины в руках. Он делал один большой глоток, передергивался и отправлял флягу обратно в глубокий карман длинного кожаного жилета.

В повозке лежал на сене, запрокинув руки за голову, еще один мужчина. Он был намного моложе того, что на козлах. Однако, чем-то они были похожи.

Худой, узколицый, с карими, глубоко посажеными под сизыми бровями глазами и с серыми пропыленными волосами, скатанными в сосульки. Одет он был так же неряшливо, как и его спутник. В грязную, неопределенного цвета рубаху и черные кожаные штаны. С босыми ногами, а разбитые временем сапоги лежали рядом. Немытой, заскорузлой пяткой он изредка почесывал колено и жевал соломинку, не спеша перекидывая ее из одного угла рта в другой.