Чтение онлайн

Ночь, казалось, стала ещё темнее, чем раньше, в воздухе плавал густой туман. Видимость не превышала и десятка метров. Но вот сквозь стволы деревьев и листву Алан разглядел несколько далёких пятнышек света. Заправочная станция! Значит, он таки сумел придерживаться изначального курса. Огни бензоколонки призывно горели во тьме, придавая сил. Но радоваться пришлось недолго – в ночной тишине прохрипел голос, который он ни с чем не спутает.

– Пол делает лучшие хот-доги во всём штате! Его фирменный «зверюга» – мой самый любимый!

Алан почувствовал, как по его спине снизу вверх поползли холодные мурашки. Выходит, Стаки не только выжил, но и всё это время преследовал его от самой лесозаготовки. Хуже всего было то, что голос шёл спереди – выходит путь к заправке отрезан. Но возвращаться назад тоже плохая идея.

– А вот салаты не по мне. Я ведь мужик – мне мяса подавай, да побольше! – Карл Стаки показался из-за дерева, не переставая громко бредить случайными фразами. В руках он сжимал всё тот же окровавленный топор, который в прошлую их встречу едва не познакомился с содержимым черепа Алана. Дрожащими от нахлынувшего всплеска адреналина руками, Алан вынул из кармана оружие и взвёл курок.

– Ещё шаг – и я буду стрелять!

Как и следовало ожидать, попытки воззвать к разуму Стаки не возымели никакого эффекта. Он вообще не выглядел сколько-либо разумным. Выстрел расколол ночную тишину и оглушительным эхом отдался в ушах. Один, затем второй. Стаки продолжал наступать, словно пули не причинили ему никакого ощутимого вреда. Алана охватил ужас. Не в силах двинуться, он сжал фонарик так сильно, будто тот был способен защитить его, не дать нападающей неуязвимой твари подойти ближе. Вдруг что-то произошло, и свет стал ярче – намного ярче. Ослеплённый лучом, Стаки отшатнулся, закрыл лицо, чёрные тени начали шипеть и испаряться отовсюду с его тела. Это продлилось недолго – через пару десятков секунд он медленным тяжелым шагом вновь стал приближаться, занося топор для удара. Алан вскинул руку с револьвером. Первый выстрел заставил нападающего согнуться пополам, от второго… это казалось невероятным, но от второго выстрела его тело поднялось в воздух, на миг замерло, заискрилось… и растворилось в пространстве, не оставив после себя абсолютно ничего. Шокированный, Алан ещё минуту или две изумлённо смотрел на то место, где должен был остаться труп Стаки, но видел перед собой лишь следы ног на примятой траве. Сбоку послышался шелест. Видимо привлечённые шумом выстрелов, к нему приближались двое мужчин в рабочих комбинезонах и касках. Их лица и фигуры также искажали тени и они наперебой жуткими голосами выкрикивали фразы, что-то о технике безопасности во время ремонта. Алан, быстро усвоивший урок, направил фонарик в их сторону, сосредоточившись на его свете. Когда луч выжег тьму, он прицелился и начал стрелять. Первая пуля ушла мимо, вторая попала в одного из одержимых. Оба продолжали двигаться. Алан вдруг понял, что израсходовал все шесть патронов. Оставалось попробовать последний вариант. Он вынул из кармана куртки сигнальный пистолет, дождался момента, когда противники двигались близко друг к другу и нажал на спуск. Эффект превзошел самые смелые ожидания – заряд, явно модифицированный, при попадании в тело врага взорвался ярчайшей вспышкой, словно белый фейерверк. Оба одержимых мгновенно растаяли во тьме. От них остались лишь кошмары на всю оставшуюся жизнь, конечно при условии, что ему удастся выбраться живым из этой передряги. Голова гудела, как церковный колокол, в ушах до сих пор шумело. Прежде Алану доводилось стрелять только в тире, когда он собирал материал и вдохновение для написания очередного романа о детективе Алексе Кейси. Теперь же всё было взаправду, ему пришлось спасаться от убийц и самому убить несколько человек… Такое впечатление, что он очутился в гуще событий какого-то фильма ужасов, и неизвестный сценарист явно не жалел его чувства.

Заправочная станция оказалась совсем близко, пять минут быстрой ходьбы и Алан уже видел перед собой заднюю стену здания, обшитую светло-серым сайдингом. После того ужаса, который он испытал в темноте, хорошо освещённое строение успокаивало. Нормальный мир снова вступил в свои права, безумие осталось позади. Возле бензоколонки стоял грузовик с оленем в кузове, тот самый, что они с Элис видели, когда стояли на пароме. Цветной баннер на борту сообщал, что до Фестиваля Оленя оставалось семь дней. "Семь дней! А ведь мы приехали за две недели до городского праздника. Выходит, я целую неделю где-то пропадал". Алан шагнул внутрь гаража. Внутри царил полный разгром, словно там недавно произошла серьёзная драка. Кругом валялись автомобильные шины, канистры, инструменты, картонные ящики, осколки стекла и ещё куча всякой всячины. Через открытую дверь он перешёл в небольшой магазинчик, совмещённый с гаражом и бензоколонкой. Там тоже никого не было. На стене висел плакат с расписанием праздничных событий фестиваля: парад, лотереи, соревнования рыбаков, конкурс пирогов, живая музыка, поход детей к Кривозубому Чарли. У кассы стоял стационарный телефон. Алан снял трубку. "Только бы опять ничего не случилось. Только бы дозвониться". На этот раз ему ответил женский голос.

– Шериф Брайт Фоллс, слушаю вас.

Проблесковые маячки полицейского автомобиля, многократно отражаясь в стеклянных витринах, подсвечивали заправочную станцию синим и красным светом,. Окрашенный в чёрное с белым «Шевроле Импала» был родом из далёких 80-х, что позволяло сделать неутешительные выводы о экономическом положении местных органов правопорядка. Из него вышла темноволосая женщина лет примерно тридцати пяти. На её форменной тёмно-зеленой куртке Алан разглядел крупный значок в виде звезды.

– О, шериф, слава богу! Мне нужна ваша помощь.

– Шериф Сара Брейкер. – представилась она, всё еще держа руку на кобуре пистолета – А вы?..

– Я Алан Уэйк. Послушайте, я попал в аварию. Элис, моя жена… она исчезла.

– Ясно. Постарайтесь успокоиться мистер Уэйк.

Шериф Брейкер представляла собой настоящее воплощение серьёзности, силы воли и уверенности в себе. Она была не особо крупного телосложения, но в её осанке и манере поведения угадывалось, что эта женщина способна без труда усмирить пару здоровенных местных лбов, для которых мордобой после субботней попойки являлся не чрезвычайным происшествием, а всего лишь видом спорта.

– Неделю назад мы остановились в домике на острове, на озере Колдрон. А потом она просто куда-то пропала.

– Вам стоит для начала показаться врачу, мистер Уэйк. У вас кровь на виске, похоже вы сильно ушибли голову.

– Со мной всё в порядке, шериф. Прошу вас, найдите мою жену. Уже прошло много времени с тех пор…

– Нет, судя по вашим словам, вы далеко не в порядке. Потому что на озере Колдрон нет никакого острова.

– Прошу вас… я могу показать, где это!

Шериф внимательно посмотрела на Алана проницательным взглядом и глубоко вздохнула.

– Ладно. Давайте так: сейчас мы с вами поедем на озеро, а потом отправимся в участок, хорошо? Скажите, мистер Уэйк, вы случайно не видели Карла Стаки, хозяина этого места?

"Нельзя говорить ей правду. Она решит, что я лжец или сумасшедший и попросту закроет меня в камеру. И не станет помогать разыскивать Элис". Алан отрицательно покачал головой.

Всю дорогу до озера они ехали молча. Лишь время от времени Сара Брейкер обеспокоенно косилась на Алана, который просто сидел неподвижно, глядя вперёд на дорогу. Близился рассвет, небо становилось малиново-багряным, понемногу рассеивая ночной сумрак. Невзирая на выпавшую из памяти неделю, предыдущие события он помнил хорошо, и даже узнавал некоторые особенности местности. Ещё пара поворотов – и они окажутся на месте. Так и вышло. Шериф остановила автомобиль, немного не доезжая до обрыва, чтобы оставалось место для удобного разворота. Алан подбежал к деревянным перилам и посмотрел вниз. Ему пришлось ухватиться за поручень, чтобы не свалиться на землю – почва ушла из-под ног, перед глазами потемнело. Справившись с первоначальным шоком, он ещё раз взглянул на то место, где стоял остров Ныряльщика. Нет, ошибки быть не может: вот столбик с табличкой «Частная территория», вот тропинка, ниже виднелась грубо сколоченная арка с табличкой на цепях. Но ни дома, ни самого острова не было – деревянный мост обрывался подгнившими сломанными досками менее, чем на середине, его остатки тоскливо нависали над водной гладью. Алан растерянно обернулся и встретил сочувственный взгляд шерифа Брейкер.

– Но… как..? – едва выдавил он из себя.

– Остров ушёл под воду во время извержения вулкана. Это случилось сорок лет назад. Вы никак не могли поселиться здесь на прошлой неделе… Мистер Уэйк, вам нехорошо? Помочь вам дойти до автомобиля?

– Милая, я дома!

Алан закрыл входную дверь и поставил пакет с продуктами на шкафчик в прихожей. Как и обычно по вечерам, свет в квартире был включён почти во всех комнатах.

– Я здесь! – помахала ему Элис из своей комнаты, где она сидя за компьютером, колдовала над снимками.

Временами на неё снисходило вдохновение, и тогда творческий процесс мог продолжаться чуть ли не до самого утра. Но сегодня это было весьма кстати, поскольку издательство ожидало дизайн обложки, которым, собственно, Элис и занималась.

– Как добрался?

– Хуже погоды и не припомню. Там бушует настоящая метель.

– Тебе стоит выпить чашечку горячего кофе, чтобы согреться.

Алан подошёл к Элис, обняв её сзади за плечи. Она слегка повернула к нему голову и улыбнулась.

– Привет, красавчик. Впереди длинная ночь, зато снимки выходят просто отличные.

– Ну в таком случае, думаю, тебе и самой понадобится не одна порция кофе.

– Да. Завари мне пару ведёрок. – рассмеялась Элис.

– Будет сделано. – подыграл Алан.

Пройдя на кухню, он положил купленные продукты в холодильник и включил кофеварку. Потом постоял несколько минут, задумчиво разглядывая висящую над обеденным столом большую чёрно-белую фотографию одной из нью-йоркских центральных улиц. Такими фотокартинами с изображением дневных и ночных панорам города Элис украсила большинство стен в доме, за исключением его рабочего кабинета. Она пообещала, что скоро сделает для него какое-нибудь особенное фото, и предложила пока что «заполнить эстетическую пустоту» цветами. Вот уж нет, спасибо. Алан был совсем не против ваз с её любимыми декоративными подсолнухами, стоявших в гостиной и кухне, но только не там, где он пишет свои триллеры. Он бы скорее съел эти цветы вместе со стеблями, чем позволил бы им стоять у себя в кабинете. Хотя жене не стал этого говорить, а лишь сказал, что лучше подождёт её уникальный снимок.