Чтение онлайн

Через пару сотен шагов мы оказались под тенью его шатра. Оценив обстановку, подметил, что даже в походных условиях патриарх не отказывает себе в необязательных удобствах. Резные деревянные стулья, полноразмерный письменный стол и масштабная карта империи на которой шахматными были обозначены другие легионы Ордена.

— Репутация вещь эфемерная, — заходя издалека начал Патриарх. — Молва и слухи бесценны как пыль под ногами или вера в плечо союзника.

— Патриарх, я и мои друзья — хорошие воины, но не философы. Не хочу вас оскорбить, но давайте сразу перейдём к нашей проблеме.

— Что ж, понимаю, — пожевав губы, ответил старик. — Вы, молоды и талантливы. Для вас приятнее слышать шум битвы и крики врагов, нежели разговоры о вечном. Но раз вы просите… Хаосит — наша главная проблема! Он пришёл неизвестно откуда. Явился в наш мир на бесовской колеснице. Эмпаты Ордена почувствовали его сразу же и объединённой силой сразу семи когорт мы смогли загнать его в грот плачущих вдов. А дальше…

— А дальше всё пошло не по плану, — догадался я. — Вы посылали сотни своих лучших воинов, но вместо празднования победы вашим неофитам приходилось рыть могилы для своих боевых друзей. Поэтому, Патриарх, мы и здесь.

— И вот мы плавно возвращаемся к моим философским рассуждениям о цене репутации. Эринейские Львы не могут победить хаосита. Но и признать это Орден тоже не может.

— Может быть, именно поэтому Великий свет послал нас? — не выдержал я.

— Послал Вивисектора помогать Свету справиться с хаоситским семенем? — рассмеялся старик. — Право, это больше звучит как начало скверного анекдота, из тех, которые придают анафеме.

— Как считаете, Патриарх, может вместо того чтобы, кормить хаоситскую змею новыми мышками Света, стоит запустить в его логово змею покрупнее?

Старик замолчал. Мне же потребовалось где-то минута чтобы понять, что значили его недомолвки и экивоки. Старик с самого начала был рад моему появлению и его нападки в сторону Семёна были ничем иным как игрой на публику. Но политические игры — удел не только дворцовых кулуаров.

Что скажет народ, узнав о том, что знаменитые Львы сломали зубы об одного-единственного хаосита? Какова тогда будет цена репутации девятой когорты?

— Извините, Патриарх, я вам соврал, — произнёс я. — Истинная причина нашего появления — любовь. Именно поэтому мы здесь.

— Любовь? — оживился старик. Понял, что я принял правила его игры.

— Да! История достойная баллады самой Мирель! Любовь между дочерью святого Паладина и Вивисектором. Чистая и незамутненная. Такая, ради которой кавалер готов отринуть предыдущей образ жизни и совершать подвиги во имя самого Света!

— Такие чувства и порывы несомненно благи по определению! — улыбнулся старик. — Не всем утверждено родиться под дланью Великого Света, но отвергать отступников — значит предать идеалы.

— Вот! — скинув указательный палец, воскликнул я. — Именно об этом я вам и говорю! Скажите, чисто гипотетически, орден мог бы одобрить подобный союз двух любящих сердец?

— Возможно, — поняв к чему я веду, Патриарх почесал бороду. — Но вы же понимаете, что вивисектор изначально порочен. Орден не может просто поверить ему на слово. Нужны доказательство того, что он встал на путь искупления.

— И вот, мы снова вернулись к причине нашего появления в вашем лагере! — поняв, что мы уже договорились, улыбнулся я. — Вы позволите вивисектору и его друзьям, среди которых, кстати, имеется странствующий Паладин, совершить подвиг во имя Ордена?

— Я, конечно, знал, что раньше ты учился в другой школе. Но ты не говорил, что это было в 18 веке в Красном Селе! — намекая на Царскосельский лицей, пошутил Антоха. — Откуда такие высокопарные фразочки и ваще?

Получив благословение Патриарха, мы не стали тянуть кота за Сфинкса и двинулись в грот, который сейчас охраняли не хуже Форт-Нокса! Три блокирующих магию Хаоса триграма, пять колец оцепления, защитный купол и, как крайняя мера, две звезды магов третьего круга готовых по приказу Патриарха обрушить на грот сонму метеоритов.

— Пока ты крутил шашни с близняшками, некоторые читали книги, — усмехнулся Семён.

— Ну, мы, краснодарские, мужики простые, — развёл руками Антоха.

— Всё, — осадил я друзей. — Дальше я сам.

— Что такое? — не понял Антон, но Семён показал ему под ноги.

Тел убитых ЗИЛом неофитов уже не было, но лужи крови никуда не делись.

— Это мой мир. Здесь я практически всесилен, вы — нет.

— Прикольно это узнать, — усмехнулся Антоха. — А ещё было бы прикольно, если бы ты сообщил об этом джину. Он тогда был не в курсе, вот и разделал нас под орех!

— Джин был частью меня, — без капельки веселья ответил я. — Моими подавленными воспоминаниями и страхами. И разобраться с ним удалось только разобравшись в самом себе.

— Извини, — поняв неудачность собственной шутки, опустил глаза Антоха.

— Там же ЗИЛ! И он нас знает! Почему мы не можем идти дальше? — не унимался вивисектор.

Я мог понять его энтузиазм. В конце концов парень получил осторожное "да" на помолвку с Софией и теперь желал проявить себя.

— ЗИЛ третьи сутки находится в этом гроте. Без воды, еды и сна. Причём все эти три дня его атаковал Орден Света. И до этих приключений ЗИЛ имел репутацию психически нестабильного игрока. А уж теперь…

Вроде Семён понял. Антон же не задавал вопросов и, смочив пальцы в крови неофитов, дальше я двинулся в одиночку.

Довольно большой в начале грот периодически уменьшался, позволяя кое-где протиснуться лишь боком. Подземный путь то и дело петлял, пытаясь сбить меня с дороги но кровавые следы неизменно подсказывали верное направление.

В какой-то момент я почувствовал что близок. Сквозь грубый, точно акулья кожа, гранит я увидел огонёк жёлтого света. Причём это свет пробивался сквозь камень и находился не более чем в сотне шагов.

Эфирный Источник.

Псевдо-душа высшего ранга.

Состояние: 2/10

Система великодушно подсказала, что маленькое солнышко — не плод разыгравшейся фантазии или оставленная без присмотра магема. А вот это уже интересно. Но откуда в этой пещере существо с псевдо-душой?

Впрочем, эти мысли стали глубоко третичнв в следующие мгновения, когда воздух передо мной разошёлся водоворотом фиолетовой магии, из который показался увесистый кулак.