Чтение онлайн

— Ну а ещё, мало кто знает, что сок калипса — мощное седативное средство. Если хорошенько сжать бутон, то можно получить масляный концентрат. Одной его капли достаточно, чтобы вырубить человека до самого утра.

Да уж! Крестыч безусловно хороший рассказчик, однако мне всё равно грустно. Шматок сыра, что я всё это время жевал, закончился. И теперь мне остаётся лишь развалиться поудобнее на плече и облизывать коготки. Ну… или просто попросить добавки!

— Фыр-фыр. Фыр!

— Хах-ха. Да, сейчас.

Старик засунул руку в поясную сумку и вытащил из неё аппетитный кусочек сыра. Широко растопырив лапки, я ухватился за протянутый мне деликатес, чтобы тут же вцепиться в него зубами.

— Твоя прожорливость напоминает мне учителя. В рот мне зелье! Как же она любила выпить. Она могла без остановки закидываться, но всё равно внимательно меня слушать. Даже несмотря на то, что из моего рта часто летели сплошные глупости.

Кто она? Эта таинственная учительница, по которой даже богиня тоскует.

— Фыр-фыр-фыр?

Вместо ответа Крестыч поднял голову и посмотрел на небо. Непонятно, на что именно он так пристально смотрит: на пушистые облака или же на мерзкую плоть космического существа, что обволакивает планету. А может, он просто решил скрыть от меня блестящие от влаги глаза.

— Хоть я и верю, что учитель ещё жива… Но мне мучительно представлять, как она блуждает по темноте бездны и не может найти дорогу домой. А я вместо того, чтоб собрать отряд авантюристов и спуститься на её поиски, остался на поверхности… ухаживать за кучкой грязи, в которую ради шутки закопали чей-то зуб. Ты прости Фарс, я тебя ни в чём не обвиняю. Просто частенько задумываюсь о том, что было бы, поступи я иначе.

По морщинистым щекам потекли слёзы. Старик не стал их смахивать.

— Я ненавижу себя за нерешительность. Жалею, что растратил всю молодость на пустое ожидание! Хоть она и обещала, но так и не пришла. Наверное, ей помешали вернуться… Сейчас, даже если бы я и решился нырнуть за ней в бездну, у меня просто не хватит сил там выжить. За годы моего ожидания подземелье расширилось и стало опаснее. Немощному старику не прожить там и недели. Тем более не спуститься на самую глубину.

Когда старик замолчал, я понял, что мне надо ему что-то ответить. Однако, как бы я не старался, никак не мог решить, какие именно стоит произнести слова. И пока я прикидывал подходящую фразу, к разговору подключилась Заноза.

Деревянная ладонь кружила перед глазами старика и предельно плавно жестикулировала. Глядя на эти размеренные и нежные движения, я понимал, что дриада пытается успокоить старика.

— А ты уверена, что она согласится мне помочь?

Заноза ответила просто. Сжатый кулак с оттопыренными мизинцем и большим пальцем. И выглядел этот жест довольно непринуждённо, будто говоря: «Расслабься да не парься, бро».

— Ну хорошо. Договорились. После того, как разберусь с поручениями Хельты, отправлюсь в Аргус и встречусь с твоей сестрицей.

Крестыч подошёл к накренившемся молодому деревцу и отодвинул в сторону пышную ветку, освобождая проход. И пока он протискивался сквозь колючие заросли, я с изумлением смотрел на хаотично разбросанные деревенские домики.

Старик двигался в сторону поселения, и путь пролегал через возвышенности. И с этого ракурса не только сама деревня была видна как на ладони, но и отдалённая от неё водяная мельница, построенная на берегу реки.

Голубой утренний свет играет на ещё влажных от дождя крышах. И хоть все дома и похожи друг на друга, однако каждый из них сияет по-особенному. Кажется, что вся деревня искрится уютом и заботой. Вот только смущает пустота на улице. Не хватает жизнерадостных детей, бегающих по широким улочкам, и ворчливых стариков, сторожащих лавочки…

— Фыр-фыр?

Услышав мой вопрос, Крестыч потупил взгляд. Создалось впечатление, будто это он виноват в отсутствии людей.

— У деревенских забрали жён и дочерей. Неудивительно, что каждую ночь мужики собираются в таверне и уничтожают запасы перегонки из картофеля. Я бы и сам им компанию составлял, если бы только они пили что-нибудь, помимо аквавита и без плавающих в стакане специй. Эх-х, один лишь Милонег поддерживал мою любовь к настойкам на цветах и травах.

Влажная от воды трава шумно скользила под ногами старика, однако устойчивая опора в виде костыля сопутствовала неспешному спуску с возвышенности, и вскоре Крестыч ступил на широкую дорогу, устланную каким-то странным песком, цвета засохшей крови.

— Фыр. Фыр-фыр?

— Это огненная земля, привезённая из адской пустыни. Из-за своих температурных свойств она считается хорошим алхимическим ингредиентом, но им всё равно довольно часто покрывают дороги, чтобы трава не росла, а зимой снег таял. Вот только из-за этой особенности с наступлением холодов дикие животные часто ложатся спать посреди дороги.

После объяснений я ещё раз взглянул на грязный песок и заметил, что дорога хоть и была покрыта множеством неровностей да ям, однако я не видел ни одной грязной лужи.

Неужели этот адский песок уже успел впитать всю ту воду, что дождём вылило на землю? Нет, наверное, дело в высокой температуре… Однако это тоже неверно. Вместе с испарением влаги должен возникать конфликт холодного и тёплого воздуха, тем самым создавая природный туман. Наверное так, но может и…

А зачем я ломаю себе голову? Проще ведь спросить.

— Фыр-фыр?

— Да ты прав, обычно после дождя над огненной землёй поднимается густой туман. Вот только деревня Колдец располагается на горной равнине. Здесь постоянно гуляют сильные ветра, поэтому тут отродясь тумана быть не может. Хотя помню: учитель мне рассказывала, как можно поднять облака искусственно, даже в столь проветриваемой области.

Старик становился всё более предсказуемым. Он ещё не начал отвечать на мой вопрос, но я уже знал, что он прямо или косвенно сведёт тему к учителю.

Почувствовав внутренним радаром чужое присутствие, я обернулся и увидел выходящего из-за угла дома толстого мужчину с мешком на плече. Заметив Крестыча, он сильно напрягся и сразу остановился. Мужчина начал медленно пятится назад. Пытается вновь спрятаться за домом?

— Фыр-фыр?

— Где?! Кто?!

Крестыч начал крутить головой, ища глазами персону, которой я заинтересовался.

— О, Квадрар! Здорово. Как поживаешь?

Подняв глаза, мужчина недовольно оскалил зубы: