Сорок третий 4
Шрифт:
Король принял их не в большом кабинете и не в приёмной зале, где воздух всегда слишком горчит от церемоний, а в узкой рабочей комнате за библиотекой и двойным караулом гвардейцев, где всё было устроено для работы. Длинный стол, три кресла для докладчиков, яркие лампы, карты на стенах, шкаф с бумагами и никакой позолоченной дури, отвлекающей от сути.
Логрис Девятый уже ждал, одетый в генеральский мундир, без знаков различия, орденов и прочих властных регалий кроме тяжёлого перстня с гербом дома Логрисов и второго — символа королевской власти.
Он поднял взгляд, когда вызванные для аудиенции вошли, и когда увидел Ардора, как-то очень внимательно посмотрел на него и перевёл взгляд.
— Салин, — Значит, наконец дело дошло до той стадии, где вы предпочли вылезти из своих уютных теней лично.
— К сожалению, да, Ваше Величество.
— А вы, Талис, выглядите человеком, либо не спавшим совсем, либо узнавшим слишком много.
— И то и другое, Ваша Милость.
Король чуть кивнул.
Потом перевёл взгляд на Ардора.
— А вас, граф, я уже начинаю видеть в дурных историях настолько часто, что мне кажется, что вы их притягиваете.
— Несчастное совпадение, Ваше Величество, — спокойно ответил Ардор с поклоном.
Уголок рта короля едва дрогнул.
— Наверняка. Потому что, если это станет закономерностью, мне придётся решить, повышать вас или сослать куда-нибудь, подальше где вы не будете постоянно вытаскивать на свет всё самое гнилое, хотя куда сослать дальше Северных пустошей, я не представляю. — Он сел, и показал на кресла. — Начинайте. И, ради всех богов, без бюрократических кружев. Когда Салин приходит ко мне с Талисом и боевым офицером егерей, я уже заранее предполагаю, что дело не в потерянных накладных.
Салин низко поклонился и открыл папку.
— Ваше Величество. У нас подтверждено наличие внутренней враждебной инфраструктуры, работающей на сопряжении транспортного, страхового, административного и частично военного контуров. Источник финансирования в основном балларийский. Мотивация — внутренняя. Цель — не прямой мятеж и не классический шпионаж, а создание второго контура управления государственной системой перевозок, при которой любой сбой, авария, логистическое окно или аппаратный конфликт может быть монетизирован и использован для перераспределения ресурсов, доходов и влияния.
Король молчал, только пальцы его один раз коротко постучали по столу.
— Фактуру.
Ингро положил перед ним выжимку.
— Нижний уровень, это частные транспортные компании плюс внедрённые люди в ключевых точках, теневые страховые выплаты, подкуп низовых и средних исполнителей. Средний уровень — региональный транспортный координатор Ларсин Мевор, силовой оператор Ольс Реват, внедрённые агенты влияния в логистике и сопряжённом снабжении. Министерский уровень — Эйрин Сольм, сектор внештатной маршрутизации и аварийного перераспределения. Верхний аппаратный слой подтверждён через захваченное лицо — действительного статского советника Ларса Рейма ант Шора.
Тут король всё же поднял глаза, посмотрев в глаза людей перед собой.
— Вы взяли ант Шора живым?
— Да, Ваше Величество, — сказал Ингро.
— И он заговорил?
— Да.
— Удивительно, но хорошо. Значит, день у кого-то начался очень неудачно.
Салин продолжил:
— По показаниям ант Шора верхний слой держится на тройке. Герцог Лиран Эсворт, маркиза Верна Лайс, генерал-лейтенант в отставке барон Орвис Кальдар. Балларийские деньги — инструмент, но не хозяин. Конструкция по сути внутренняя. Внешний капитал лишь смазывает механизм, и участвует в получении прибыли как акционер и выгодополучатель
Теперь король уже не стучал пальцами и не двигался вовсе. Только лицо стало жёстче — не в театральном смысле, а так, словно в комнате переменилось освещение.
— Эсворт, Лайс и Кальдар?- переспросил он тихо.
— Да, Ваше Величество.
Король немного помолчал, затем сказал:
— Знаете, что хуже всего в старении, Салин?
— Нет, Ваше Величество.
— Не враги. И даже не накапливающиеся ошибки. Хуже всего тот момент, когда начинаешь узнавать масштаб мерзости по фамилиям людей, много лет доказывавших свою верность короне
Никто не ответил, от того что ответ не требовался.
Король поднял лист с краткой схемой, посмотрел на неё ещё раз и спросил:
— Что уже можно доказать?
— Ваше Величество. — Ардор сделал движение будто выдвинулся вперёд, тем не менее оставаясь на месте. — Доказано свидетельскими показаниями и документами, находящимися в работе у следственной группы, использование транспортных узлов для управляемого вмешательства в логистику всех уровней, страховые операции и контроль банковского сектора. Региональная координация проходила через Мевора; силовой и кадровый контур через Ревата; министерское прикрытие и принятие стратегических решений — Сольм и участие ант Шора в верхнем уровне связи и контроле. Недоказано пока, в судебном смысле, но подтверждено связками и показаниями роль Эсворта, Лайс и Кальдара как верхних бенефициаров и координаторов.
Король смотрел на него внимательно.
— А вы умеете говорить без лишнего героизма.
— Служба учит, Ваше Величество.
— Хорошо. Потому что героизм я и так могу купить дюжиной медалей. А точность и верность — нет.
Он закрыл папку.
— Теперь слушайте меня внимательно. Эсворта, Лайс и Кальдара не трогать. Я хочу не скандал на неделю, а хирургическую работу на результат.
Салин кивнул.
— Именно это и предлагаем ваше величество.
— Прекрасно. Тогда с этой минуты это дело переводится на уровень прямого королевского управления. Без вашей обычной ведомственной цепочки, рассылок, героических совещаний, после которых половина виновных успевает уехать на лечение. Вы, Салин, ведёте внутренний слой. Талис — оперативный. Генштаб — только по тем линиям, где есть военные секреты и риск инфраструктурного срыва. По Кальдару — отдельно, очень тихо и без касания действующего офицерства, пока не поймём, кто из старого корпуса просто его уважает, а кто уже в деле.
— Понял, Ваше Величество, — сказал Ингро.
Король кивнул и перевёл взгляд на Ардора.
— А вы, граф, теперь отдельная проблема.
— Это уже стало привычно, Ваше Величество.
— Не сомневаюсь.
В голосе короля вдруг появилось что-то очень весёлое и почти игривое.
— С одной стороны, вы фантастически полезны. С другой, мне доложили о слухах, технике, светских затеях и дисциплинарной работе по линии корпуса.
Ардор чуть плотнее сжал губы и король — это, конечно, увидел.
— Расслабьтесь. Это не упрёк. Это диагноз. И потому с этого момента по вам вводится отдельный режим. Не личная охрана в духе романтических романов — избавьте меня от такого позора. Но любой аппаратный, дисциплинарный или репутационный удар по вам будет считаться не частным делом батальона, а частью общей работы по линии Канцелярии.
Салин сказал:
— Уже готовим встречный удар по Тевису, Ваше Величество.
— Хорошо, но не затягивайте. Время игр кончилось. Просто возьмите его и выжмите всё, пока не сдохнет. И ещё. — Король посмотрел на Ардора уже не как на полезный элемент схемы, а как на человека. — Если вас начнут ломать через женщину, салон, газету или службу, вы не начнёте играть в благородного молчуна и кровавого мстителя. Вы докладываете сразу Салину, Ингро, или мне. Команду адъютантам я дам. Мне не нужны красивые офицеры, которых потом находят раздавленными между собственной гордостью и чужой бюрократией.