Сорок три Медвежки и Мидвидятина
Шрифт:
– Ну давай, я тебе пластырем все раны залеплю.
Медвежка доставала из кармана жилетика пластырь, и на Медведе появлялось несколько новых белых полосок. Потом Диковинное Животное со вздохами и стонами снова поднималось из травы и шло дальше. Через несколько шагов история повторялась.
Диковинное Животное остановилось в двух шагах от рыжей лошади. Лошадь не шевелилась.
– Ну, что? Прыгать?
– прошептала Медвежка сверху.
– Ага! А то я сам тебя сброшу!
– хриплым шепотом ответил Медведь.
Лесную тишину нарушил клич:
– Й-эх! Залетная!
– прокричала Медвежка где-то прочитанную фразу. Табун сорвался с места и скрылся в лесу. Но рыжая лошадь даже не шелохнулась.
– Кричи: "Но! Но!" - шепотом стал советовать Медведь.
– Сама знаю. Н-но! Н-но!! Н-но!!!
– громко закричала Медвежка. Но лошадь только дернула ухом и осталась на месте.
– Слушай!
– сказала Медвежка после минутного раздумья.
– Лошади не любят мух и слепней.
– И что?
– Пожужжи немного, - попросила Медвежка жалобно.
– Ладно, - нехотя согласился Медведь и начал жужжать.
– Ж-ж-ж-ж! Ай! Она хвостом по мне попала! Жу-ж-жу-ай-ж-жу! Ой! Прямо по носу!
Ж-ж- ж-жу-у-у-ж! Ай-ай-ай! Больно! Все, не могу больше быть мухой! Медведь, кряхтя и охая, сел рядом с лошадью на траву.
– Но что же делать?
– со слезами в голосе спросила Медвежка.
– Не знаю. Слезай. Давай я сам на нее сяду.
Услышав эти слова Медведя, лошадь вздрогнула, подняла голову и пустилась вскачь.
Медвежка закричала: "Ура! Поскакали!", а Медведь побежал следом, крича: "Я тоже хочу!"
– Сейчас остановимся, и ты тоже покатаешься!
– отвечала Медвежка.
Но лошадь и не думала останавливаться. Она мчалась по прямой к лесу, стремясь сбросить своего седока ветвями деревьев.
– Тпру! Тпру-у!
– кричала Медвежка, но это не помогало. До леса оставалось совсем немного.
– Тпру-у-у!!!
– страшным голосом закричал Медведь лошади, из последних сил догнал ее и дернул за хвост.
Лошадь поднялась на дыбы, заржала и забила передними ногами в воздухе. Медвежка, не удержавшись на ее спине, скатилась вниз, прямо на Медведя.
Лошадь, почувствовав, что теперь она свободна, фыркнула и медленным шагом пошла в лес.
– Опять ты на меня упала!
– проворчал Медведь.
– На мне уже живого места не осталось.
– Ничего, у меня еще есть немного пластыря, - ответила Медвежка.
– В следующий раз я первый катаюсь на этой лошади, - заявил Медведь и грозно посмотрел на Медвежку, которая скромно промолчала.
Шепталка третья,
или Тырканосики и Медвежки.
Тырканосики не любили Медвежек. Как только какая-нибудь Медвежка подходила к их Желтой Поляне, все тырканосики тут же прятались. И, затаившись в траве, начинали перешептываться между собой:
– Смотри-ка, сюда направляется!
– Лапами-то, лапами как машет! Бестолковая зверюшка!
– Ага. И еще бесполезная! Ну какая от нее польза? Только суета и беспорядок.
– Да-да! В прошлый раз, помнишь, они впятером пытались забраться на сосну, чтобы окрестности оглядеть.
– Хи-хи-хи! А чем дело закончилось?
– Тремя рваными шортами!
– Ха-ха-ха!
– Ш-ш-ш! Остановилась! Наверное, прислушивается.
Медвежка и в самом деле останавливалась под высоким дубом, мучительно раздумывая над тем, чего ей хочется больше: полежать в тени или пойти собирать чернику.
Тырканосики подбирались поближе к Медвежке.
– Ну что, уже пора?
– шептали самые нетерпеливые.
– Нет, еще рано, - отвечали более спокойные.
Медвежка, выбрав самое верное решение: сначала полежать в тени, а потом пойти за черникой, удобно устраивалась под деревом.
– Вот теперь пора!
Тырканосиков на Желтой поляне жило очень-очень много. Это были маленькие, едва видимые букашки с длинным носиком.
И вот, как только Медвежка закрывала глаза, все тырканосики бросались к дереву, забирались на него и рассаживались по листьям. На один дубовый листок могло поместиться сто или двести букашек. Они перепиливали острым прутиком ножку листа и летели вниз, трубя своими носиками:
– Тыр-тыр-тыр! Тыр-тыр-тыр! Тыр-тыр-тыр!
Поэтому их и прозвали тырканосиками.
Медвежка, конечно, сразу же просыпалась, но было уже поздно. Через несколько мгновений под дубом шевелилась высокая гора листьев. А довольные тырканосики разбегались в разные стороны, торжествующе трубя:
– Тыр-тыр-тыр!!!
Медвежка выползала из-под листьев, с недоумением оглядывалась вокруг.
– Странная какая-то поляна, - ворчала она, разыскивая среди листьев свою кружку.
– Лежишь спокойно под деревом, ветра нет, землетрясения нет, и вдруг "тыр-тыр-тыр" и засыпана листьями по самую макушку. Сколько раз уже так было.
Ничего не понимаю. Если бы не отличная черника, ни за что бы сюда не приходила.
Озадаченная Медвежка шла к другому дереву, приговаривая: "Перед работой полезно отдохнуть." Но история с листьями повторялась вновь. И еще раз. И снова.
Ничего не поделаешь - тырканосики очень любили летать.
Молочный коктейль,
или Чем болеют Медвежки.
– Медведь! Ты вообще-то понимаешь всю серьезность ситуации?
– Медвежка любила при случае сказать какое-нибудь необычное слово.
– Нет. А что это такое - ситуация?
– Медведь потянулся и сладко-сладко зевнул.
Он очень хотел спать, но пока Медвежка у него в гостях, об этом не могло быть и речи. "И чего ей не спится? Прибежала ко мне в берлогу рано-рано утром, разбудила, назвала "сонной мухой" и "сплюшкой". И уже целый час твердит про какую-то страшную болезнь", - подумал Медведь и снова зевнул.
– Ситуация - это то, что с кем-нибудь происходит вдруг. Например, ты шел-шел, да и упал в лужу. Вот это и есть "ситуация". Да перестань ты зевать!