Чтение онлайн

– Все бабы суки и твари... Давай лучше выпьем.
– Он разливал коньяк, правда, в основном, наливал себе.
– Видишь, как она меня приложила.

– Может быть есть за что?
– кинул Никита пробный шар.

Шубин в недоумении воззрился на него.

– Ккак ты сказал? Есть за что? Я же тебе говорю, потому что твари все они, ш....вы.

– И Алена?

– Она в первую очередь.

Никита поднялся и сделал уже шаг, решив больше не церемониться, когда в дверь вновь позвонили. Он разжал кулаки и направился открывать. На пороге стояла Алена.

– Извини, а Шубин у тебя?
– спросила явно смущаясь. Она прекрасно понимала, что Никита слышал их разборки, да и результат видел.

Он же смотрел на нее и никак не мог оторвать взгляда от ее заплаканного лица. Но потом опомнился.

– Да, заходи. Он в кухне.

Алена пошла вперед, а он за ней. Шубин, надо сказать, времени даром не терял. Видно было, что успел еще выпить, причем достаточно. Глаза совсем осоловевшие, а движения неверные. Он безуспешно пытался порезать лимон.

– Ба...
– протянул Шубин насмешливо, увидев ее.
– А вот и женушка пожаловала.
– Видишь, беспокоится...

Никита с нескрываемым удивлением посмотрел на Алену. Она же, напротив, старалась не смотреть на него.

– Саша, пойдем, там Игорь приехал, - произнесла осторожно, явно боясь реакции Шубина.

Тот посмотрел на нее как будто даже брезгливо и проговорил отрывисто:

– Подождет. Сядь лучше.

Командовать у него хорошо получалось. Но больше удивляла покорность Алены. Она тут же послушалась, продолжая виновато прятать глаза от Никиты. А тот сел рядом. То, что Алена была, по словам Шубина, его женой, довольно сильно подействовало на него. Он даже забыл, что собирался ему морду начистить. Ясно было, что резких движений делать не следовало. Никита не хотел ей навредить.

– Хороший у тебя сосед, - неожиданно произнес Шубин, закусывая очередную стопку коньяка лимоном.

Алена ничего не сказала на это, только вертела нервно свой бокал, но даже не пригубила. Ей явно хотелось сквозь землю провалиться, однако было понятно, что мужа, как вдруг неожиданно выяснилось, она не хотела оставлять.

– Пойдем, пожалуйста, там Игорь ждет, - попросила она вновь. А Никите тошно стало от ее униженного тона.

И тут Шубин неожиданно поднялся.

– Ладно, пошли. Будь здоров доктор. Еще увидимся.

Они вдвоем покинули его квартиру, а ему только и оставалось закрыть дверь. А потом еще долго сидел на кухне и размышлял, а что собственно это было. Поиск черной кошки в абсолютно темной комнате никого еще к успеху не приводил.

Следующую неделю они не встречались. Напряженная работа особо не располагала к долгим размышлениям, и все же Никита переживал и места себе не находил. Но потом решил, что, на самом деле, долго думать ни к чему, поэтому однажды вечером, отбросив все сомнения, просто отправился к соседке, справедливо решив, что и так всю жизнь осторожничал. Алена открыла не сразу, но все-таки открыла.

– Привет, - улыбнулся он, старательно делая вид, что все нормально.

– Привет, - прозвучало спокойно в ответ, но явно без особой радости. У Алены был довольно задумчивый вид и его визит никак не повлиял на ее настроение.

– Вот решил, что давненько мы не играли в шахматы, - проговорил он как ни в чем не бывало.

Она как то тяжело так вздохнула и слегка отвернулась, смотря куда-то в сторону.

– Ни к чему это, Никита.
– Очевидно, что девушка не собиралась поддерживать непринужденный тон и делать вид, что все по-прежнему.

– Почему?
– спросил он напрямую, глядя на нее в упор. Его голос звучал при этом глухо.

– Мне надоело извиняться. А так как в моей жизни перемен не намечается, то, как ты понимаешь, прощения придется просить часто. Так что, - она развела для убедительности руки в стороны, - ищи себе другого партнера для игры в шахматы.

– Не помню, чтобы требовал от тебя когда-нибудь извинений. И другого партнера не собираюсь искать.

Алена удивленно посмотрела на него.

– А ты довольно настойчивый парень. Только Шубина ты видел и если ума хватит сообразить, то должен понимать, чем для тебя может закончиться твоя излишняя настойчивость. Ты конечно известный врач, и все такое. Только Шубину на это плюнуть и растереть.

Однако ее увещевания не возымели никакого действия.

– Если ты заметила, я уже давно совершеннолетний и сам принимаю решения.
– Прозвучало довольно серьезно.

Алена только головой чуть повела и усмехнулась.

– Неужели? Ну хорошо. Только потом не говори, что не предупреждала.

Она переодела туфли и вышла в коридор.

– Пошли?
– Насмешка так и не ушла из ее глаз.

– Пошли, - ответил он серьезно. Они явно поменялись ролями.

Когда оказались в квартире Никиты, расположились в гостиной и действительно сыграли несколько партий. Правда очень скоро Алена заметила, что шахматы по большому счету его мало волнуют. А пришла она к такому выводу по той простой причине, что обычно он выигрывал, а здесь продул все партии.

– Я так понимаю, дальше мучить тебя не имеет смысла, - усмехнулась Алена и, перевернув доску, стала складывать шахматы.

Никита не стал спорить.

– Пойду чай поставлю.

Какое-то время они молча пили чай на кухне, делая вид, что он их очень интересует. Но через некоторое время Никита все-таки не выдержал.

– А здорово ты тогда Шубина приложила, - произнес он чуть насмешливо, не поднимая глаз. Начало не самое хорошее для серьезного разговора, но сойдет, раз ничего умнее не смог придумать.

Однако она не поддержала его тона.

– Ничего хорошего. Мне эта выходка дорого стоила и еще долго придется расплачиваться.

Никита внимательно посмотрел на Алену. Он явно не ожидал от нее таких откровений и решил закрепить успех.

– Я хотел спросить...
– начал неуверенно, хорошо понимая, что задать то вопрос он задаст, а вот получит ли ответ на него... Скорее всего, нет.

– Да спрашивай, раз начал, - разрешила Алена.
– Я уже поняла, что не отстанешь. По правде говоря, первый раз такого настырного встречаю. Неужели своих проблем мало?

Никита поднялся и налил им еще чаю, а когда снова уселся за стол, все-таки задал свой вопрос:

– Мальчик, с которым Шубин приходил в поликлинику, это ведь твой ребенок?
– На самом деле, у него было много вопросов, но начал он с этого. И, без сомнения, для Алены он был самый болезненный. Она нервно сглотнула. Давая ему разрешение, она и сама наверное не понимала, как тяжело будет ответить. Однако, откинувшись на спинку стула все же произнесла:

– Да.

– А добавить ничего не хочешь?
– Его явно не удовлетворил ее короткий ответ.