Чтение онлайн

Позволяю себе расслабиться и пью домашнее вино. Через полчаса напиток действует, и я почти забываю, что мы с Вадимом не вместе, мило беседуя с его родней. Они, кажется, не испытывают ко мне ненависти и охотно поддерживают разговор. От третьего бокала начинает кружиться голова, и я решаю, что позвонить бывшему — лучшая идея. И поскольку один бывший сейчас со мной, а номер второго я удалила, то у меня остается только один вариант — Краснов, который игнорирует меня весь чертов день.

Извиняюсь и иду во двор, где меня никто не станет подслушивать. Сейчас вот наберусь смелости, разблокирую телефон и позвоню. Я ведь сильная женщина, которая может все сделать сама. Даже выйти на связь первой. А что, двадцать первый век, в конце концов, равноправие и все дела. Так что если Краснов осудит за инициативу, то могу смело влепить ему пощечину за нетолерантное поведение. Онлайн это сделать будет сложно, но как приеду, обязательно. Хватаюсь за ветку дерева, чтобы не упасть, потому что на ногах стою с трудом.

Боже, я ведь выпила всего пару бокалов, отчего меня так развезло-то? Ухожу еще дальше в сад и там сажусь на скамейку. Закрываю лицо ладонями, собираясь с мыслями. И что я ему скажу, когда ответит? Если вообще ответит. От предположения, что Краснов может просто не поднять трубку, мне становится плохо. Он ведь не может так поступить. Хотя… это все тот же Краснов, только выше, красивее, мужественнее и… твою ж за ногу! Я все еще люблю этого гада.

Не знаю, то ли это вино такое философское, то ли мозг мой решил капитулировать, потому что в борьбе с сердцем слишком часто проигрывая, напоследок бросив удивительно точную мысль, но я отчетливо понимаю, что старые чувства никуда не делись, только теперь к ним добавились новые, взрослые. Да, я ненавидела Краснова, когда он меня затопил, но тогда просто не поняла, что именно злость запустила мои чувства. А сейчас… А сейчас я ни за что ему не позвоню, потому что не позволю снова проехаться катком по чувствам. Всхлипываю, изо всех сил сдерживая слезы, когда на мое плечо опускается теплая рука.

— Все в порядке, Юль? — Вадим садится рядом, и мне становится еще противнее. Ушла с праздника, чтобы поностальгировать о бывшем. Фи. — Ты же знаешь, что можешь рассказать мне.

— Знаю, — выдыхаю и кладу голову на его плечо, — но не уверена, что хочу.

— Давай, у тебя свободная пара ушей, а ты не хочешь воспользоваться. Кто залез в твое сердце?

В чем прелесть мужчин старше, так это в том, что они понимают девушек куда лучше сверстников. Вадим старше на шесть лет, и за то время, что мы провели вместе, научился читать меня слишком хорошо.

— Сосед сверху, — сознаюсь, шмыгая носом. — Мы встречались в школе, потом разошлись, и вот теперь он поселился надо мной и затопил. Позвал на свидание, а потом мы поссорились из… — замолкаю, понимая, что не хочу делать Вадима виноватым, потому что не в нем дело, а в Краснове, который все такой же вспыльчивый, как и десять лет назад.

— Из-за нашей поездки сюда? — заканчивает за меня Вадим, ловко сложив два и два.

— Да. Но я тебя не виню, это все он. Я объяснила, что нас с тобой ничего не связывает, — из меня льется поток слов. В любой другой ситуации я бы заткнулась, и слова пришлось бы тащить клещами, но с бывшим мужем никогда так не выходило. Поддержка всегда и во всем. — Он не поверил, решил, что ты хочешь вернуть меня, вот и повздорили.

Вадим молчит, обрабатывая полученную информацию, а я и не жду ответа. Выговорилась, и отпустило. Даже немного протрезвела.

— Знаешь, Юль, если бы я имел на тебя виды, тоже никуда бы не отпустил, тем более к подозрительному бывшему, — он улыбается и подмигивает. — Так что не суди его слишком строго. Знаешь ведь, что все мужики — собственники.

— Ты не такой, — выпрямляюсь и не сдерживаю усмешки.

— Такой, просто ты никогда не ставила наши отношения под сомнение, — он встает первым и подает мне руку. — Поехали отвезу тебя, бабушка начала разговор о детях, не думаю, что ты захочешь слушать.

— Спасибо, — несильно сжимаю его руку и встаю, позволяя Вадиму обнять себя и довести до машины. — За все.

Пятно неохотно светлеет, но мне от этого ничуть не легче. Застирываю, тру, смываю и опять по новой. Ладно, насрать на майку. Надо завязывать с этим цирком, потому что темы для разговоров заканчиваются, а я только и думаю, что о Сомовой, которая весь день не хочет выходить из головы. И когда только успела так много места занять?

Жанна появляется с половиной лимона и полотенцем. Ладонями смываю вино с живота и поворачиваюсь, чтобы забрать, но соседка подходит ближе и касается меня через полотенце, собирая влагу. Хочу отойти, но упираюсь в стиралку, а пальцы тем временем скользят через махру ниже.

— Спасибо, но это лишнее, — останавливаю ее, взяв за руку, но Жанна считывает мой жест иначе и прижимается всем телом, наваливаясь. Не помню, чтобы с таким рвением выбирался из рук симпатичной женщины. Обычно я стремился задержаться в них подольше, но сейчас меня интересует только одна, та, которая выбрала не меня.

Твою ж! И всегда так теперь будет?

— Может, продолжим в спальне? — спрашивает она, в конец осмелев, пока я понимаю, что хочу ощущать ладони Рыбки на теле, а никак не Жанны, которая мне даже не нравится.

— Нет, — выдыхаю и мягко беру ее за плечи, осторожно отстраняя. — Мне не нужно никакое продолжение. Ни сегодня, ни вообще никогда, — добавляю, когда она собирается что-то сказать. — Спасибо за ужин, но на этом все. Через неделю буду ждать Димку в зале, начнем восстановление.

Не оборачиваясь, выхожу из ее квартиры и спешу скрыться за дверью своей. Какой же идиот! Нахрен мне не нужна Жанна. Я Рыбку хочу. Но сам умудрился все испортить. И вроде с людьми серьезными переговоры веду, а в личной жизни как не умел язык за зубами держать, так и не научился до сих пор. Придурок. Причем полнейший.

Наспех переодеваюсь. Вообще не помешало бы и освежиться, потому что вином от меня еще порядочно несет, но вовремя вспоминаю, что в воде я пока стеснен. Отлично! У Сомовой не будет причин отвертеться. Не хотела ремонт у себя делать — пусть терпит меня в душе еще один вечер! Главное — в квартиру попасть, а дальше я уж найду подход.

Второпях спускаюсь по лестнице, вдохновленный легко появившимся планом по завоеванию Рыбки, и улыбаюсь, останавливаясь в нескольких шагах от двери Сомовой, глядя на попытки попасть ключом в замочную скважину.

— Помощь нужна? — спрашиваю, подходя ближе. Юля смотрит на меня растерянно, с трудом фокусируется, но ключи все же протягивает и переплетает наши пальцы на несколько мгновений:

— Ты нужен, — робко произносит, и мне срывает крышу.

Целую ее прямо в подъезде, и Рыбка отвечает, почти повиснув на мне. Нет сил ждать, говорить или вообще что-то делать. Я бы никогда в жизни больше не отрывался от ее губ, потому что они слишком манящие. С трудом открываю дверь, потому что приходится одной рукой держать Юлю — не хочу отпускать ее, — и мы наконец оказываемся в квартире, где за нами захлопывается дверь.

Она сама стягивает пальто, бросая то на пол в прихожей, и тянется ко мне за новым поцелуем, который я ей охотно дарю.

— Юль, прости меня, — шепчу, оторвавшись от губ. Кожа ее под моими пальцами горячая. Вижу улыбку и улыбаюсь сам. — Я знаю, что идиот и наговорил глупостей.

— Прощу, если перестанешь отвлекаться и займешься уже делом, — она снимает ботинки и отходит к дальней двери, ведущей в спальню.

Подхожу ближе, ведомый ее манящим пальчиком, хитрой улыбкой и блеском в глазах. Подозрительным блеском. Обхватываю талию Рыбки, прижимая к себе. Тело мгновенно отзывается на ее присутствие, и в штанах становится теснее.