Чтение онлайн

— Он что, был фашистом? — подключился к разговору капитан.

— Только формально, — голос Андриса звучал твердо. — Я не думаю, что дед разделял их идеологию. Просто он был патриотом и воевал там, где, как он считал, мог принести наибольшую пользу своей Родине.

— Но ведь он был в СС? — не унимался капитан.

— В зеленых СС. В тех, которые воевали на фронте. Он не был ни палачом, ни карателем.

За столом установилась напряженная тишина. Мороз понял, что все ждут его реакции на слова Бугкуса.

… - Гордится своим дедом или нет, это личное дело каждого. — начал Максим. — В конце концов, дед Андриса не запятнал рук кровью невинных людей. Что же касается выбора, на чьей стороне воевать, то черта под этим была подведена в 1945 году в Нюрнберге. И, давайте, на эту тему дискутировать не будем… Что касается самого лейтенанта, то он, конечно, отрицательно относится к фашистской идеологии, иначе он не был бы среди нас… Верно я говорю? — обратился Мороз к Буткусу.

— Верно, как верно и то, что я отрицательно отношусь и к коммунистической идеологии.

— Представьте, и я тоже. — улыбнулся Мороз, снимая напряжение. — А не пора ли нам на покой, господа?

Кто ходит «в гости» по ночам?..

… В третьем часу ночи его разбудил посыльный.

… - Господин комиссар, господин майор срочно просит Вас подойти на плац…

Плацем в лагере именовался небольшой клочок земли неподалеку от штабной палатки.

… - Что случилось?

— В форте посторонние…

Военные называли охраняемую территорию фортом, против чего Максим, впрочем, и не возражал.

… - Сейчас буду.

… Плац был освещен светом автомобильных фар. В центре стояло трое носилок, возле которых суетились «док» и медсестра миссии МС. Тут же расположились еще несколько человек в окровавленных повязках, ожидая своей очереди. Рядом было сложено оружие. И пришельцы и оружие находились под охраной солдат миссии. Все как положено. Мимо Максима в сторону носилок быстрой походкой прошел Гашек, коротко поздоровавшись на ходу. За ним следовало несколько сотрудников госпиталя.

… - Господин комиссар… — Мороз обернулся.

К нему подошел майор и вместе с ним какой-то незнакомый военный в камуфляже.

— … Позвольте представить Вам полковника Стюарта, командира отряда, который встал лагерем неподалеку от форта, — отрапортовал майор.

Обмениваясь приветствием, Максим отметил, что у полковника на поясе кобура с пистолетом. «Непорядок, ну да бог с ним».

… - Учитывая обстановку, не могу сказать, что рад знакомству, полковник. Однако позвольте поинтересоваться: кто вы и как сюда попали?

— Я, советник командующего освободительной армией, генерала Танга. Со мной несколько моих ребят и бойцы из личной охраны генерала: все кто остался в живых после недавнего боя. В этот район мы попали, уходя от преследования правительственных войск. Мы сумели запутать следы, и, думаю, часов шесть у нас есть. Сам генерал в бою получил серьезное ранение и находится на одной из этих носилок.

— У вас есть какие-либо просьбы?

— Мы бы хотели оставить раненых у вас, за исключением генерала, его мы заберем с собой. Через пару часов мы свернем лагерь и продолжим путь. Если вы нас еще и покормите, будем благодарны.

— Насчет раненых не беспокойтесь. Они будут под защитой МС ООН, естественно в качестве интернированных лиц.

— Разумеется, господин комиссар, — вздохнул полковник, — разумеется…

— Мой долг, полковник, велит мне предложить вам и остальным бойцам вашего отряда, сложить оружие и сдаться МС ООН, под гарантии личной безопасности.

Полковник покачал головой.

— Спасибо за предложение, но мы не можем его принять.

— Ваше право… Господин интендант, — обратился Максим к ирландцу, которого он тоже приказал разбудить, как только оценил обстановку, и который вот уже с минуту топтался рядом с ними. — Организуйте для людей полковника горячее питание. И приготовьте им в дорогу воды, еды, медикаментов ну и еще чего, что им может понадобиться, за исключением оружия и боеприпасов, конечно.

— Хорошо, господин комиссар, все седлаю.

— Спасибо, господин комиссар, — поблагодарил полковник.

— Господин майор.

— Да, сэр.

— Я вижу вы и полковник знакомы друг с другом. Меня это не касается, но ваше знакомство не должно послужить поводом для нарушения запрета в отношении передачи оружия или боеприпасов…

… - Нет, сэр, — поспешил отрапортовать майор, не дав Морозу закончить.

— Что нет? Нет «да», или нет «нет»?

— Я имел в виду, что ваш приказ будет выполнен в полном объеме.

— Так-то лучше…

… - Господин Мороз — к ним подошел Гашек. — Мы закончили осмотр раненых. Все они будут госпитализированы. Нескольким потребуется операция, двоим срочная, в том числе генералу.

— Доктор, — вмешался полковник, — мы выступаем через два — два с половиной часа. Генерала мы заберем с собой. Прошу вас закончить операцию к этому времени.

— Да вы спятили. Это абсолютно исключено. Лучше пристрелите его сейчас. Я, по крайней мере, сэкономлю на операции… Короче, или забирайте его прямо сейчас или забудьте про транспортировку на несколько дней. Решайте, — после этих слов Гашек повернулся и направился в сторону ворот.

… - Черт. Задерживаться здесь мы не можем, оставлять генерала тоже. Через несколько часов прибудут правительственные коммандос и заберут генерала, а для него это верная гибель… Его можно где-нибудь спрятать? — обратился полковник к Максиму.

— Ну, это вряд ли. Тем более, что в госпитале наверняка есть соглядатаи. Тем не менее, если вы примете решение оставить генерала в миссии, то я готов гарантировать его безопасность.

— И каким же образом вы намереваетесь обеспечить безопасность генерала?

— Охрану внутри госпиталя обеспечить не проблема, к тому же мы поместим генерала в госпиталь не под его собственным именем, а под вымышленным, хорошенько задрапируем ему лицо бинтами, благо ранения это позволяют, и таким образом уменьшим вероятность его опознания. Если же это все-таки случиться, что, не будем лукавить, не представляется мне таким уж невозможным, мы просто откажемся выдать генерала. Ведь судьбу интернированного лица, находящегося под защитой МС ООН может решить только Международный трибунал. А он разрешения на его выдачу не даст. Что касается захвата генерала силой, то для этого потребуется провести серьезную войсковую операцию, на которую вряд ли кто решится, учитывая серьезные последствия. Миротворцы защищены надежными международными гарантиями.