Сострадание к врагу
Шрифт:
— С травой и вправду что-то происходит, — подтвердил Кеша. — Я сам видел, как у нее отрастают усики и иглы. Специально рассматривал. Когда мы приземлились, трава была совсем другой. Разве вы не помните?
— Может быть, это связано с приближением сезона дождей или ветров? Смотрите, действительно мышка.
Йец подняла с земли и посадила себе на ладонь забавное серое существо величиной со спичечный коробок. Мышка ни капли не боялась. Опираясь на задние лапки, она деловито запихивала себе в рот довольно большой осколок заячьей кости. Кость хрустела, острые зубки делали свое дело. Похоже, что мышка тоже была хищницей.
Когда солнце село, люди погасили костер, вошли в корабль и закрыли дверь наружного шлюза. Внутри их ждала еще одна неожиданность: голова металлического пса, которую они взяли с собой как сувенир и которая считалась безнадежно испорченной, неожиданно включилась. Загорелись глаза, задвигались челюсти, механическое животное завыло.
— Придется убить ее еще раз. Убить, разобрать на части и выбросить, — заявил Денисов. — Будем хоронить ее по частям, как вампира.
— Не торопись, — охладила его пыл Йец, — это было бы слишком.
— Что ты хочешь сказать?
— Это все-таки собака. Друг человека.
Она осторожно протянула руку к тяжелой металлической голове и погладила ее. Вой прекратился. Похоже, что голове понравилось.
— Ты собираешься ее приручить?
— А почему бы и нет? Она может служить сторожем, если на ночь ставить ее при входе. Она никого не пропустит, а если что, разбудит нас.
— И ты можешь доверять этому чудовищу?
— Она не чудовище. Чудовищем был скирс, который сидел внутри пса. Помнишь, та лысая мокрая гадина, которую я застрелила? Именно скирс выполнял приказы Бойда. А это просто робот. Смотри, я ему понравилась.
— А можно я поглажу? — спросил Капитан.
— У нас осталось еще несколько запасных частей этого пса, — вспомнил Денисов. — Что-то вроде лапы. Я схожу и посмотрю.
Вскоре он вернулся с куском лапы. Это была подушечка ступни с огромными когтями. Ступня ожила: она ритмично вздрагивала и то втягивала, то выпускала когти на всю их ужасающую длину.
— Любопытно, из чего они сделаны? Это те самые когти, которые оставляли глубокие царапины на нашей обшивке, — заинтересовалась Йец. — Они должны быть на порядок прочнее алмаза. Если мы когда-нибудь вернемся на вашу любимую Землю, эти когти будут находкой для земных химиков. Для Земли это технология будущего.
— И мы станем богачами, — подытожил Капитан. — Денисов наконец-то женится, заведет детишек и дачу на тропических островах. Сколько детишек вы собираетесь заводить?
— Мы? — удивилась Йец.
— Ну а кто же у нас сладкая парочка? Молчу, молчу. Вы уж простите старика.
Йец скептически улыбнулась. По всему было видно, что она не мечтает о подобной перспективе.
— Смотрите, мышки! — закричал Кеша.
За этот день были установлены два боковых экрана, и теперь «Гордый» видел всё, что происходило вокруг. Сейчас на равнине творилось что-то невообразимое. По экранам скакало такое множество мышей, что казалось, снаружи идет странный серый дождь.
Мыши не давали спать всю ночь. «Гордый» включил прожектора, чтобы в темноте была видна окружающая его территория. Трава исчезла под жутким ковром из мелких зверьков. Равнина превратилась в мышиное море. Мыши лезли на стенки корабля, срывались, лезли снова. Они пытались грызть обшивку и двери. Теперь понятно, почему зайцы исчезали с наступлением вечера. Вряд ли они бы выжили в той буре хищной жизни, что бушевала снаружи.
— Обратите внимание, что трава стала гораздо плотнее именно к вечеру, — сказала Вера. — И эти колючки, которые на ней появились, помните? Должно быть, так она приспосабливается к такому огромному количеству мышей. Если здесь часто такое творится, то мне планета совсем не нравится.
Около двух часов ночи они снова поджарили зайчатину и поели. Мыши продолжали волнами бросаться на корабль, так, словно их маленькие зубки могли справиться с боразоновой броней обшивки.
— Не хочу вас пугать, но в этой зайчатине или что она там есть абсолютно точно содержатся гормональные вещества, причем в большом количестве, — сказала Вера. — Я в этом уверена. Посмотрите на Кешу, у него растет борода.
— Я становлюсь мужчиной, — отозвался Кеша. — Давно пора.
— Да, но не в один же день! Кроме того, волосы на моих руках тоже потемнели. Если так пойдет дальше, то через несколько дней женщинам тоже придется бриться.
— Точно, я тоже это заметила, — сказала Йец. — А наши голоса? Они становятся грубее.
— Я ничего не замечаю, — возразил Капитан.
— Потому что вы мужчина. В зайцах, которых мы едим, скорее всего, содержится мощный заряд мужского гормона, и он сразу же действует на наши тела. Пусть это не настоящий человеческий гормон, но это вещество, которое действует точно так же. Я больше не буду есть это мясо.
— По-твоему, лучше умереть от голода? Кроме зайцев здесь ничего нет. Чем ты собираешься питаться? Травой? Или мышами?
— И тем, и другим, — заявила Йец. — Здесь обязательно должны быть съедобные фрукты или коренья. А мыши — такая же живность, как и всё остальное. Я не брезгливая и согласна питаться мышами. Наш кухонный робот сделает из них отличный зельц, вы и не поймете, что это мышиное мясо. У нас не будет недостатка в пище. Смотрите, сколько их. Можно кормиться вечно, и меньше их не станет. Нужно только придумать способ, как их ловить.
— А если попробовать есть только зайчих, то есть самок? Тогда вы будете потреблять меньше мужских гормонов и больше женских, — внес предложение Денисов. — В конце концов, мужчины могут есть самцов, а женщины самок. Так мы сохраним гормональный баланс.
— Излишек гормонов вреден в любом случае, — сказала Вера. — Поначалу нужно взять пробу этого мяса. И разложить ее по молекулам, чтобы знать всё. Гормоны гормонами, но кто поручится, что в мясе нет чего-нибудь похуже гормонов? Мы постоянно едим, и мы постоянно голодны. Вам это не кажется странным?
Несколько секунд было тихо.
— Я снова хочу есть, — сказала Йец. — Хватит пустых разговоров! Давайте лучше наловим мышей.
Но это была не лучшая идея.
Стоило чуть приоткрыть дверь шлюза, как волна мышей хлынула внутрь корабля. За несколько секунд шлюзовая камера наполнилась мелкими пушистыми созданиями. В шлюзовой камере было несколько систем экстренной дезинфекции. Теперь оставалось только использовать эти системы, чтобы убить пленников, потом собрать их, отнести и загрузить в холодильники.
Однако через пять минут после того, как камера наполнилась инертным газом, мыши продолжали шевелиться как ни в чем не бывало. Им не нужен был кислород, а аргоново-криптоновая смесь не была для них смертельной.