Чтение онлайн

Теперь он двигался с постоянно вытянутой вперед рукой, при этом сам шел по самому краю тропы, чтобы иметь возможность для маневра.

Часть сознания, которая не была занята оценкой ситуации, рассуждала на тему, где же можно найти код от люка, ведущего в... Куда? Потайной бункер с оружием и припасами? Или там скрыт какой-то подземный ход, пронизывающий всю арену, позволяющий перемещаться по ней оставаясь незамеченным? Или это вовсе был некий технический узел, который атлеты и вовсе не должны были найти?

Последнее предположение было самым фантастическим. Все, что Олег знал о состязании, а этого накопилось совсем не мало, особенно после того, как он сам оказался внутри, говорило о том, что триумфаторы и те, кто стоял за ними, отнюдь не были идиотами, способными разместить нечто подобное под носом у участников, даже хорошо спрятав. Наверняка это все же один из действительно стоящих сюрпризов для атлетов, добраться до которого означало почти победить. Все дело было в этом самом почти.

Олег прекрасно помнил, как в прошлом году, летом, совсем молоденькая девушка с яркими карими глазами, прошедшая только подготовку перед шоу, умудрилась выиграть. Ей противостояли действительно сильные соперники, но все они оказались неспособны пережить состязание, в то время, как у этой девушки получилось, за счет умения собраться и просчитать все ходы. Сила и ловкость были не на ее стороне, но она с легкостью смогла компенсировать это своим умом и умелым использованием ловушек на местности, обратив их против своих врагов. Справедливости ради, этот ее талант не помог ей пережить поход в Кремль.

Покачав головой и решив разбираться с одной проблемой за раз, Олег снова остановился и прислушался.

Где-то вдалеке громко хрустнула ветка. Ему могло показаться или он выдал желаемое за действительное, но никакого другого ориентира все равно не было, поэтому атлет отправился на звук.

Он свернул с тропы, забравшись в заросли колючего кустарника. Каждый осторожный шаг казался ему слишком тяжелым и выдающим его местоположение, поэтому мужчина то и дело прятался за стволами попадающихся на пути деревьев и высматривал возможных противников. Олег не забывал о том, что вокруг может быть полного дикого зверья, а где медведи, там точно есть и волки, пусть ему и не довелось до сих пор услышать их пронзительного воя. Звуков, издаваемых животными, было вообще слишком мало. Вороньи крики, которые он слышал минут пятнадцать назад, уханье сов, редкие переливы ночных пташек и тот молчаливый мишка, перешедший ему дорогу, вот и все, что подкрепляло его знания о местной фауне.

В какой-то момент ему начало казаться, что он стал жертвой собственного воображения. Мальков на самом деле находится совсем в другом месте, а Олег гонится за призраком, но останавливаться в любом случае было поздно. Двигаться в выбранном направлении в любом случае было правильным: эту часть арены, он еще не исследовал, а значит, вполне можно было идти до самой стены.

Она высилась впереди черным пятном, гораздо темнее, чем медленно светлеющая темнота вокруг. Порочный круг, с усмешкой подумал Олег, оскалив зубы, позволив ненадолго вырваться и своему безумию, нарастающему бурей где-то в глубине сознания. Хотелось закричать и начать рубить ближайшее дерево, но куда лучшей альтернативой казалось с хрустом вонзить лезвие в голову соперника, притаившегося где-то впереди.

Стена же оставалась безразличной ко всему происходящему. Глядя на нее можно было представить, что за ней находится что-то поистине невероятное, захватывающее и поражающее воображение, но вряд ли даже любители самых смелых фантазий могли бы посчитать полуразрушенную Москву пределом мечтаний. Невозможно представить, сколько крови в фундаменте этой постройке, не говоря о том, сколько невинных душ погребено под так и не расчищенными завалами по всему мегаполису.

Олег остановился, удивившись мысли, промелькнувшей в голове.

Возвращаться в тот мир, что остался за спиной, за этой черной преградой, ему совершенно не хотелось. Он чувствовал свою связь с Марго, чувствовал себя во многом обязанным ей, но сейчас, будто став кем-то другим, он готов был умереть здесь, лишь бы не просыпаться, вновь понимая, во что превратилась человеческая жизнь.

Шуршание у себя за спиной он услышал чуть ранее, поэтому был готов к чему угодно, но пребывая в смятении, Олег не смог совладать со своим телом лишь частично уклонившись от тяжелого удара.

Ловко перекувырнувшись, не выпустив из рук топора, он сбросил с плеч мешок, обрез и обернулся.

Все это время он думал, что является охотником, когда на самом деле все обстояло немного иначе. Дичью он бы себя не стал называть ни в коем случае, но смотрящие на него горящие глаза Алекса Малькова имели свое мнение на этот счет. Атлет был весь перемазан в грязи. Костюм местами разорван, а сквозь прорехи в ткани виднелись глубокие порезы. В отличие от Олега он будто искупался в выгребной куче и сейчас практически сливался с темнотой и без маскировочного плаща. Пальцы его правой руки сжимали увесистый булыжник с прямыми гранями, которым можно было не только ударить, но и пырнуть, вполне вероятно не хуже, чем коротким ножом, разве что не с такой же скоростью.

– Ну что, Курганов, только ты и я. Узнаем, кто сильнее или подождем остальных?

Он перекинул камень из ладони в ладонь, будто пушинку. Стоя на полусогнутых ногах, атлет готов был броситься в бой, что совсем не вязалось с его желанием поговорить.

Олег поводил плечом, убеждаясь, что серьезно не пострадал.

– Как это странно, - продолжал Алекс, - нас как будто стравили, тебе так не кажется?

– Ты слишком много болтаешь.

Вокруг засветились сразу пять красных огоньков: из кустов, с веток деревьев, даже прямо над головой, будто камера висела в воздухе. Несколько минут назад ничто не выдавало присутствие такого количества транслирующих устройств.

– А мне нравится. Раз язык болтает, значит, я еще живой. Вот так.

Он высунул изо рта свой язык и быстро зашевелили им.

Это отвратительное зрелище будто подтолкнуло Олега в спину. Между ними было слишком маленькое расстояние для полноценного замаха, поэтому мужчина пытался ударить своего противника обухом топора в грудь и свалить на землю, получив преимущество и превосходство. К тому же Олег наблюдал за всеми атлетами в клетке, и представлял, на что тебе были способны. Скорость точно не была коньком его текущего противника, а вот выносливость играла против него.

Мальков конечно же блокировал удар, подставив левую руку, в которой ничего не было, но даже шага назад не сделал, только чуть покачнулся, что позволило ему провести ответный ход: гладкий булыжник полетел точно в лицо Олегу. Увернуться было несложно, но совладать с ринувшимся за ним в атаку мужчиной получилось уже не так просто. Болезненный удар в локоть заставил Олега выпустить из руки топор и вскрикнуть от колющего импульса, прошедшего по плечу до основания шеи. А после не удалось избежать захвата, который Алекс с завидной легкостью превратил в бросок через бедро.

Кости противно захрустели, пока Олег падал и катился по земле, но боль только раззадорила его. Подскочив на четвереньки, он бросился вперед, подхватив своего противника за ноги и уронив на торчащие повсюду корни деревьев.

Он чувствовал, что прямо сейчас может свернуть ему шею, но это было бы слишком просто. Придавив противника своим весом к земле, Олег вцепился ему в горло.

– Убьешь меня, - захрипел Алекс, - и не узнаешь, почему я продырявил девчонку.

Атлет пытался вырваться из крепкой хватки, но силы быстро покидали его. А Олег размышлял, так ли ему важно это знание и почему вообще Мальков заговорил об этом на краю жизни. Неужели он знал что-то такое, что можно было использовать в качестве козыря? Или же просто попытка уцепиться за любую возможность, чтобы хоть немного продлить свое существование?