Чтение онлайн

— Чувствую себя крутым обществом! — сыронизировала я.

— Почему?

— В моем обществе вам молчится лучше, чем в обществе ваших четвероногих! — И я тоже села, скопировала позу Джерга, уставилась в горизонт. — Ну что же, помолчим…

Четвероногие, кстати, неподалеку устроились, косо на меня поглядывая. Ревнивые тут собачки… ночью лучше не бродить…

И тут ассаэн выдал:

— Я прошу прощения за недавний инцидент.

Недоверчиво взглянула на высокородного. Недоверие мое оправдано — эти за приступы нестабильности прощения никогда не просят. А Джерг-младший просит. Странно. То есть, с одной стороны, приятно, все же додумался, но с другой… Раз просит прощения, значит, знает, за что. Да и действия его в невменяемом состоянии, это… хм… прямо совсем… хм!

— В общем, так, — я поднялась, отряхивая призрачную пыль со штанов, — чтобы я вас больше в своей комнате не видела! С вашими эротическими порывами боритесь сами — вы мальчик уже взрослый, объяснять, что и как, смысла не вижу! Если нужна женщина для снятия, скажем так, напряжения, четвертая, пятая и седьмая дверь справа от моей комнаты. Нужно с кем-то… хм… помолчать — у меня с собой квалифицированный психолог, первая дверь слева от моей комнаты! Все вопросы ко мне в присутствии свидетелей! На этом все!

И я вознамерилась уйти, даже ногу занесла, чтобы сделать шаг. И я бы его сделала, если бы вторую мою ногу не обхватила лапа высокородного. Причем он не только схватил, он еще и дернул так, что я начала на него падать. Поймал, осторожно посадил рядом, ненавязчиво давая понять, что разговор не завершен.

— Я был вежливым! — ледяным тоном произнес генно-модифицированный, держа меня за руку.

— Я тоже, — ой, чувствую, сейчас у меня точно приступ будет, — я не оскорбила вас, не высказала все мысли по поводу произошедшего и не планирую выносить случившееся на ваш Семейный Совет.

Осознал намек, отпустил. Теперь хмуро смотрел, не отрывая взгляда.

— Что? — не выдержала я. — Привыкли к сплошной безнаказанности?

— Не ожидал, что у вас настолько высокий уровень квалификации, — сознался Джерг.

— А вы ожидали другого от дядюшкиного засланца?

— Учитывая, что подобрал вас на дороге… да, ожидал иного.

— Это вы к тому, что ценные кадры на дороге не валяются? — догадалась я и беспечно пожала плечами. — У всех бывают неудачные дни.

— Я понял.

— Ну, — я снова поднялась, — жду вас в восемь вечера.

И с этими словами я гордо удалялась, ровно до того момента, как Джерг задал вопрос в лоб, точнее в спину:

— Тиа, почему от вас каша убежала?

— Совести у нее не было, — призналась я. — Соль была, перец тоже, а совести ни капли. Вот она и сбежала… и отмывалась тяжело, гадина.

— Не понял.

Вот непонятливый! Возвращаюсь, но рядом не сажусь, так и стою в шаге от Джерга.

— Понимаете, я пыталась сварить кашу на обед.

— Зачем?

Он меня убивает своими вопросами.

— На обед, что тут непонятного?

— Тиа, — Джерг тоже поднялся, — я же сказал, что вас будут кормить, к чему порыв с варкой каши? Вы что, готовить умеете?

— В том-то и дело, что нет, — призналась я. — Карвинг — это мое, сервировать стол даже в средневековом стиле — без проблем, а с готовкой… как-то не задалось. И в результате каша обнаглела и полезла из кастрюли. Кухня… в общем, оказалась вся в этой синей каше. Потом пришла Лидия и от увиденного озверела… потом вы пришли и тоже озверели… от увиденного.

Каюсь, в этот момент глянула на Джерга. Опять дышать начинает.

— Тормозите агрессию на этапе формирования, — посоветовала я. — В общем, с кашей вам теперь все ясно, и я пошла. Еще дел много, беседку строить надо и к ужину готовиться.

— А пол вы зачем мыли? — не дал уйти высокородный.

— Ну, знаете ли, — я опять развернулась к Джергу, — люди в озлобленном состоянии — это иной раз так же страшно, как и вы, сверхлюди.

— Я уже извинился.

— Именно это меня и пугает, — призналась я. — Но я вам не доктор, чтобы сейчас сесть рядышком и обстоятельно выяснять симптомы проявления вашей нестабильности. Лечитесь сами.

И я опять собралась уйти, а он снова задал вопрос:

— Тиа, почему вы позволяете так с собой обращаться?

Вопрос был хороший такой. С подоплекой. И мне если честно, ответить было нечего. Явно ведь, имеет в виду и ситуацию с Киану, хотя и с Лидией нехорошо получилось. Зачем я взялась мыть тот пол? Хотя я знаю зачем, а точнее, почему — чувствовала свою вину. Вот так и с Киану — я чувствую свою вину, в этом-то и проблема.

— А меня все устраивает!

И я снова побежала, на этот раз уже в нормальном темпе.

Дом я оббежала только раз, еще один «виток успокоения» сделать не решилась, и пришлось возвращаться к своим профессиональным обязанностям.

Мое явление в мир утонченных и негромко меня, любимую, проклинающих моделей не прошло не замеченным. Прелестницы, несколько утратившие утреннюю свежесть, злобно взглянули на своего командира и попытались возмущаться.

— Скоро обед, — превентивные меры — это мой конек.

Прониклись, прикрыли ротики с идеальными зубками, вернулись к письменной работе.

— Так, кто все написал, может сдавать, — предложила я.

Высокородные поднялись одновременно. Слаженным строем направились ко мне, протягивая исписанные каллиграфическим почерком странички. Осторожно принимаю поданное и, только забрав все листочки, радую девушек.

— Ну раз вы уже все сделали, ступайте на кухню помогите Лидии стол накрыть.

Окрысились, ощерились, готовятся бить больно.

— У нас равноправие, — напомнила я, — и мне сегодня еще победительницу выбирать.

Молча развернулись и так же слаженно потопали по направлению к кухне.

— Только не мусорить там! — это был уже вопль в семь уходящих спин. — Иначе ужин сами будете готовить!

Подхватив протянутый Джастином сейр, беру и самого психолога и устраиваюсь подальше от девчонок, на софе у окошка. Тут и светлее, и сели мы спиной к подопечным.

— Тиа, — едва сели, начал Джастин, — трое не стабильны.

— Да? — я скептически изогнула бровь. — Это их личные проблемы.

— Да, — согласился мой психолог, — но подло было бы с нашей стороны не сообщить об этом Джергу.