Чтение онлайн

— Райан, сколько сейчас времени? — спросила она. — Райан!

— Сейчас час двадцать, — сказал он ей. — Есть там кто наверху? — добавил он в промежуток между пролетами.

— Райан, послушай меня! — попросила она. — Мой сын заканчивает учиться в час сорок пять. Сделай что-нибудь!

— Я пытаюсь…

— Нет, послушай, — настояла она, — у них моя машина. Ты понимаешь, что это значит? Мой сын в нее сядет! Сделай что-нибудь!

— Проклятье! — она снова говорила ему, что делать. Он застыл на месте, не решаясь двинуться ни в ту, ни в другую сторону. Ее голос эхом отдавался в голове: снова и снова он слышал ее всхлипы и звук удара, когда тот парень бил ее. А теперь голос говорил о сыне и куда тот ходит в школу.

— Проклятье! — заревел он и влупил кулаком в стену. Как только он это сделал, то почувствовал себя идиотом. Пинание бетонной стены — это самое глупое времяпрепровождение в подобных обстоятельствах: больше боли принес руке, чем повреждений бетонной стенке. Так говорил ему его отец, когда Райан был значительно моложе и имел склонность лупить стены.

Но сейчас расстройство его было слишком велико, чтобы почувствовать такую незначительную вещь, как боль. Он побежал обратно вниз.

Он ворвался через лестничную дверь в помещение участка, и ему показалось, что количество людей там удвоилось, а уровень хаоса, по меньшей мере, утроился. Увернувшись от двух бандитов, которые колошматили друг друга почем зря, он схватил за рукав первого попавшегося человека в униформе.

— Офицер, у меня экстренный случай… — начал он.

Полицейский довольно грубо оттолкнул его в сторону и повернулся к бандитам, пытаясь втолкнуться между ними. Он использовал свое тело, чтобы разделить их, пока двое других полицейских растаскивали их в разные стороны.

— Райан, послушай, для этого нет времени! — настаивала она, пока он пытался выловить другого полицейского, который увертывался от Райана, делая неопределенные жесты. — Просто, пожалуйста, поезжай в школу, пожалуйста!

Райан колебался: между попытками привлечь внимание какого-нибудь копа или сделать по ее велению и вернуться назад (может быть) к неправильно запаркованной «бронко». Наилучший способ помочь ей — это заставить полицейских заняться ее проблемой, ведь полицейские могут сделать намного больше, чем он.

Проблема заключалась в том, что он умудрился найти единственный полицейский участок в Лос-Анджелесе, в котором копы были слишком заняты, чтобы услышать его. Если он все же заставит кого-нибудь из этих парней серьезно выслушать его и помочь, то, может быть, будет уже слишком поздно для этой женщины и ее сына. А поиски другого участка займут еще больше времени.

К тому же ситуация вряд ли будет лучше в окрестных участках. А может, даже и не только в окрестных. С этой войной банд или наркоторговцев, или кого там еще, все должно быть сумасшедшим. Такое, конечно, случалось в Лос-Анджелесе, в нем все возможно. «Сегодня знаменательный день, — думал несчастный Райан, — для тех, кто набрал номер 911».

«У меня есть маленький мальчик, ясно? Езжайте в школу Ваймен в Вествуде».

Он выбежал в переднюю дверь.

— 1)где ты сейчас?

Должно быть, она спросила об этом уже в тысячный раз за последние тридцать секунд. Это начинало сводить Райана с ума.

— Я только что выехал с Сансета, — как можно спокойнее сказал он.

— Тогда поверни налево и потом вперед еще две мили. Быстрее! Ты должен поторопиться!

«Нет, черт тебя дери», — хотел он огрызнуться, но с трудом успокоил себя.

— Расслабься, а?

Как только эти слова вылетели из его уст, он понял, какую чушь сказал, и поморщился. «Где эти чертовы копы, когда они тебе действительно, действительно нужны? Вот что я хотел бы знать», — думал он. Он смотрел по сторонам в поисках полицейских с радаром, которых в любой другой день было пруд пруди, но не сегодня.

Он круто повернул направо, зная, что это слишком для его «бронко». Протестующе заскрипели шины.

— А вообще, чего хотят эти ребята? — спросил он женщину.

— Я не знаю, — беспомощно ответила она. — Я преподаю естествознание и биологию в пятом классе. Что может быть кому-либо нужно от меня?

«Интересная точка зрения», — подумал Райан.

— А ваш муж? Он богат?

— Что? Нет, он риэлтер, — ее голос дрожал. — Не могу даже представить, из-за чего это могло произойти.

К пущему смятению Райана, она снова начала плакать. Прямо в телефон, конечно, и прямо в его ухо, а оттуда в мозг. Черт побери, у него скоро кончатся силы слушать этот бесконечный плач.

Никогда в жизни до этого он не слышал такого сильного и долгого плача. Он не мог поверить, что обычная женщина способна плакать так интенсивно и долго, как эта, и, должно быть, у нее скоро кончится жидкость в организме.

Конечно, у нее были причины, чтобы пореветь. Но господи, она плачет, и плачет, и плачет, и плачет, и еще немного плачет. Даже если все действительно плохо — он пытается помочь ей, но вряд ли сможет что-нибудь сделать с ее бесконечными всхлипами и стонами под ухом.

Он попытался расспросить ее о чем-нибудь важном, что поможет спасти жизнь ее и ребенка. Но вместо нормальных ответов получал только вариации на тему: «Я не знаю», сопровождаемые истерическими срывами и ведрами слез.

Проклятье, имеет эта женщина представление о том, что такое пробираться сквозь пробку в Лос-Анджелесе, когда у тебя под ухом все время кто-то ревет и умоляет ехать быстрее? «Я вел машину, как маньяк, выскальзывая и вновь заезжая в пробку». Ему действительно крупно повезло, что он не устроил какую-нибудь аварию на дороге.

Нет, ему крупно повезло, что он не устроил целую серию аварий.

Тут он понял, что впереди идущая машина, с надписью «Автошкола Тагерт», не собирается уступать ему дорогу. И вряд ли разгонится выше предела в тридцать пять миль в час в ближайшем обозримом будущем.

«Великолепно», — подумал он и в сердцах ударил по рулю.

— Эй, бабуля! — крикнул он, высовываясь из машины насколько возможно. — Давай же! Поднажми!

С тем же успехом он мог бы попросить старушку отрастить крылья и взлететь. Тяжело дыша, он включил правый поворотник в тот момент, когда серый «мерседес» скользнул в образовавшееся там место. Водитель «мерседеса» тут же сбросил скорость до тридцати пяти миль, оставляя Райана в одиночестве наслаждаться веселым разговором по телефону.