Чтение онлайн

– Томас, – сказала она, – это мистер...

– Трейси, – подсказал я, ибо под таким именем представлялся другим жителям улицы, и покраснел, чего со мной не случалось уже лет пятнадцать. Таким людям не лгут.

Как оказалось, их фамилия была Квейр, и были они старыми любящими супругами. Она называла его «Томас» и каждый раз произносила это имя с явным удовольствием. Он говорил ей «моя дорогая» и даже два раза встал, чтобы поправить подушки, на которые она опиралась своей хрупкой спиной.

Прежде чем мне удалось убедить их выслушать мой первый вопрос, я должен был выпить с ними чашечку чая и съесть парочку маленьких пирожных с корицей. Миссис Квейр издала несколько сочувственных причмокиваний, когда я рассказывал им о старушке, упавшей с трамвая. Потом старик пробормотал себе в бороду: «Это ужасно...», – и угостил меня толстой сигарой.

Наконец я закончил рассказ и описал им разыскиваемого.

– Томас, – сказала миссис Квейр, – а не тот ли это молодой человек, который живет в том доме с перилами. Тот, который всегда выглядит чем-то озабоченным?

Старик размышлял, поглаживая свою снежно-белую бороду.

– Моя дорогая, но разве волосы у него темные? – сказал он наконец.

Старая женщина просияла.

– Томас такой наблюдательный! – сказала она с гордостью. – Я забыла, но у того молодого мужчины действительно светлые волосы. Значит, это не он.

Потом старик высказал предположение, что парень, живущий через несколько домов от них, может быть тем человеком, которого я ищу. Только после довольно продолжительной дискуссии они решили, что он слишком высок, да и, пожалуй, старше. К тому же миссис Квейр припомнила еще кого-то. Они обсудили эту кандидатуру, а потом отвергли ее. Томас высказал новое предположение, которое тоже было забраковано. И так далее.

Сгущались сумерки. Хозяин дома включил торшер. Он бросал на нас мягкий желтый свет, остальная часть помещения оставалась во мраке. Комната была большой и изрядно загроможденной; в ней висели тяжелые портьеры, стояла массивная, набитая волосом мебель прошлого века. Я уже не ожидал какой-либо помощи с их стороны, но мне было удивительно приятно, а сигара оказалась отменной. Я все успею и после того, как выкурю ее.

Что-то холодное коснулось моего горла.

– Встань!

Я не вставал. Не мог. Я был парализован. Я сидел и пялил глаза на супругов Квейр.

Я глядел на них, зная, что это невозможно, чтобы что-то холодное касалось моего горла, чтобы резкий голос приказывал.

Миссис Квейр продолжала сидеть, опираясь на подушки, которые поправлял ее муж. Ее глаза за стеклами очков продолжали мигать столь же дружелюбно и благожелательно.

Сейчас они снова, начнут говорить о молодом соседе, который может оказаться тем человеком, которого я разыскиваю. Ничего не случилось. Я всего лишь задремал.

– Встань! – И снова что-то уперлось в мое горло.

Я встал.

– Обыщите его! – прозвучал сзади тот же резкий голос.

Старый господин медленно отложил сигару, подошел и осторожно ощупал меня. Убедившись, что я не вооружен,

он опорожнил мои карманы.

– Это все, – сказал он, обращаясь к кому-то, стоявшему позади меня, после чего вернулся на свое место.

– Повернись, – приказал резкий голос.

Я повернулся и увидел высокого, хмурого, очень худого человека приблизительно моего возраста, то есть лет тридцати пяти. У него была скверная физиономия – костистое, со впалыми щеками лицо, покрытое крупными бледными веснушками. Его глаза были водянисто-голубыми, нос и подбородок торчали вперед. Настоящий урод!

– Знаешь меня? – спросил он.

– Нет.

– Врешь!

Я не стал вступать с ним в полемику: он держал револьвер.

– Прежде, чем с тобой покончат, ты узнаешь меня достаточно хорошо, – пригрозил он.

– Хук! – прозвучало из-за откинутых портьер двери, через которую, по всей вероятности, прошел этот урод.

– Хук, иди сюда! – Голос был женский, молодой и чистый.

– В чем дело? – бросил через плечо урод.

– Он здесь.

– Ладно. Постереги этого типа, – приказал он Томасу Квейру.

Откуда-то из-под бороды, пиджака и крахмальной манишки старый господин добыл огромный черный револьвер. То, как он с ним обращался, отнюдь не указывало на отсутствие опыта.

Мрачный урод собрал со стула вещи, извлеченные из моих карманов, и исчез за портьерой.

– Пожалуйста, сядьте, мистер Трейси, – с улыбкой обратилась ко мне миссис Квейр.

Я сел.

Из-за портьеры донесся новый голос: неторопливый баритон с заметным британским акцентом, свидетельствующий о появлении образованной особы.

– Что происходит, Хук? – спросил голос.

Резкий голос ответил:

– Очень много. Они вышли на нас! Я как раз выходил на улицу, когда увидел этого типа, я его знал и раньше. Лет пять-шесть назад мне показали его в Филадельфии. Не помню, как его зовут, но морду его я запомнил. Он из Континентального детективного агентства. Я немедленно вернулся, а потом мы с Эльвирой наблюдали за ним из окна. Он шастал от дома к дому по другой стороне улицы и о чем-то спрашивал. Потом перешел на нашу сторону и, немного погодя, позвонил в дверь. Я сказал старухе и ее мужу, чтобы они впустили его, а потом попытались что-нибудь из него вытянуть. Он начал что-то выдумывать о парне, который будто бы был свидетелем того, как какую-то старуху ушиб трамвай, но это вздор. Он хотел узнать о нас. Я вошел и приставил ему ствол к глотке. Я хотел подождать тебя, но побоялся, что он что-нибудь учует и слиняет.

Голос с британским акцентом:

– Ты не должен был ему показываться. Они бы и дальше сами с ним управились. Хук.

– А какая разница? Он и так о нас все знает. А если даже и нет, то нам все едино.

Голос с британским акцентом сквозь зубы:

– Разница может оказаться очень большой. Это было глупостью.

Хук с визгливыми нотками в голосе:

– Глупость, да? По тебе так все глупость. Надоело! Кто проделал всю работу? Кто все тянет? Ну?! Где...

Молодой женский голос:

– Спокойно, Хук, мы знаем все это наизусть.

Шелест бумаг, и снова голос с британским произношением:

– В самом деле, Хук, ты прав. Он действительно детектив. Здесь есть его лицензия.

Женский голос из другой комнаты:

– Ну и что мы будем делать?

Хук:

– Проще простого. Замочим шпика.

Женский голос:

– И наденем себе петлю на шею?

Хук, с угрозой:

– А так у нас на шее нет петли, а? Ведь этот тип ищет нас по делу в Лос-Анджелесе, разве не так?