Чтение онлайн

Он снисходительно улыбнулся, явно довольный сказанным.

Суперсудьбоносная посмотрела на него и долго не отводила, как и он, взгляд, понимая, что перед ней уже не тот Дудар, который охотно присоединял своё мнение к её, а позже почтительно выслушивал её советы, прилежно перенимал науку управления себе подобными. И даже не тот хитровато немногословный, которого она знала, казалось, совсем недавно. Взгляд его был холоден и остер, и он устремлялся в неведомое ей. Мелькнула сожалеющая мысль об издержках возраста, ей уже не дано забегать далеко вперёд во времени и в этом она несомненно уступает не только ему…

Твоё решение не поддержат властительницы и раджинцы.

А я не прошу его поддерживать. У нас более нет Совета, все решения принимаю я, а все остальные должны их выполнять. Разве не так мы определились?

Я не выходила из Совета и не передавала тебе моего Слова.

У меня достаточно Слов других, чтобы принять любое решение. – Дудар поднялся и теперь значительно возвышался над Суперсудьбоносной, хотя был с ней одного роста. – Если пожелаешь, мы можем вынести моё Слово на площадь и оно будет поддержано…

Ты уверен?

Да.

Он усмехнулся и Суперсудьбоносная ему поверила.

Ты совершаешь непростительную и опасную для цивилизации ошибку, – произнесла она.-Я советую, ещё раз подумай…

И быстрым шагом, высоко неся, не утратившую надменности голову, вышла из дворца.

Поразительно быстро шло время на этой планете. Давно ли, в силу разных причин, представители трёх цивилизаций появились на ней, встретились, возвели город, уничтожили стражей, нашли похожих, а затем пережили нашествие пришельцев. Давно ли окружила город массивная стена. Давно ли пещеру, в которой когда-то прятались горожане, Дудар со своими помощниками превратил в тайное убежище, поражающее любого, впервые попавшего туда, своим невиданным, и на первый взгляд нелепым, великолепием блестящих золотых предметов и шикарных мехов, за которыми в дальние отроги гор, рискуя жизнью не раз ходили охотники. Но уже выросли дети детей тех, кого, опять же вроде совсем недавно, волею случая или по незыблемым законам Космоса, забросило на эту планету, затерянную на окраине галактики.

Уже совсем взрослой стала быстрая в движениях и резкая в оценках Гита, поразительно похожая на свою мать, и на бабушку, которых она совсем не знала, но о которых много слышала от преданного ей Будара. Было в ней что-то и от отца, Дудара, в котором она видела замену незнаемым ею матери и бабушки, отчего выплёскивала на него свою девичью восторженную любовь. И тот, не замечавший её прежде, подкупленный подростковой искренностью, стал уделять ей внимание. Может оттого, что Гита, фигурой и манерами напоминавшая больше юношу, великолепно стреляла из арбалета, и мало кто из сверстников мог с ней сравниться в сражениях на длинных ножах. А может потому, что та, как никто другой (разве что Валиса в первые годы их совместной жизни), умела его слушать.

Не отстала от Гиты в росте, но разительно отличалась более налитыми, округлыми, характерными для хрисов формами и рассудительностью Зута, дочь Суперсудьбоносной. Они были подругами, везде появлялись вместе и словно дополняли одна другую. В отличие от Гиты, Зута не стремилась быть первой в играх, но зато хорошо разбиралась в отношениях сверстников и давала правильные советы всем, кто к ней обращался.

Ростом уже догнал сестру и Абудар, сын Суперсудьбоносной и Красиса, который, к сожалению, не оправдал, возлагаемых на него надежд властительницы. Больше похожий на девчонку, чем на производителя, он предпочитал всем остальным занятиям общение с располневшим, редко выходящим из помещений, где готовилась еда, Зантисом.

Высоким и широкоплечим вырос Васис, сын героя и почётного Предводителя города Силаджа и пасынок нынешнего Предводителя Дудара. Не одна девушка желала стать его подругой, но тот словно не замечал подросших красивых сверстниц, пропадая целыми днями или в лаборатории, или в походах по окрестностям с Раджем, всё ещё остававшимся главным охотником планеты.

Выросли, но ещё не перешагнули подростковый рубеж и дети от связей с похожими.

Элаф, сын Элисы и Фака, героя пожертвовавшего собой во время противостояния с пришельцами, пытавшегося закрыть межпространственный переход, ничем не отличался от остальных детей, как впрочем и дети Всезнающей и похожих, которые выделялись лишь большей, чем у остальных сглаженностью черт лица, да немногословием. Разве что он был чуть ниже, но зато выносливее и сильнее более рослых ровесников.

Не выделяясь среди остальных, росли Адам и Ева, дети Князя и Эли, Красиса и Вал. Они были не по возрасту рассудительны и обладали талантом быстро осваивать любое новое дело. Играм предпочитали изучение пластин с картами планеты и Космоса, а также с записями, которые в своё время сделали все предводители, и сейчас хранящимися в дворце, в котором всё также продолжал безмолвствовать внешне не меняющийся и молчащий Хранитель.

У Аджи-младшей рос сын Силаджа Аджис, который и внешностью и характером был настолько похож на отца, что Монжа порой принимала внука за своего исчезнувшего сына.

Были сыновья и у Карисы от Гаджа, и у Валисы от Дудара, два неразлучных друга, Гантис и Элдар, даже внешне чем-то похожие.

Между Дцударом и Валисой уже давно наметилось непонимание. Но очевидным оно стало с того дня, как Дудар стал обращать внимание на Гиту. Валиса отнеслась к этому ревниво, упрекая, что он совсем не уделяет внимания своему сыну и симпатизирует и служит исключительно властительницам. Эти её слова удивили и обескуражили его: уж кто-то, а она должна была понимать, что он не отдаёт предпочтение ни одной из цивилизаций. И даже советы своей матери, Руты, зачастую игнорирует. Но если думает так она, значит могут так считать и остальные…

И он решил, что дальше медлить нельзя. Как некогда Совет мешал воплощению многих начинаний, так непререкаемый авторитет Суперсудьбоносной и матерей многочисленных отпрысков мешал ему править городом по своему усмотрению. Какое-то время он считал, что Гита, перед которой неожиданно почувствовал вину за предыдущие годы невнимания, будет ему помощницей. Но потом пришёл к выводу, что как бы она не походила на тех властительниц, которых он помнил, она всё-таки утратила непререкаемое превосходство. К тому же властительниц было меньше, чем представителей других цивилизаций и Суперсудьбоносная вынуждена была все эти годы уступать в решении многих вопросов. И хотя её Слово не утратило вес, она сама за это время стала другой, уже не претендовала на планету как на собственность и не ждала глиссера соотечественниц.

Нет, Гита, всё-таки не была настоящей властительницей, наверное, сказалась кровь раджинцев, переданная Дударом. А вот он чувствовал в себе больше качеств властительниц, хотя и осознавал, что в основе его идей – необъяснимая страсть к Освоению всего, что его окружает. И именно ради реализации Освоения именно он должен был управлять новой цивилизацией… Валиса этого так и не поняла. Те же Гадж и Адар если не понимали, то разделяли его желание объединения усилий всех на расширении сферы Освоения.

Разочаровавшись в Гите, он пытался приблизить к себе Элдара, своего сына от Валисы. Но не увидел в нём то, что находил в самом себе и даже в Гите. Тот своим желанием во всём помочь другим, угодить, готовностью подчиняться, больше походил на мать. Даже его пасынок и племянник Васис был более непокорен, более склонен добиваться своего, преодолевать препятствия. А Элдар даже в дружбе со своим сверстником, сыном Карисы и Гаджа, Гантисом был не ведущим, а ведомым.

А Дудару был нужен преемник, который бы понимал и поддерживал его без сомнений, множество грандиозных планов обуревали его. После нашествия пришельцев их жизнь ничем кроме возведения стены ознаменована не была. И последние годы он физически ощущал как ничем не нарушаемая повседневность расслабляла всех, делала существование бесцельным. Истории о былых сражениях с гигантами и стражами их родителей, неожиданная встреча экспедиции, в которой он участвовал, с похожими, наконец, противостояние посланцам Нигеи, в котором погибли Паркис и Силадж, уже стали легендами, в которые верилось с трудом. На какое-то время из этой рутины ему удалось вырвать подростков, когда он с помощниками обучал их искусству владения оружием. Но теперь и им нужно было дело, охота на беззащитных зверей, уже их не радовала.