Чтение онлайн

Из одиннадцати новых соучениц Дарка пока ни с кем не подружилась. Все, за исключением «трех принцесс», были как будто и неплохие, но ни одну из них нельзя было близко подпустить к сердцу. Только с Илоной Моршан у Дарки сложились относительно хорошие отношения, хотя и здесь сказывалась разница взглядов в вопросах воспитания и, так сказать, этики.

Когда под впечатлением Наталкиного письма Дарка рассказала Илоне, что в Черновицах кое-кто ее очень интересует, Илона тотчас спросила:

— А кем он будет, когда кончит гимназию? Сколько будет зарабатывать?

Сбитая с толку девушка ответила, что Данко пока только заканчивает гимназию, а в будущем готовится стать музыкантом. Илона замахала руками:

— Охо-хо-хо!.. Святой дух да хранит тебя от музыканта! С музыкантом можно крутить романы, но… ох-хо-хо!.. как можно думать о нем серьезно? Музыканты — это нищие! Пусть цыгане занимаются музыкой! Ты подумай над тем, что я тебе сказала. Хорошенько только подумай!

Дарка передала Зое разговор с подругой. Не без задней мысли, конечно. Было интересно узнать, как она отнесется к этому.

С сестрой домнула Локуицы по матери (Зоя почему-то упорно подчеркивала это) у девушки сложились своеобразные отношения. Хуже всего было то, что она до сих пор не знала, что представляет собой Зоя. В Зоином характере уживались нежность и грубость, сердечность и едкая ирония, откровенность и просто обидная замкнутость. Однажды хозяйкой овладела такая нежность к Дарке, что она обязательно захотела перейти на «ты», несмотря на то, что между ними была разница в десять лет. А через три дня у Зои в гостях был какой-то молодой человек, и она не только не пригласила Дарку к столу, как принято в этих краях, но даже на осторожный вопрос девушки, кто он такой, холодно ответила:

— Ты все равно его не знаешь. Просто человек.

Мужчины бывали у Зои довольно часто. Но после такого ответа Дарка делала вид, что не замечает гостей хозяйки. Тогда Зоя первая заговорила, что в Штефанешти на базаре продукты продаются за бесценок. Вот ей и приходится сбывать кукурузу и вино в другие места, а для этого необходимы связи среди купцов. Вот они и приходят («лезут», — сказала Зоя), предлагают свою цену, но Зоя не верит им.

Дарка тоже не поверила. Версия о купцах показалась ей слишком уж подозрительной. Сколько, в конце концов, у Зои этой кукурузы или вина?

Думать, что хозяйка просто любит мужское общество, Дарка тоже не отважилась. Зоя была чересчур серьезна… и набожна. Эта набожность сестры (хоть и по матери!) домнула Локуицы не укладывалась у девушки в голове. Хозяйка почти каждый день бегала в церковь и всякий раз несла туда большую восковую свечку.

— Зоя, ты разоришься на свечах! — как-то заметила Дарка, которую временами раздражала глупая набожность хозяйки.

— Ничего… ничего, это окупится сторицей.

— Как понять?

— Просто, Дарка, совсем просто. На том свете каждая моя свечка превратится в куст винограда… Еще и тебя не раз угощу…

Что это? Ирония или наивная простота? Дарка не могла разгадать.

Узнав о Данке, Зоя процедила сквозь зубы:

— Украинян?

— Да.

— Значит, и впрямь быть ему нищим, если он музыкант…

— Почему?

— Потому… Разве ты не знаешь, Даричка? Чтобы выступать в театрах… или концертах… конечно, не у нас в Штефанешти, а, например, в Яссах, в Бухаресте или у вас в Черновицах, надо иметь право…

— Какое право?

— Надо состоять в музыкальном обществе… Быть его членом, поняла?

— Ну и что? Ты думаешь, Данилюка с его талантом могут не принять в члены общества?

— Не примут, голубушка, не примут! Туда принимают только румын. Это я знаю, как дважды два… Таков закон. Закон! Знаешь, что значит слово «закон»?

Зоя ехидно улыбается, а Дарку трясет от ярости.

— Чему ты так злорадно усмехаешься? Ты тоже веришь, что украинцы, болгары, русские, венгры, немцы, евреи, подвластные румынскому правительству, лишены музыкального дара? Скажи мне… сейчас же… здесь: ты считаешь такой закон справедливым?

Хорошенькое лицо Зои стало по-сестрински добрым.

— Что же ты на меня кричишь? — спросила она ласково. — Подумай сама… справедлив ли такой закон?..

— Нет, ты мне скажи, ты ведь румынка… Это твое государство издает такие законы…

— А я еще раз говорю, — с той же добротой в голосе ответила Зоя, — подумай сама…

Теперь Дарка станет думать. Она старается представить себе, что будет с Данком через шесть месяцев, когда он окончит гимназию. Двух мнений быть не может — поедет в Вену и поступит в консерваторию. Материальные трудности ему не угрожают, Ляля освободит его от них.

Вена, город вальсов, обогатит Данка музыкальными впечатлениями. Там найдется пища для его музы. В консерватории, под руководством профессоров с мировыми именами, он углубит свои теоретические познания, отшлифует мастерство. И наконец настанет день, когда ему торжественно вручат диплом об окончании Венской консерватории. При этом люди, которым нельзя не верить, скажут Богдану (через пять лет он уже перестанет быть Данком), что у него недюжинный талант. Теперь только работать, настойчиво работать — и успех, слава обеспечены.

Этот вечер станет самым счастливым в его жизни. Ляля, ее муж, его друзья, их друзья, друзья их общих друзей — все облепят его, как пчелы медоносный цветок. Ночь пройдет в тостах и предсказаниях счастливого будущего. Данко, опьяненный от вин и женских ласк, поверит в свою счастливую звезду, которую теперь не омрачит ни единая тучка.

Но на смену ночи придет день, а с ним отрезвление не только от вина, но и от иллюзий.

Данилюк проснется утром и спросит себя: а что же дальше? Как ни богат и влиятелен советник коммерции, он не может подарить талантливому шурину австрийское подданство.

Элегантная Вена не желает брать на себя никаких административно-материальных обязательств. Теперь каждое государство, каждый город всеми силами защищается от наплыва иностранцев. Какой же отец усыновит чужого ребенка, если не может устроить собственного?

Ляля в лучшем положении, она родилась женщиной и получила в подарок от мужа не только фамилию, но и австрийское подданство. Богдан может трижды жениться на австрийских «фройляйн», но ни одна из них не одарит его своим подданством. Это он может наделить их подданством Румынского королевства.