Чтение онлайн

– Главный приз сегодняшнего мероприятия – капсульная кофемашина с набором капсул – отправляется в руки обворожительной девушки по имени… – он выгнул бровь, прося подсказки.

Дария помогла ведущему:

– Регина.

–…в руки прекрасной Регины! Прошу остальных не расстраиваться, многим по возрасту уже поздно пить кофе, а юной леди этот подарок придется по душе и, будем надеяться, по вкусу!

Ведущий водрузил перед девушкой коробку, перевязанную праздничной ленточкой. Скотчем была примотана коробочка поменьше – с капсулами.

Рига кинула благодарный и одновременно пристыженный взгляд на Дарию и Марата, подумывая, не оставить ли им кофемашину в дополнение к настолке? Решив, что отказываться от приза некрасиво, девушка притянула к себе коробку.

В голове крутилась всего одна мысль: «Илона охренеет, когда узнает, что на «тухлой детской свадьбе» раздавали подарки».

Илона, выгнув бровь «домиком», пристально наблюдала, как Мира затягивала завязки на боках василькового платья в мелкий цветочек.

– Сколько ты с собой взяла платьев? У тебя что, чемодан как сумочка у Гермионы? Целый шкаф шмоток в закромах.

Мира улыбнулась своему отражению и заправила прядь волос за ухо. Это платье было одним из новых. В последнее время мама буквально разорилась на нарядах. Напоследок ей хотелось принять активное участие в жизни своей любимой девочки.

– А у тебя скоро шорты станут колом, – парировала девушка, выбирая туфли. – Переодела бы.

Илона отмахнулась:

– Я их всего третий день ношу.

– Стыд и позор, – скорчила комичную физиономию Мира. Это было так непохоже на нее. Илоне и Риге нравилось, когда их подруга в таком расположении духа.

– Ты чего это так повеселела? Тебя ужалил шмель-скоморох?

– Шмели не такие агрессивные, как осы, они редко жалят.

Илона продолжила допытываться:

– Не уходи от вопроса. Давай, говори, что тебе так подняло настроение?

Мира, наконец, определилась с выбором – синие босоножки с квадратным мысом и высоким каблуком-кирпичиком. Ее нежный образ сочетал оттенки базового цвета и был готов привлекать внимание.

– Мы на Байкале, – коротко ответила подруга, застегивая ремешок. – Так долго до него добирались и вот мы здесь. А впереди приятный летний вечер. Ни забот, ни проблем, ни обязанностей. Разве это не повод для хорошего настроения?

– Резонно, – согласилась Илона. – Так, куда мы пойдем? Просто пошатаемся по округе?

Взгляд Миры упал на один из буклетов, которые они взяли на стойке ресепшена при регистрации. Девушка взяла в руки тонкую глянцевую рекламку, испещренную яркими заманчивыми фотографиями. На первых двух страничках руководство базы отдыха восхваляло Байкал и в отдельности Листвянку, описывая их красоты таким количеством эпитетов, что позавидовал бы любой учитель русского языка и литературы. После восторженной хвалебной оды величественному озеру, не нуждающемуся в рекламе, шли предложения для туристов.

Мира подсела на кровать рядом с Илоной, показывая разворот.

– Смотри, в двадцати километрах отсюда есть музей под открытым небом «Тальцы». Написано, что этот архитектурно-этнографический комплекс раскинулся аж на шестьдесят два гектара в самом живописном месте сибирского раздолья.

Илона вытаращила глаза:

– Музей на шестьдесят два гектара?! Лувр и того меньше.

– Это не просто музей в здании, «Тальцы» под открытым небом. Вот, читай. На территории музея воссоздан культурно-бытовой уклад обычной сибирской деревеньки XVII–XIX веков. Можно посмотреть, как жили зажиточные крестьяне, как учились в церковно-приходской школе, увидеть Волостную Управу, Спасскую башню Илимского острога, храм Казанской иконы Божьей Матери XVII века.

Илона пробежалась взглядом по развороту с фотографиями изб и других деревянных построек под старину. Мира воодушевленно продолжила:

– Там в каждом дворе тематическая экспозиция, представляешь? Можно зайти в дома и проникнуться духом той эпохи, прочувствовать, как жили наши предки. Еще там находится конюшня и есть возможность прокатиться на боярской коляске. Если повезет, то попадем на мастер-класс основ изготовления глиняной игрушки и народной куклы.

Илона протяжно вздохнула. Летний отдых не ассоциировался у девушки с музеями. Ей хватило их на школьных экскурсиях, которые вечно организовывала классная руководительница.

Будь ее воля, она бы потащила Миру в ночной клуб. Но ближайшее подобное заведение находилось разве что в Иркутске. На базе отдыха подруги могли ограничиться детской дискотекой, булкотрясом для тех, кому за тридцать, и танцами для пенсионеров. Отжигать под треки Влада А4, «Руки вверх», «Иванушек» и «Ласкового мая» желания не было. Для молодых и продвинутых на базе отдыха не придумали ни одной активности.

– Музей нам не подходит, – отрезала Илона и, не дожидаясь реакции Миры, начала приводить аргументы: – Во-первых, мы только что приехали, и я не хочу снова садиться за руль. Тебе-то хорошо на пассажирском сидении, а водитель как бы устает. Во-вторых, уже вечер, вдруг мы приедем под самое закрытие? Не хочется просто так кататься туда-сюда, это же Байкальский тракт, а не американские горки! В-третьих, нужно спросить Ригу. Вдруг она тоже хочет посмотреть на избушки? Я не хочу возить сперва тебя, а потом еще и ее в «Тальцы». Если ехать в этот твой музей, то всем вместе.

Мира безропотно согласилась. Она пролистала брошюру и остановилась на развороте о местном рынке. Его можно было найти в самом центре Листвянки, попробовать и купить редкую рыбу, а также приобрести сувениры. Девушка провела кончиками пальцев по снимкам оберегов, изделий из бересты, байкальских камней с затейливыми узорами и этнических украшений из полудрагоценных камней. Было в этом что-то исконное и завораживающее.

– Может, пройдемся по рынку?

Илона расплылась в мечтательной улыбке. Она любила интересные браслеты, подвески, обереги и талисманы. На ее тонком – цыплячьем, как говорила мама – запястье вечно была завязана красная нить, а в комнате на полке стоял целый ряд из манэки-нэко. Пару лет назад она привезла из Турции столько Синих глаз, что в аэропорту родители подверглись допросу – а не в коммерческих ли целях они вывозили амулеты.

Поэтому на следующий год мама и папа не дали Илоне скупить все возможные бусины Дзи в Индии. Девушке пришлось ограничиться тремя комплектами из браслетов и ожерелий (для себя и подруг, хотя те их все равно не надевали) и несколькими вытянутыми овальными бусинами с нанесенными на них символами. Илона искренне верила, что они заключали в себе духовную силу, благословляли владельца, помогали развитию души и защищали от негативной энергии.

Илона даже всучила такую бусину и турецкий Синий глаз папе, когда тот в очередной раз собрался на вахту в Якутию.

– Пап, ну пожалуйста, это же не займет много места!– настаивала Илона, запихивая пакетик с талисманами в дорожную сумку. –А вдруг снова землетрясение?

– Доча, ну сколько раз повторять – это было не землетрясение, я просто мощно пернул!

Илона скорчила ехидную физиономию:

– Так сильно, что аж стены толчка сотряслись? Пап, не льсти себе, знаю я твой пердеж. Бери амулеты и не перди! То есть, не пизди…