Чтение онлайн

Американская компания UDV, выпускающая «Smirnoff» уже несколько десятилетий, была ошарашена такой наглостью и ринулась в свару, защищая кровную американскую водку русского происхождения. Начались судебные тяжбы, в которых западные компании поднаторели. Но даже крючкотворы-американцы за восемь лет ничего сделать не смогли и в сердцах продали свой «Smirnoff» англичанам. Англичане подошли к делу более радикально, но действовать стали, как всегда, чужими руками. В 2000 году был организован рейдерский захват предприятия «Торговый дом потомков П. А. Смирнова». Одновременно с фамильным зданием в Москве на Пятницкой были прибраны к рукам и права на использование около 100 торговых знаков с элементом «Смирновъ». Операция была организована ОАО «Альфа-Банк», а потом через сеть посредников контрольный пакет акций уворованного предприятия был передан компании «Diageo» — той самой, что купила у американцев «Smirnoff». Круг замкнулся — с той поры и «Smirnoff», и «Смирновъ» имеют одного английского хозяина.

Благодаря бесплатной рекламе, которую устроила наша пресса (появление наследника, возрождение торгового дома, судебные тяжбы и рейдерский захват с мордобоем в конце концов), продажи этой водки в начале девяностых резко возросли, но ненадолго. После продажи англичанам ее рейтинг у нас упал и находится в пределах статистической погрешности: потребление обоих «Смирновых» в России в стоимостном выражении сегодня составляет не более 0,2 процента…

Марки советских товаров с середины восьмидесятых годов неизменно преподносились нашей «независимой» прессой как нечто одиозное, серое — совковое. Однако, хлебнув западных ценностей и вкусив продуктов их огорода, народ стал прозревать — красивая и яркая упаковка не гарантирует качества товара: рекламные и брендовые сказки — это одно, а взаправдашняя жизнь — не есть реалити-шоу. Но лишь со временем стало приходить понимание, что многие советские товары представляют собой уже состоявшиеся бренды: взять ту же сгущенку, шоколад «Аленка», плавленый сырок «Дружба», да водку, в конце-то концов! Кстати, примерно в это время и началась афера с приобретением советских водок в частную собственность структурой Шефлера и К°. (Подробнее — в главе про «Столичную».)

Интересно, что приватизация советских брендов не всегда протекала гладко. Примером может служить постсоветская история пива «Жигулевское». Этот всесоюзный бренд появился после того, как в 30-х годах нарком Микоян, будучи в командировке в Самаре, отведал местного пива. Напиток настолько воодушевил его, что самарскому заводу было выдано правительственное задание: разработать новые сорта пива для заводов Наркомпищепрома. В 1935-м появились «Жигулевское», «Московское», «Новое», «Украинское» и другие. При этом «Жигулевское» стало поистине народным. В восьмидесятые годы, на пике популярности, его варило 735 заводов страны! Правда, вкус у каждого завода заметно отличался.

Но вот наступили девяностые. Руководители самарской компании «Жигулевское пиво» зарегистрировали права на торговый знак «Жигулевское», а остальные производители «Жигулевского» получили извещения из Самары с требованием прекратить выпуск их пива или заключить лицензионные договоры. Понятно, что большинство предприятий сделали вид, что ничего не произошло, и продолжили варить «Жигулевское». После этого последовала длительная судебная эпопея. Самарцы судились со всеми. Им удалось запретить выпуск «Жигулевского» Останкинскому пивокомбинату, компании «Бадаевское пиво» и костромскому «Крафту». Но вслед за кратковременными победами наступило горькое похмелье. Объединившиеся многочисленные конкуренты оспорили регистрацию торгового знака «Жигулевское» в Апелляционной палате при Роспатенте. После вступления в силу решения Апелляционной палаты все постановления арбитражных судов о прекращении выпуска пива «Жигулевское» были пересмотрены, а лицензионные договора с самарцами аннулированы. Более того, самарцам пришлось вернуть деньги, полученные по этим договорам.

Так что справедливость восторжествовала: «Жигулевское» в советское время все-таки был общесоюзным напитком — от Прибалтики до Средней Азии. Честь и хвала самарским разработчикам этого сорта, но приватизировать общенародную собственность — это нехорошо, это мы уже проходили. И на примере водки, кстати, тоже.

Русская водка по большому счету сама по себе является нашим общенациональным брендом, который известен во всем мире:

С другой стороны, каждая отдельная марка водки, будь то «Путинка», «Московская особая», «Гжелка» или «Довгань», не являются брендами, хотя в просторечии мы уже привыкли говорить «такой-то бренд водки». Исключением из этого ряда является разве что «Столичная», которая первой попала на западный рынок, а в США стала чуть ли не синонимом понятия «русская водка».

В качестве исключения приведу случай из собственной водочно-алкогольной практики. Довелось мне работать в Африке. Наш руководитель буровых работ, африканец, в семидесятых годах посещал Ленинград, где, естественно, познакомился с русской водкой. Когда мы отправлялись домой, он просил в следующий заезд привезти из России «настоящую зеленую русскую водку».

Интересно, что «Stoly» («Столичную») без проблем можно было купить и в Дар-эс-Саламе — но она не являлась в его глазах «настоящей». Невольно вспомнишь: «Только водка из России — настоящая русская водка!» А почему зеленую? По всей видимости, в Ленинграде они пили обычный «коленвал» из зеленой бутылки. Это сейчас водочные бутылки делают только из бесцветного стекла, а в ту пору были и зеленые, и даже коричневые… Хорошо еще, что он не попросил «коричневую» водку. «Зеленую» мы нашли — оказывается, некоторые производители учитывают такие неожиданные ностальгические пожелания клиента, как зеленая бутылка.

В общем, всякая русская водка — это бренд, но вот отдельная марка какой-либо водки брендом не является.

В 2006 году англичане объявили, что они «изобрели» газированную водку. Тоже мне — изобретатели. Они что — Новый год никогда не встречали? Всенародно известный отечественный коктейль «Северное сияние» готовится непосредственно за праздничным столом: пол стакана водки на бутылку шампанского. В пропорции водка-шампанское один к одному желаемый эффект достигается гораздо быстрее.

Характерная расейская черта — это безалаберность и широта души, потому-то у нас никогда и ничего не защищено патентом. Все всем известно испокон века — берите, люди, пользуйтесь. И тут вдруг приходит дядя англичанин и говорит: «Sorry, я изобрел газированную водку и даже название запатентовал — «Vodka O2».

Как оказалось, самым трудным для зарубежных изобретателей было запихать газовые пузырьки в бутылку. Господи, что за проблема — взять старый советский сифон, влить в него водку, присоединить баллончик с газом… Что, неужто никто не экспериментировал? А англичане заладили — новая водка, новая водка!

Вслед за англичанами подобное «великое открытие» сделали шведы — они в 2008 году начали разливать свою газированную водку «Camitz». Ну, эти ребята и вовсе не заморачивались — взяли бутылку из-под шампанского, корковую пробку, мюзле (проволочную уздечку) с плакеткой и фольгу; единственное отличие от шампанского — бутылка прозрачная. В общем, кто не в курсе, может на Новый год взять бутылочку по ошибке вместо шампанского. Сюрприз будет!

А в 2009 году о намерении разливать водочную газировку объявили литовские товарищи (то есть господа, конечно же, господа), причем они собирались разливать водку как с углекислым газом, так и с кислородом. Пиар-акция была очень шумная, только вот готовой продукции на прилавках что-то до сих пор не видно…

Вот у перуанцев широкая душа — для них водочный фонтан из бутылки — это мелко. Уже несколько лет в День независимости страны на главной площади столицы они «заряжают» водкой настоящий фонтан! Причем освежиться может каждый! Тем более что на дворе жара, несмотря на зиму, — все-таки близость к экватору… Из фонтана бьет струя сорокапятиградусного напитка. Празднование идет три дня — 28, 29 и 30 июля, — но главный расход бодрящего напитка (полторы, а то и две тысячи литров) происходит в первый же день, точнее даже — в первые часы работы фонтана.