Чтение онлайн

Недействующие фронты имели в своем составе вполне боеспособные войска, состав которых постоянно менялся в соответствии со стратегическими условиями. Например, когда началась война, советские войска на Дальнем Востоке были особенно сильными из-за серьезных пограничных стычек между Красной Армией и японской Квантунской армией у озера Хасан и на Халхин-Голе в 1938 и 1939 годах. Сталин опасался, что японцы будут стремиться отомстить за свои поражения в 1938 и 1939 годах начав на Дальнем Востоке собственное вторжение — скорее всего, по согласованию с Германией, которая являлась союзником Японии по Оси. Однако когда Сталин заключил с Японией в апреле 1941 года пакт о нейтралитете, вероятность войны на Дальнем Востоке значительно снизилась. Позднее это позволило Ставке в ноябре и декабре 1941 года, когда вермахт угрожал советской столице, перебросить значительные силы из этого региона на западный театр военных действий.

Когда немцы начали операцию «Барбаросса», численность войск Красной Армии на Дальнем Востоке была эквивалентна 32 дивизиям. Между июлем и ноябрем 1941 года Ставка перебросила на запад с Дальнего Востока и Забайкалья 12 дивизий; тем не менее идущая полным ходом массированная мобилизация по-прежнему сохраняла численность войск на Дальнем Востоке на уровне эквивалента 39 дивизий. [261]

Несмотря на перевод в 1942 году на запад дополнительных 23 дивизий и 19 бригад, Ставка к 19 ноября 1942 года увеличила численность Красной Армии на Дальнем Востоке до эквивалента 46 дивизий. При этом войска, переброшенные в 1941 и 1942 годах с Дальнего Востока на запад, внесли значительный вклад в победы Красной Армии под Москвой и Сталинградом.

Однако к лету 1943 года переброска войск на запад внезапно прекратилась. Одновременно с наступлением Красной Армии на западе войска начали потихоньку перетекать на восток, хотя поначалу очень медленно. К 1 июля 1943 года численность сил недействующих фронтов на Дальнем Востоке составила 45,5 дивизии. В дальнейшем эта тенденция не изменилась. К 1 января 1944 года численность войск Красной Армии на Дальнем Востоке и в Забайкалье достигла эквивалента 55 дивизий. Частично это произошло благодаря попыткам союзников заручиться услугами Красной Армии в войне на азиатском театре.

Примечание: Численность Красной Армии на 22 июня 1941 года равнялась приблизительно 5 164 600 солдатам, в том числе примерно 2 700 000 в западных военных округах. См. А. Г. Ленский Сухопутные силы РККА в предвоенные годы Санкт-Петербург (место издания не указано), 2000, 58.

Источники: цифры численности взяты из «Указов ГКО»: в ЦПАИМЛ [Центральный Партийный Архив Института Марксизма-Ленинизма], ф. 644, оп. 1, д. 9, 1. 50; ф. 644, оп. 1, д. 33,11.48-50; ф. 644, оп. 1.Д.41, 11. 163-165; ф. 644, оп. 1, д. 61, 1 1. 88-91; ф. 644, оп. 1,д. 100, 1. 95 и ф. 644, оп. 1,д. 125, 11.35-36.

Примечание: К одной дивизии приравниваются две стрелковые или воздушно-десантные бригады, три истребительные бригады, три отдельных танковых бригады или четыре танковых полка, танковый ипн механизированный корпус. [262]

Источники: Боевой состав Советской армии. Часть 1 (июнь-декабрь 1941 г.). Москва: Академия Генерального штаба им. Ворошилова, 1963; Часть 3 (январь-декабрь 1942 г.). Воениздат, 1966. Работа подготовлена Военно-Научным Управлением Генерального штаба и носило гриф секретности.

Хотя в 1941 году за оборону Советского Союза в первую очередь отвечала Красная Армия, она была не единственной вооруженной силой, которой поручалась оборона советского государства. В дополнение к войскам Красной Армии, находящимся под управлением Народного Комиссариата Обороны (НКО), Народный Комиссариат Внутренних Дел, обычно обозначаемый в документах аббревиатурой НКВД, имел в своем распоряжении внушительную структуру сил безопасности, именуемую войсками НКВД или внутренними войсками.

Сталин и его Политбюро начали создавать эти новые силы безопасности в начале 1941 года с недвусмысленным намереньем использовать их для поддержки Красной Армии и для обеспечения безопасности государства в случае войны. Процесс этот начался 3 февраля, когда Президиум Верховного Совета СССР разделил бывший Народный Комиссариат Внутренних Дел на

НКВД и новый Народный Комиссариат Государственной Безопасности, или НКГБ. [263] Через несколько дней, 8 февраля, Президиум Верховного Совета передал особые отделы [264] НКВД, отвечавшие за внутреннюю безопасность в Советских Вооруженных Силах, под прямое управление Народного Комиссариата Обороны и Народного Комиссариата Военно-Морского Флота (НКВМФ). После этого НКО и НКВМФ сформировали для выполнения задачи обеспечения внутренней безопасности собственные Третьи Управления, а третьи (особые) отделы были созданы во всех подчиненных им военных округах, армиях и других войсках вплоть до уровня полков. [265]

Во время этой февральской реорганизации Совет Народных Комиссаров санкционировал сохранение контроля девяти главных управлений НКВД — Главного Управления пограничных войск, охранных войск, железнодорожных войск, военного строительства, строительства аэродромов, главных дорог, военного снабжения и местной противовоздушной обороны (МПВО) — над уже созданными теми пограничными и охранными войсками НКВД. Наконец, 28 февраля 1941 года Совет Народных Комиссаров распорядился организовать 10-е (Оперативное) Управление НКВД, а также сформировать в этом управлении новые охранные войска.

Когда 22 июня началась война, общая численность войск НКВД составляла 334 900 человек, в том числе 173 000 во внутренних войсках и 161 000 — в пограничных войсках. Впоследствии численность и возможности войск НКВД постоянно увеличивались на протяжении всей войны. На 7 марта 1942 года их общая численность составила 493 379 человек, на 2 февраля 1943 года — 516 000 человек и на 12 марта 1944 года — 540 000 человек. [266]

Государственный Комитет Обороны (ГКО) возложил на НКВД и его внутренние и пограничные войска задачи военного времени, состоящие в охране жизненно важных государственных объектов -таких, как важные правительственные и партийные функционеры, правительственные и административные центры, здания и учреждения, транспортные артерии и узлы связи, а также главные промышленные и экономические центры. Кроме того, в обязанности сил НКВД вменялось и выполнение «других относящихся к службе задач». В число этих неконкретизированных задач входили охрана границ Советского Союза, охрана и управление обширной системой исправительно-трудовых лагерей (ГУЛАГ), борьба с вражеской разведкой (немецким абвером), разведывательная и диверсионная деятельность на советской территории, оккупированной неприятелем, проведение собственных контрразведывательных операций. Кроме того, внутренние войска НКВД отвечали за предотвращение бегства солдат Красной Армии с поля боя, за поддержание дисциплины в армейских рядах. Они помогали Красной Армии в «призыве» новобранцев на освобожденной ею территории (зачастую силой забирая на службу штатских), и при необходимости участвовали в активных боевых действиях, оказывая помощь регулярным полевым войскам Красной Армии.

В январе 1942 года ГКО в дополнение к перечисленным функциям поручил войскам НКВД охрану тыловых районов, в том числе возложив на них ответственность за обеспечение гарнизонами всех больших и малых городов, взятых войсками Красной Армии, а также за выявление и уничтожение оставленных отступающими немцами вражеских агентов и немецких пособников. [267] Наконец, в апреле 1942 года ГКО учредил специальное управление, отвечающее за операции по обеспечению безопасности в тылу действующих фронтов Красной Армии. Оно было названо Управлением войск НКВД по обеспечению безопасности действующей армии и в мае 1943 года повышено в статусе, получив независимость от Главного управления. В то же самое время ГКО поручил этому новому управлению новую и расширенную задачу:

«В тесном сотрудничестве с войсками полевых армий войска НКВД должны поддерживать порядок в прифронтовой полосе, бороться с неприятельскими разведывательными и диверсионными группами, участвовать в строительстве оборонительных рубежей, эвакуировать промышленные предприятия, охранять и защищать важные коммуникации и объекты, конвоировать и охранять военнопленных, а также лиц, осужденных военными судами за тяжкие преступления». [268]